Литературный форум "Ковдория": «Стрела Амура» - рассказ или новелла "О любви" - БЕЗ жаргонизмов и пошлостей (до 20 000 знаков с пробелами). - Литературный форум "Ковдория"

Перейти к содержимому

  • 4 Страниц +
  • 1
  • 2
  • 3
  • Последняя »
  • Вы не можете создать новую тему
  • Тема закрыта

«Стрела Амура» - рассказ или новелла "О любви" - БЕЗ жаргонизмов и пошлостей (до 20 000 знаков с пробелами). ПРОИЗВЕДЕНИЯ СОИСКАТЕЛЕЙ ПРИНИМАЮТСЯ по 29 ФЕВРАЛЯ 2016 г.

#1 Пользователь офлайн   GREEN Иконка

  • Главный администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Главные администраторы
  • Сообщений: 16 043
  • Регистрация: 02 августа 07

Отправлено 27 сентября 2015 - 13:59

Номинация ждёт своих соискателей по 29 февраля.



Все подробности в объявление конкурса, здесь:

http://igri-uma.ru/f...?showtopic=4851





Прикрепленные файлы


0

#2 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 19 октября 2015 - 22:04

№ 1

МЕЧТА В ПОДАРОК

Снег хрустел под ногами, лёгкий морозец пощипывал носы и щёки у прохожих. Праздничная иллюминация из сотен разноцветных мигающих огоньков напоминала о приближающемся Рождестве. Из дверей уютной кофейни, окна которой были украшены еловыми ветками с серебристым дождиком и нарядными шариками, вышла влюблённая парочка. Молодые люди о чём-то оживлённо беседовали и не спеша прогуливались по тротуару. Иногда они останавливались перед витринами полюбоваться новогодними деревцами, щедро увешанными блестящей мишурой и красивыми ёлочными игрушками.
- Какой сегодня чудесный вечер! - восхитилась девушка и обратила к своему спутнику восторженный взгляд. - Обожаю Рождество! Это волшебное время, когда исполняются самые заветные мечты!
Юноша снисходительно улыбнулся, как обычно взрослые люди улыбаются, слушая лепет несмышленых малышей, и притянул её к себе:
- Ты совсем как ребёнок, Танюша.
- Это ещё почему? - обиженно надула губки девушка.
- Потому что, как маленькая, веришь в чудеса.
- А, по-твоему, чудес не бывает? - удивилась Таня. Она подняла глаза к звёздному небу и залюбовалась танцем снежинок в свете фонарей. - Разве сегодняшний вечер - не чудо?
- Это ты - моё чудо! - молодой человек поцеловал свою спутницу в холодную от мороза щёчку.
Девушка прильнула к плечу спутника и счастливо вздохнула, чувствуя лёгкое головокружение то ли от пьянящего морозца, то ли от любви к нему.
- Скажи, Серёжа, если бы тебе сказали, что любое твое желание, загаданное под Рождество, непременно исполнится, что бы ты загадал? Какая твоя заветная мечта?
Молодой человек на секунду задумался. У него уже давно была мечта, но он не надеялся на чудо и не ждал, когда Дед Мороз принесет ему под елку желаемое. Сергей считал, что способен своими силами добиться того, о чём мечтает. Он уже несколько лет откладывал деньги, чтобы начать своё дело. Юноша заметил полный нетерпения взгляд подруги и ответил:
- Я мечтаю о собственной студии, фотосалоне, чтобы можно было заниматься делом, которое доставляет удовольствие, и работать на себя.
- И чтобы фотографировать красоток-моделей, - обиженно добавила Таня, недовольно наморщив маленький носик.
От Сергея не укрылись ревнивые нотки в её голосе. Он довольно улыбнулся:
- Для меня ты красивее всех моделей, вместе взятых, любимая! Я хочу фотографировать свадьбы, детские дни рождения и утренники, счастливые события в жизни людей! У меня уже есть необходимая сумма, чтобы открыть студию. Я даже заказал в интернете все необходимое для работы. Вчера перечислил деньги - остаётся лишь дождаться, когда мне доставят заказанную технику. Арендую подходящее помещение - и можно будет открыть свой фотосалон!
- Какой же ты у меня молодец! - девушка влюблёнными глазами смотрела на Сергея, искренне восхищаясь его упорством и целеустремленностью.
- А ты о чём мечтаешь, дорогая? Что бы загадала под Рождество?
Танюша смущённо улыбнулась:
- А я, милый, мечтаю о том, чтобы мы вдвоём отправились в путешествие. Я бы так хотела побывать в Венеции! Говорят, это самый красивый и романтический город на свете. Пройтись, держа тебя за руку, по площади Сан-Марко, полюбоваться средневековой архитектурой, Дворцом Дожей, проплыть в нарядной гондоле по Большому каналу… Пробежаться по сувенирным лавкам и музеям… Встречать рассветы и закаты на берегу лагуны в твоих объятиях… Это была бы сказка наяву!
Сергей, не отводя глаз, смотрел на Таню, с таким упоением рассказывавшей о заветной мечте. Он видел, как преобразилось её миленькое личико, словно она только вернулась из сказки, волшебство которой захватило её целиком. Она смотрела на мир глазами наивного ребёнка, идущего вