Серебряный лауреат конкурса - ЗДЕСЬ:
АВТОРСКИЙ ФОРУМ:
Дочь Горного Ветра
Крепко сжатые челюсти говорили о его решимости в очередной раз серьёзно поговорить с родителями. Последний раз. В конце концов, он не мальчик – скоро двадцать исполнится, может и один прожить. Родители сидели в гостиной за столом, накрытым горничной к завтраку.
Сын сел за стол, сделав вид, что увлечён завтраком, стал ждать, когда родители закончат трапезу.
- Папа, мама, я хочу с вами серьёзно поговорить, - в его голосе звучала даже не решительность, а ультиматум. – Как бы вы ни были против Олеси, вам придётся смириться. Без неё я жить не смогу.
- Никита, мы сегодня с матерью всю ночь не спали – всё о тебе разговаривали,
Напряжённое лицо отца говорило о том, что он принял окончательное решение. Сын знал – от произнесённых слов тот не отступится и, сузив глаза, со злостью смотрел ему в лицо. И вдруг на каменном лице отца мелькнула улыбка:
- Женись ты на своей Олесе, приводи её к нам – вместе жить будем!
Сын потёр глаза, словно боясь проснуться. Отец был крупным бизнесменом. Большие деньги, связи в высшем обществе и коттедж, похожий на старинный замок, ставил их семью на аристократический уровень. Его возлюбленная жила в маленьком доме на окраине города у объездной дороги, проходящей возле самого леса. Отца у неё никогда не было, а мать была ведьмой. По крайней мере, так считало большинство жителей их небольшого городка. Родители, естественно, были против того, что их «красавец сын» свяжет свою судьбу «неизвестно с кем».
«Он что? Пошутил? – Никита столь безумно любил свою Олесю и боялся поверить его словам. – Неужели это правда?»
- Не думала, что ты на ведьме женишься, - заплакала мать, - но любишь ты её сильно. Приводи уж свою красавицу!
- Папа, мама! – вскочил на ноги их взрослый сын. – Спасибо! Я вас так люблю! Я побежал. Ладно?
Он не стал выводить из гаража свой Ниссан Мурано, просто надел спортивный костюм и пошёл к своей любимой. Рюкзаки с альпинистским снаряжением стояли у неё в сарае, всегда готовые к прогулкам по окрестным горам, невысоким, но таким живописным. Даже цветы не купил Никита. Он знал, где растут настоящие эдельвейсы – лишь их достойна его любимая.
Мир был прекрасен лишь потому, что его ждёт та, без которой нет жизни, та, которую будет любить вечно. Как это необычно, просыпаться утром, а рядом Олеся. И так будет всегда, всю жизнь. Сейчас я ей скажу об этом, затем сходим в горы и наберем эдельвейсов.
Настроение на мгновение испортил выжженный участок леса. Лес и горы связали их судьбу, став вторым домом, а беспорядок в доме он терпеть не собирался.
«Пожар, что ли вчера был? Узнаю, кто это сделал, голову оторву», - мелькнула в голове мысль и тут же исчезла.
Никита забежал во двор, влетел в дом. Даже на непроницаемом лице её матери сегодня читались человеческие чувства:
- Здравствуете, тётя Варя! Где Олеся? – улыбнулся он.
И тут заметил, какие чувства выражало лицо женщины: скорби, горя, ужаса…
- Что случилось? – с трудом выдавил он.
- Никита! – женщина буквально рухнула ему на грудь и, глотая слёзы, завыла диким голосом. – Вчера авария была… Бензовоз загорелся… Олеся ребёнка спасала… Затем взрыв сильный… Ту девочку собой закрыла, а ей осколок в затылок… Она мгновенно умерла, даже не почувствовала…
И мир рухнул. Исчезли слова, которыми выражают горе – их просто не хватало, и самого горя не было – это понятие было просто ничтожным по сравнению с тем, что случилось. Жизнь перестала иметь смысл.
Мать, у которой накануне погибла дочь, взглянула в глаза парня, и слёзы тут же высохли. Ей стало страшно. Ей, которую, не без основания, считали ведьмой.
Он застыл, окаменел. Прошёл час, другой. Никита не слышал, как во двор въехал автомобиль. Через минуту в комнату внесли пустой гроб и поставили на выставленные в ряд табуретки. Четверо мужиков занесли на покрывале его Олесю, аккуратно положили в гроб.
Он даже не пошевелился. Просто смотрел на прекрасное, словно живое, лицо своей любимой, на её белое платье. Именно такой ещё пару часов назад он представлял свою невесту во дворце бракосочетания. Но не в гробу же!!!
…Сколько дней прошло? Одетый во всё чёрное, он сидел в холодном тёмном подвале отцовского коттеджа. Стоило заснуть, и перед глазами появлялась одна и та же картина. Его любимая в белом платье стояла на фоне горящего леса, ветер ласково играл её распущенными волосами. Она звала Никиту, и он бежал к ней, но стоило протянуть руку, что бы коснуться её тела, как просыпался.
Раздался скрежет открываемой двери, и в подвал вошла мать.
- Сынок, девять дней как ты здесь сидишь, - она погладила по голове сына, словно маленького. – Олесю не вернёшь, а тебе жить надо. Выйди, покушай, подыши свежим воздухом.
- Мама, я не могу жить без неё. Хочу умереть, что бы встретиться с ней.
- Что ты говоришь, Никита? – из глаз матери полились слёзы. – Ты ещё молод – время всех лечит.
- Прости, мама! Я не мыслю жизни без Олеси.
На некоторое время в подвале воцарилось молчание, затем мать с печалью взглянула в затуманенные очи сына.
- Сынок, о том, что сейчас скажу, возможно, буду сожалеть всю жизнь, - каждое слово давалось ей с большим трудом. – Сходи к Олесиной матери, она поможет. Страшно посылать тебя к ведьме, но другого выхода не вижу.
Сын поднял голову, посмотрел в темноту, словно увидел где-то вдали свет.
- Спасибо, мама! – задумчиво произнёс он. – Я так и сделаю.
По этой дороге Никита шёл много раз с тех пор, когда на альпинистском сборе встретил свою Олесю.
«Она тебя околдовала!»
«Затянет в омут!!».
«Ты погибнешь!!!».
Слышалось от друзей и родных, а он хотел, чтобы эта девчонка его околдовала, хотел с ней в омут. Вот только погибла… она. Прожив двадцать лет на белом свете, он тогда не верил в две категории бытия - любовь и потусторонние силы. Оказалось, любовь существует – огромная, всепоглощающая и сейчас, направляясь к матери своей любимой, зная, что та ведьма, думал о реальности потусторонних сил.
В его руках был огромный букет роз, словно шёл на свидание. Никита подошёл к выгоревший поляне, страшным чёрным пятном зияющей на фоне прекрасного июльского леса и разбросал цветы. Красные пятна преобразили поляну, сделав ярче, но и ужасней – они лежали на, пробивающейся сквозь пепел, зелени, словно капли крови.
Никита зашел в дом, где был много раз. За столом сидела её мать, а на столе фотография Олеси в чёрной траурной рамке. Женщина медленно обернулась, провела платочком по глазам:
- Здравствуйте, тётя Варвара!
Ведьма подошла, взглянула парню в глаза и строго спросила она.
- Зачем пришёл?
- Я хочу встретиться с Олесей, - в его голосе звучала безумная уверенность.
- Ты понимаешь, о чем просишь?
- Это невозможно? – голос резко упал до отчаяния.
- Она дочь Повелителя Горных Ветров, и едва ли он откликнется на твою просьбу.
- Тётя Варвара, прошу вас! Я не могу жить без неё.
- Ты понимаешь, о чем просишь? – вновь спросила колдунья.
- Умоляю вас!
Женщина надолго задумалась, кивнув парню на стул. Никита сел, не отрывая от колдуньи взгляда, полного надежд.
- Она тебе снится? – неожиданно спросила женщина.
- Да, каждую ночь.
- Значит девять дней, - посчитав, с каким-то грустным удивлением произнесла ведьма. – Видно, Олеся зовёт тебя.
- Мы должны встретиться.
- Подумай ещё раз хорошенько! – она с тревогой посмотрела ему в глаза. – Если это случится – в рай ты уже не попадёшь.
- «Рай без любви называется адом», - произнёс парень появившиеся в голове строки из песни.
- Что ж, ты сам выбрал свою судьбу, - женщина встала и кивнула головой. – Идём со мной!
Они шли по лесистому склону, поднимаясь всё выше. Этот путь Никита много раз проделывал с Олесей. Лес закончился, и путники очутились перед разинувшей зев пропастью, а перед ними открылась огромная скалистая вершина.
- Спрячься за дерево и не вздумай выйти! – строгим голосом приказала Варвара.
Никита вернулся в чащу и встал за огромную сосну.
- Повелитель Горных Ветров, муж мой, ты слышишь меня? – громко крикнула колдунья.
- Здравствуй, моя земная супруга! – раздалось в ответ, словно эхо. – Что привело тебя ко мне?
- Со мной парень, который безумно любит нашу дочь. Он хочет встретиться с ней.
- Зачем ты совершаешь столь глупые поступки? В том, что с ним произойдёт, будешь виновата ты.
- Я знаю об этом, но за ночь со своей любимой он готов отдать даже душу.
- Будь, по-твоему! – прогремело в воздухе. - Пусть этот парень приходит с наступлением сумерек. Их время до рассвета.
- Где они могут встретиться?
- Он знает – они были там много раз. До свидания, моя земная супруга!
- До свидания, Повелитель Горных Ветров!
Женщина ещё некоторое время смотрела на горную вершину, затем подошла к Никите.
- Ты всё слышал? – в голосе её звучали грустные нотки. – Неведомо, что произойдёт с тобой в ближайшее время. Ты сам выбрал свою судьбу.
- Спасибо, тётя Варвара! – в его голосе звучала сумасшедшая радость.
Сердце переполнялось трепетным ожиданием, мысли уносились в сладостную даль, и это читалось на его лице, когда вошёл в родной дом.
- Сынок, у тебя всё в порядке? – испуганно спросила мать, впервые за последнее время, увидев улыбку на лице сына.
- Да, мама! Я хочу вымыться и поесть.
- Никита, ты был у матери Олеси?
- Да.
- И что она тебе сказала?
- Мама, не спрашивай ни о чём. Всё отлично!
Когда он вышел из ванной комнаты, рядом с матерью стоял и отец, и вновь прозвучал вопрос:
- Никита, у тебя всё в порядке?
- Да.
- Сын, что произошло? Ты словно на свидание собираешься.
- Папа, ты отгадал, - Никита загадочно улыбнулся.
- К кому?
- К Олесе. Не пугайтесь вы. Это вроде спиритического сеанса.
- Сынок, может не надо туда ходить? - в голосе матери звучала тревога. – Вдруг с тобой что случится.
- Мама, если я не пойду – не смогу жить.
Он собирался на свидание, словно не было этих ужасных девяти дней. Никита просто стёр их из памяти, о них напоминали лишь тревожные взгляды родителей.
- Сынок, ты словно в горы собираешься, - испугано спросила мать.
- Хочу эдельвейсов набрать, - и загадочная улыбка на его губах.
- А если сорвёшься?
- Я третий год по горам лазаю, и знаю, где растут эти цветы, - Никита поцеловал мать. – До свидания, мама!
Хлопнул по плечу отца и беспечной походкой вышел из дома. А родители смотрели ему вслед со слезами на глазах, предполагая, что может скрываться за этой беспечностью.
Никита пришел на то самое место, где они с Олесей обычно начинали свои горные прогулки. Если немного подняться по этому склону, будет площадка с небольшой пещерой. Опытный альпинист мог попасть туда без труда, но с подругой… Разве что, и она такая же альпинистка.
«Она придёт туда, - в этом Никита не сомневался. – До захода солнца часа три. Успею».
Несведущие люди думают, что эдельвейсы растут лишь на высоких скалах и по одному. Нет, они растут и на горных полянках, немало встречающихся в Карпатах. Вот на одну из них, известную лишь ему, Никита и отправился.
Полянка была не больше комнаты в отцовском коттедже. Семь белоснежных звёздочек с жёлтым сердечком стояли на своих плотных ножках с серебристыми листочками.
Он сорвал шесть цветов и потянулся к седьмому, но в нерешительности замер:
«Нечетное количество мёртвым дарить нельзя, - мелькнула мысль, но рука уже сорвала цветок. – Для меня Олеся всегда будет живой».
Никита сидел в пещерке и смотрел, как солнце заходит за большую гору, на которой жил Повелитель Горных Ветров. Вверху тёмное небо, внизу – пропасть и между ними человек с сердцем, переполненным любовью, ждёт свою любимую, умершую несколько дней назад. Вот солнце коснулось вершины и, казалось, остановилось.
«Почему солнце медленно движется? Совсем остановилось, - он не открывал взгляда от багрового светила. – Нет, уже край скрылся за горой. Оно такое большое. Как Олеся будет выглядеть? В белом платье? Волосы распущены – ей это так идёт. Ей всё идёт. Солнце наполовину скрылось и, что-то застыло. Лишь бы пришла. Схвачу и не отпущу. А если не придёт? Она же умерла. Нет, нет, нет! Она придёт. Ещё немного – остался лишь краешек. Приди, родная! Я жду!»
Солнце полностью зашло за гору. Он встал, несколько минут простоял каменным изваянием и пошёл к пропасти. Всполох света расколол пространство и к нему словно по воздуху шла…
- Олеся!!!
Она была живая, тёплая, родная, пахнущая свежим ветром и луговыми цветами.
- Никита, родной мой!!! Ты пришёл ко мне, любимый! – шептала она, жадно отвечая на поцелуй.
Она была не с распущенными волосами и не в белом платье, в котором её похоронили, а в шортах и майке на голое тело. Такой его любимая была здесь в последний раз, в этой пещере.
- Мы не должны терять ни одной секунды нашего счастья, - продолжала шептать девушка, расстегивая его рубашку.
Никита стал целовать её шею, груди, а она, изогнувшись, падала на спину и лишь его сильные руки, державшие за бёдра, не позволяли этого сделать. Но через минуту они лежала внутри пещеры на матрасе, принесенном сюда месяц назад.
Даже наступившая ночь не смогла сразу остудить их безумные головы. Обессиленные, они ещё некоторое время лежали молча. Затем Никита обнял свою возлюбленную и вновь стал страстно целовать, словно боясь, что она исчезнет, затем, положив голову на её грудь, горестно произнёс:
- Обещал беречь тебя всю жизнь, а в самый ужасный момент рядом не оказался.
- Меня отец к себе взял.
- Какой отец? – удивлённо поднял голову Никита. – Ты говорила, что у тебя нет отца.
- Мама всегда твердила, что я дочь Повелителя Горных Ветров, и когда-нибудь он заберёт меня. Я, конечно, не верила, но это оказалось правдой.
- Слушай! Мы с твоей матерью пришли к вершине, она стала разговаривать с Повелителем Ветров, и он ответил ей. Тогда я думал о тебе и не придал значения их разговору. Действительно существует другой мир?
- Да, Никита. Тот мир не хуже этого, но… Там нет тебя.
Он не смог ничего ответить, просто обнял и нежно поцеловал, затем показал на стоя́щие в простой банке эдельвейсы, каким-то таинственным голосом стал рассказывать:
- В тот день мой отец сказал, чтобы я привел тебя в наш дом навсегда. Я решил набрать эдельвейсов и сделать тебе официальное предложение, - его голос дрогнул. – Давай вычеркнем эти дни из нашей жизни! Выходи за меня замуж, и я уйду с тобой.
- Это невозможно, - в её улыбке светилась нежность вперемежку с грустью.
- Каким бы не был твой ответ, утром я пойду за тобой.
- Ты просто упадёшь в пропасть и разобьешься.
- Знаю, но я останусь с тобой.
- Ты просто упадёшь в пропасть и разобьешься, - со слезами на глазах повторила она. – Самоубийцы попадают совсем в другой мир, и мы не встретимся никогда. Ты должен прожить жизнь и умереть, а не покончить с жизнью. Тогда, возможно, мы встретимся, пусть через много лет, но встретимся. Живи, мой родной! Умоляю тебя, живи! Женись, вырасти детей, проживи обычную жизнь. А я буду ждать.
- Родная моя, я не смогу! – его лицо озарила радостная улыбка. – Помнишь, год назад ты первый раз пришла к нам в группу на тренировочный сбор? Я тогда опоздал, немного, а инструктор сказал, что бы за тобой присмотрел. Лишь взглянул на тебя, и другие девушки для меня перестали существовать.
- Я тоже в тебя с первого взгляда влюбилась, - задумчиво улыбнулась Олеся. – Потом узнала, какой у тебя богатый отец и испугалась – разве ты меня полюбишь, отца нет, а мать ведьма. Потом, помнишь, пригласил сходить в горы вдвоём. Я этой ночью уснуть не могла. А когда первый раз поцеловал, чуть с ума не сошла.
- Я и тогда не представлял жизни без тебя, - совсем тяжело вздохнув, Никита добавил. – А сейчас тем более не представляю.
- Никита, поцелуй меня! – попросила Олеся, прижавшись к его телу. – Уже́ полночь. Хочу эту ночь помнить бесконечно.
Казалось, они хотели испить чашу любви до конца, чтобы капли не осталось, но та чаша была огромна и, возможно, всей жизни не хватило бы для этого, а у них была лишь ночь, которая таяла с ужасающей быстротой.
- Откуда ты силы берёшь? – спросила девушка, вырвавшись из его объятий.
- Когда ты рядом – она у меня нескончаема.
- Как ты похудел, - она погладила его по голове, - и волосы побелели. Расскажи, как ты жил без меня эти дни.
- Я не жил, - Никита улыбнулся через силу. – Все эти дни сидел в подвале и ждал смерти.
- А я боялась, что ты сведёшь счёты с жизнью, и мы никогда не встретимся, - она вдруг грустно улыбнулась. – Когда парню девять ночей подряд снится его погибшая девушка, на десятый он может попросить у Повелителя Ветров встречи с ней. А как ты об этом узнал?
- Ко мне в подвал мать каждый день заходила, что-то говорила, но я этого не слышал. А вчера зашла и сказала, что бы сходил к твоей матери, и я вдруг понял, что смогу найти тебя. Пришёл и сказал ей об этом. И вот мы встретились. Она у тебя, действительно, жена Повелителя Горных Ветров?
- У меня отца не было. Когда стала побольше и поняла, что так не бывает, спросила об этом у матери. Она мне рассказала эту историю. Я внимательно выслушала, но не поверила – незамужние женщины всегда сочиняют своим детям фантастические истории про их отцов. Но дочь Горного Ветра – это слишком.
- У меня голова отказывается соображать. Но всё это реально происходит с нами.
- Никита, ложись-ка ко мне на колени и поспи немного.
- Я не могу последние часы с тобой потратить на сон.
- Больше часа я тебе спать не дам. Буду гладить тебя по голове, как маленького. Ложись!
Никита прилег, обхватил её бедра… и вскоре действительно заснул крепким спокойным сном.
Через час в голове сработал какой-то механизм, и он резко проснулся, улыбнулся своей любимой:
- Как я крепко заснул, - парень оглядел пещеру. – У нас ведь вода есть, пойду, умоюсь.
- Я тебе полью.
Олеся взяла пятилитровую бутыль, две недели назад наполненную родниковой водой. Она смотрела на своего любимого с улыбкой на лице и тяжёлыми думами в голове:
«Осталось около двух часов, и Никита навсегда исчезнет из моей жизни. Повелитель не позволит нам ещё раз встретиться. Через многие годы он, возможно, и попадёт в мой мир. Но будем ли мы и тогда вместе? Для этого нужно, что бы он умер своей смертью, где-то рядом, например, в этой пещере. Но через много лет это будет совсем нереально. Пусть мой любимый не знает об этом и спокойно живёт на белом свете. Время залечит его душевную рану, и он забудет обо мне».
- Никита, поцелуй меня! – она понимала – это последний час их любви.
Но этот час был особенно страстным – он тоже понимал, что последний. Опомнились они, когда за горами забрезжил рассвет. Неизбежность близкого расставания наполнила ужасом их сердца.
- Никита, - промолвила она дрожащим голосом. – Ты должен полностью прожить свою земную жизнь, лишь в этом случае мы встретимся. Кроме рая и ада есть много промежуточных миров и один из них мой. Если к глубокой старости ты меня не забудешь, и почувствуешь свою смерть, приди сюда и позови меня. Я приду, и мы навеки будем вместе.
- Я не смогу без тебя.
- Любимый мой, вними моим словам! - на её глазах появились слёзы. – Другого пути, остаться навеки вместе, нет.
- Я не смогу без тебя, - повторил он, глядя невидящими глазами на окрашивающуюся багровым светом гору.
- Никитушка, родной мой, ты слышишь меня? – Олеся стала осыпать поцелуями лицо любимого. – Мне нужно идти. Прощай, Никита!
- Я не могу без тебя, - вновь повторил парень и почувствовал, как его сердце разрывается на части.
Она повернулась и сделала первые шаги по невидимой дорожке к жилищу Повелителя Горных Ветров, оставив любимого на краю пропасти.
- Олеся!!!
И тут его сердце остановилось, навсегда. Он смог сделать шаг над пропастью и схватить девушку за руку.
- Что ты наделал!? – в ужасе закричала она. – Ты самоубийца! Теперь мы не встретимся никогда.
Но что это? Они стояли, обнявшись на воздушной дорожке, ещё не понимая, что произошло, а вниз падало его, уже́ ненужное, земное тело.
АВТОРСКИЙ ФОРУМ:
Дочь Горного Ветра
Крепко сжатые челюсти говорили о его решимости в очередной раз серьёзно поговорить с родителями. Последний раз. В конце концов, он не мальчик – скоро двадцать исполнится, может и один прожить. Родители сидели в гостиной за столом, накрытым горничной к завтраку.
Сын сел за стол, сделав вид, что увлечён завтраком, стал ждать, когда родители закончат трапезу.
- Папа, мама, я хочу с вами серьёзно поговорить, - в его голосе звучала даже не решительность, а ультиматум. – Как бы вы ни были против Олеси, вам придётся смириться. Без неё я жить не смогу.
- Никита, мы сегодня с матерью всю ночь не спали – всё о тебе разговаривали,
Напряжённое лицо отца говорило о том, что он принял окончательное решение. Сын знал – от произнесённых слов тот не отступится и, сузив глаза, со злостью смотрел ему в лицо. И вдруг на каменном лице отца мелькнула улыбка:
- Женись ты на своей Олесе, приводи её к нам – вместе жить будем!
Сын потёр глаза, словно боясь проснуться. Отец был крупным бизнесменом. Большие деньги, связи в высшем обществе и коттедж, похожий на старинный замок, ставил их семью на аристократический уровень. Его возлюбленная жила в маленьком доме на окраине города у объездной дороги, проходящей возле самого леса. Отца у неё никогда не было, а мать была ведьмой. По крайней мере, так считало большинство жителей их небольшого городка. Родители, естественно, были против того, что их «красавец сын» свяжет свою судьбу «неизвестно с кем».
«Он что? Пошутил? – Никита столь безумно любил свою Олесю и боялся поверить его словам. – Неужели это правда?»
- Не думала, что ты на ведьме женишься, - заплакала мать, - но любишь ты её сильно. Приводи уж свою красавицу!
- Папа, мама! – вскочил на ноги их взрослый сын. – Спасибо! Я вас так люблю! Я побежал. Ладно?
Он не стал выводить из гаража свой Ниссан Мурано, просто надел спортивный костюм и пошёл к своей любимой. Рюкзаки с альпинистским снаряжением стояли у неё в сарае, всегда готовые к прогулкам по окрестным горам, невысоким, но таким живописным. Даже цветы не купил Никита. Он знал, где растут настоящие эдельвейсы – лишь их достойна его любимая.
Мир был прекрасен лишь потому, что его ждёт та, без которой нет жизни, та, которую будет любить вечно. Как это необычно, просыпаться утром, а рядом Олеся. И так будет всегда, всю жизнь. Сейчас я ей скажу об этом, затем сходим в горы и наберем эдельвейсов.
Настроение на мгновение испортил выжженный участок леса. Лес и горы связали их судьбу, став вторым домом, а беспорядок в доме он терпеть не собирался.
«Пожар, что ли вчера был? Узнаю, кто это сделал, голову оторву», - мелькнула в голове мысль и тут же исчезла.
Никита забежал во двор, влетел в дом. Даже на непроницаемом лице её матери сегодня читались человеческие чувства:
- Здравствуете, тётя Варя! Где Олеся? – улыбнулся он.
И тут заметил, какие чувства выражало лицо женщины: скорби, горя, ужаса…
- Что случилось? – с трудом выдавил он.
- Никита! – женщина буквально рухнула ему на грудь и, глотая слёзы, завыла диким голосом. – Вчера авария была… Бензовоз загорелся… Олеся ребёнка спасала… Затем взрыв сильный… Ту девочку собой закрыла, а ей осколок в затылок… Она мгновенно умерла, даже не почувствовала…
И мир рухнул. Исчезли слова, которыми выражают горе – их просто не хватало, и самого горя не было – это понятие было просто ничтожным по сравнению с тем, что случилось. Жизнь перестала иметь смысл.
Мать, у которой накануне погибла дочь, взглянула в глаза парня, и слёзы тут же высохли. Ей стало страшно. Ей, которую, не без основания, считали ведьмой.
Он застыл, окаменел. Прошёл час, другой. Никита не слышал, как во двор въехал автомобиль. Через минуту в комнату внесли пустой гроб и поставили на выставленные в ряд табуретки. Четверо мужиков занесли на покрывале его Олесю, аккуратно положили в гроб.
Он даже не пошевелился. Просто смотрел на прекрасное, словно живое, лицо своей любимой, на её белое платье. Именно такой ещё пару часов назад он представлял свою невесту во дворце бракосочетания. Но не в гробу же!!!
…Сколько дней прошло? Одетый во всё чёрное, он сидел в холодном тёмном подвале отцовского коттеджа. Стоило заснуть, и перед глазами появлялась одна и та же картина. Его любимая в белом платье стояла на фоне горящего леса, ветер ласково играл её распущенными волосами. Она звала Никиту, и он бежал к ней, но стоило протянуть руку, что бы коснуться её тела, как просыпался.
Раздался скрежет открываемой двери, и в подвал вошла мать.
- Сынок, девять дней как ты здесь сидишь, - она погладила по голове сына, словно маленького. – Олесю не вернёшь, а тебе жить надо. Выйди, покушай, подыши свежим воздухом.
- Мама, я не могу жить без неё. Хочу умереть, что бы встретиться с ней.
- Что ты говоришь, Никита? – из глаз матери полились слёзы. – Ты ещё молод – время всех лечит.
- Прости, мама! Я не мыслю жизни без Олеси.
На некоторое время в подвале воцарилось молчание, затем мать с печалью взглянула в затуманенные очи сына.
- Сынок, о том, что сейчас скажу, возможно, буду сожалеть всю жизнь, - каждое слово давалось ей с большим трудом. – Сходи к Олесиной матери, она поможет. Страшно посылать тебя к ведьме, но другого выхода не вижу.
Сын поднял голову, посмотрел в темноту, словно увидел где-то вдали свет.
- Спасибо, мама! – задумчиво произнёс он. – Я так и сделаю.
По этой дороге Никита шёл много раз с тех пор, когда на альпинистском сборе встретил свою Олесю.
«Она тебя околдовала!»
«Затянет в омут!!».
«Ты погибнешь!!!».
Слышалось от друзей и родных, а он хотел, чтобы эта девчонка его околдовала, хотел с ней в омут. Вот только погибла… она. Прожив двадцать лет на белом свете, он тогда не верил в две категории бытия - любовь и потусторонние силы. Оказалось, любовь существует – огромная, всепоглощающая и сейчас, направляясь к матери своей любимой, зная, что та ведьма, думал о реальности потусторонних сил.
В его руках был огромный букет роз, словно шёл на свидание. Никита подошёл к выгоревший поляне, страшным чёрным пятном зияющей на фоне прекрасного июльского леса и разбросал цветы. Красные пятна преобразили поляну, сделав ярче, но и ужасней – они лежали на, пробивающейся сквозь пепел, зелени, словно капли крови.
Никита зашел в дом, где был много раз. За столом сидела её мать, а на столе фотография Олеси в чёрной траурной рамке. Женщина медленно обернулась, провела платочком по глазам:
- Здравствуйте, тётя Варвара!
Ведьма подошла, взглянула парню в глаза и строго спросила она.
- Зачем пришёл?
- Я хочу встретиться с Олесей, - в его голосе звучала безумная уверенность.
- Ты понимаешь, о чем просишь?
- Это невозможно? – голос резко упал до отчаяния.
- Она дочь Повелителя Горных Ветров, и едва ли он откликнется на твою просьбу.
- Тётя Варвара, прошу вас! Я не могу жить без неё.
- Ты понимаешь, о чем просишь? – вновь спросила колдунья.
- Умоляю вас!
Женщина надолго задумалась, кивнув парню на стул. Никита сел, не отрывая от колдуньи взгляда, полного надежд.
- Она тебе снится? – неожиданно спросила женщина.
- Да, каждую ночь.
- Значит девять дней, - посчитав, с каким-то грустным удивлением произнесла ведьма. – Видно, Олеся зовёт тебя.
- Мы должны встретиться.
- Подумай ещё раз хорошенько! – она с тревогой посмотрела ему в глаза. – Если это случится – в рай ты уже не попадёшь.
- «Рай без любви называется адом», - произнёс парень появившиеся в голове строки из песни.
- Что ж, ты сам выбрал свою судьбу, - женщина встала и кивнула головой. – Идём со мной!
Они шли по лесистому склону, поднимаясь всё выше. Этот путь Никита много раз проделывал с Олесей. Лес закончился, и путники очутились перед разинувшей зев пропастью, а перед ними открылась огромная скалистая вершина.
- Спрячься за дерево и не вздумай выйти! – строгим голосом приказала Варвара.
Никита вернулся в чащу и встал за огромную сосну.
- Повелитель Горных Ветров, муж мой, ты слышишь меня? – громко крикнула колдунья.
- Здравствуй, моя земная супруга! – раздалось в ответ, словно эхо. – Что привело тебя ко мне?
- Со мной парень, который безумно любит нашу дочь. Он хочет встретиться с ней.
- Зачем ты совершаешь столь глупые поступки? В том, что с ним произойдёт, будешь виновата ты.
- Я знаю об этом, но за ночь со своей любимой он готов отдать даже душу.
- Будь, по-твоему! – прогремело в воздухе. - Пусть этот парень приходит с наступлением сумерек. Их время до рассвета.
- Где они могут встретиться?
- Он знает – они были там много раз. До свидания, моя земная супруга!
- До свидания, Повелитель Горных Ветров!
Женщина ещё некоторое время смотрела на горную вершину, затем подошла к Никите.
- Ты всё слышал? – в голосе её звучали грустные нотки. – Неведомо, что произойдёт с тобой в ближайшее время. Ты сам выбрал свою судьбу.
- Спасибо, тётя Варвара! – в его голосе звучала сумасшедшая радость.
Сердце переполнялось трепетным ожиданием, мысли уносились в сладостную даль, и это читалось на его лице, когда вошёл в родной дом.
- Сынок, у тебя всё в порядке? – испуганно спросила мать, впервые за последнее время, увидев улыбку на лице сына.
- Да, мама! Я хочу вымыться и поесть.
- Никита, ты был у матери Олеси?
- Да.
- И что она тебе сказала?
- Мама, не спрашивай ни о чём. Всё отлично!
Когда он вышел из ванной комнаты, рядом с матерью стоял и отец, и вновь прозвучал вопрос:
- Никита, у тебя всё в порядке?
- Да.
- Сын, что произошло? Ты словно на свидание собираешься.
- Папа, ты отгадал, - Никита загадочно улыбнулся.
- К кому?
- К Олесе. Не пугайтесь вы. Это вроде спиритического сеанса.
- Сынок, может не надо туда ходить? - в голосе матери звучала тревога. – Вдруг с тобой что случится.
- Мама, если я не пойду – не смогу жить.
Он собирался на свидание, словно не было этих ужасных девяти дней. Никита просто стёр их из памяти, о них напоминали лишь тревожные взгляды родителей.
- Сынок, ты словно в горы собираешься, - испугано спросила мать.
- Хочу эдельвейсов набрать, - и загадочная улыбка на его губах.
- А если сорвёшься?
- Я третий год по горам лазаю, и знаю, где растут эти цветы, - Никита поцеловал мать. – До свидания, мама!
Хлопнул по плечу отца и беспечной походкой вышел из дома. А родители смотрели ему вслед со слезами на глазах, предполагая, что может скрываться за этой беспечностью.
Никита пришел на то самое место, где они с Олесей обычно начинали свои горные прогулки. Если немного подняться по этому склону, будет площадка с небольшой пещерой. Опытный альпинист мог попасть туда без труда, но с подругой… Разве что, и она такая же альпинистка.
«Она придёт туда, - в этом Никита не сомневался. – До захода солнца часа три. Успею».
Несведущие люди думают, что эдельвейсы растут лишь на высоких скалах и по одному. Нет, они растут и на горных полянках, немало встречающихся в Карпатах. Вот на одну из них, известную лишь ему, Никита и отправился.
Полянка была не больше комнаты в отцовском коттедже. Семь белоснежных звёздочек с жёлтым сердечком стояли на своих плотных ножках с серебристыми листочками.
Он сорвал шесть цветов и потянулся к седьмому, но в нерешительности замер:
«Нечетное количество мёртвым дарить нельзя, - мелькнула мысль, но рука уже сорвала цветок. – Для меня Олеся всегда будет живой».
Никита сидел в пещерке и смотрел, как солнце заходит за большую гору, на которой жил Повелитель Горных Ветров. Вверху тёмное небо, внизу – пропасть и между ними человек с сердцем, переполненным любовью, ждёт свою любимую, умершую несколько дней назад. Вот солнце коснулось вершины и, казалось, остановилось.
«Почему солнце медленно движется? Совсем остановилось, - он не открывал взгляда от багрового светила. – Нет, уже край скрылся за горой. Оно такое большое. Как Олеся будет выглядеть? В белом платье? Волосы распущены – ей это так идёт. Ей всё идёт. Солнце наполовину скрылось и, что-то застыло. Лишь бы пришла. Схвачу и не отпущу. А если не придёт? Она же умерла. Нет, нет, нет! Она придёт. Ещё немного – остался лишь краешек. Приди, родная! Я жду!»
Солнце полностью зашло за гору. Он встал, несколько минут простоял каменным изваянием и пошёл к пропасти. Всполох света расколол пространство и к нему словно по воздуху шла…
- Олеся!!!
Она была живая, тёплая, родная, пахнущая свежим ветром и луговыми цветами.
- Никита, родной мой!!! Ты пришёл ко мне, любимый! – шептала она, жадно отвечая на поцелуй.
Она была не с распущенными волосами и не в белом платье, в котором её похоронили, а в шортах и майке на голое тело. Такой его любимая была здесь в последний раз, в этой пещере.
- Мы не должны терять ни одной секунды нашего счастья, - продолжала шептать девушка, расстегивая его рубашку.
Никита стал целовать её шею, груди, а она, изогнувшись, падала на спину и лишь его сильные руки, державшие за бёдра, не позволяли этого сделать. Но через минуту они лежала внутри пещеры на матрасе, принесенном сюда месяц назад.
Даже наступившая ночь не смогла сразу остудить их безумные головы. Обессиленные, они ещё некоторое время лежали молча. Затем Никита обнял свою возлюбленную и вновь стал страстно целовать, словно боясь, что она исчезнет, затем, положив голову на её грудь, горестно произнёс:
- Обещал беречь тебя всю жизнь, а в самый ужасный момент рядом не оказался.
- Меня отец к себе взял.
- Какой отец? – удивлённо поднял голову Никита. – Ты говорила, что у тебя нет отца.
- Мама всегда твердила, что я дочь Повелителя Горных Ветров, и когда-нибудь он заберёт меня. Я, конечно, не верила, но это оказалось правдой.
- Слушай! Мы с твоей матерью пришли к вершине, она стала разговаривать с Повелителем Ветров, и он ответил ей. Тогда я думал о тебе и не придал значения их разговору. Действительно существует другой мир?
- Да, Никита. Тот мир не хуже этого, но… Там нет тебя.
Он не смог ничего ответить, просто обнял и нежно поцеловал, затем показал на стоя́щие в простой банке эдельвейсы, каким-то таинственным голосом стал рассказывать:
- В тот день мой отец сказал, чтобы я привел тебя в наш дом навсегда. Я решил набрать эдельвейсов и сделать тебе официальное предложение, - его голос дрогнул. – Давай вычеркнем эти дни из нашей жизни! Выходи за меня замуж, и я уйду с тобой.
- Это невозможно, - в её улыбке светилась нежность вперемежку с грустью.
- Каким бы не был твой ответ, утром я пойду за тобой.
- Ты просто упадёшь в пропасть и разобьешься.
- Знаю, но я останусь с тобой.
- Ты просто упадёшь в пропасть и разобьешься, - со слезами на глазах повторила она. – Самоубийцы попадают совсем в другой мир, и мы не встретимся никогда. Ты должен прожить жизнь и умереть, а не покончить с жизнью. Тогда, возможно, мы встретимся, пусть через много лет, но встретимся. Живи, мой родной! Умоляю тебя, живи! Женись, вырасти детей, проживи обычную жизнь. А я буду ждать.
- Родная моя, я не смогу! – его лицо озарила радостная улыбка. – Помнишь, год назад ты первый раз пришла к нам в группу на тренировочный сбор? Я тогда опоздал, немного, а инструктор сказал, что бы за тобой присмотрел. Лишь взглянул на тебя, и другие девушки для меня перестали существовать.
- Я тоже в тебя с первого взгляда влюбилась, - задумчиво улыбнулась Олеся. – Потом узнала, какой у тебя богатый отец и испугалась – разве ты меня полюбишь, отца нет, а мать ведьма. Потом, помнишь, пригласил сходить в горы вдвоём. Я этой ночью уснуть не могла. А когда первый раз поцеловал, чуть с ума не сошла.
- Я и тогда не представлял жизни без тебя, - совсем тяжело вздохнув, Никита добавил. – А сейчас тем более не представляю.
- Никита, поцелуй меня! – попросила Олеся, прижавшись к его телу. – Уже́ полночь. Хочу эту ночь помнить бесконечно.
Казалось, они хотели испить чашу любви до конца, чтобы капли не осталось, но та чаша была огромна и, возможно, всей жизни не хватило бы для этого, а у них была лишь ночь, которая таяла с ужасающей быстротой.
- Откуда ты силы берёшь? – спросила девушка, вырвавшись из его объятий.
- Когда ты рядом – она у меня нескончаема.
- Как ты похудел, - она погладила его по голове, - и волосы побелели. Расскажи, как ты жил без меня эти дни.
- Я не жил, - Никита улыбнулся через силу. – Все эти дни сидел в подвале и ждал смерти.
- А я боялась, что ты сведёшь счёты с жизнью, и мы никогда не встретимся, - она вдруг грустно улыбнулась. – Когда парню девять ночей подряд снится его погибшая девушка, на десятый он может попросить у Повелителя Ветров встречи с ней. А как ты об этом узнал?
- Ко мне в подвал мать каждый день заходила, что-то говорила, но я этого не слышал. А вчера зашла и сказала, что бы сходил к твоей матери, и я вдруг понял, что смогу найти тебя. Пришёл и сказал ей об этом. И вот мы встретились. Она у тебя, действительно, жена Повелителя Горных Ветров?
- У меня отца не было. Когда стала побольше и поняла, что так не бывает, спросила об этом у матери. Она мне рассказала эту историю. Я внимательно выслушала, но не поверила – незамужние женщины всегда сочиняют своим детям фантастические истории про их отцов. Но дочь Горного Ветра – это слишком.
- У меня голова отказывается соображать. Но всё это реально происходит с нами.
- Никита, ложись-ка ко мне на колени и поспи немного.
- Я не могу последние часы с тобой потратить на сон.
- Больше часа я тебе спать не дам. Буду гладить тебя по голове, как маленького. Ложись!
Никита прилег, обхватил её бедра… и вскоре действительно заснул крепким спокойным сном.
Через час в голове сработал какой-то механизм, и он резко проснулся, улыбнулся своей любимой:
- Как я крепко заснул, - парень оглядел пещеру. – У нас ведь вода есть, пойду, умоюсь.
- Я тебе полью.
Олеся взяла пятилитровую бутыль, две недели назад наполненную родниковой водой. Она смотрела на своего любимого с улыбкой на лице и тяжёлыми думами в голове:
«Осталось около двух часов, и Никита навсегда исчезнет из моей жизни. Повелитель не позволит нам ещё раз встретиться. Через многие годы он, возможно, и попадёт в мой мир. Но будем ли мы и тогда вместе? Для этого нужно, что бы он умер своей смертью, где-то рядом, например, в этой пещере. Но через много лет это будет совсем нереально. Пусть мой любимый не знает об этом и спокойно живёт на белом свете. Время залечит его душевную рану, и он забудет обо мне».
- Никита, поцелуй меня! – она понимала – это последний час их любви.
Но этот час был особенно страстным – он тоже понимал, что последний. Опомнились они, когда за горами забрезжил рассвет. Неизбежность близкого расставания наполнила ужасом их сердца.
- Никита, - промолвила она дрожащим голосом. – Ты должен полностью прожить свою земную жизнь, лишь в этом случае мы встретимся. Кроме рая и ада есть много промежуточных миров и один из них мой. Если к глубокой старости ты меня не забудешь, и почувствуешь свою смерть, приди сюда и позови меня. Я приду, и мы навеки будем вместе.
- Я не смогу без тебя.
- Любимый мой, вними моим словам! - на её глазах появились слёзы. – Другого пути, остаться навеки вместе, нет.
- Я не смогу без тебя, - повторил он, глядя невидящими глазами на окрашивающуюся багровым светом гору.
- Никитушка, родной мой, ты слышишь меня? – Олеся стала осыпать поцелуями лицо любимого. – Мне нужно идти. Прощай, Никита!
- Я не могу без тебя, - вновь повторил парень и почувствовал, как его сердце разрывается на части.
Она повернулась и сделала первые шаги по невидимой дорожке к жилищу Повелителя Горных Ветров, оставив любимого на краю пропасти.
- Олеся!!!
И тут его сердце остановилось, навсегда. Он смог сделать шаг над пропастью и схватить девушку за руку.
- Что ты наделал!? – в ужасе закричала она. – Ты самоубийца! Теперь мы не встретимся никогда.
Но что это? Они стояли, обнявшись на воздушной дорожке, ещё не понимая, что произошло, а вниз падало его, уже́ ненужное, земное тело.
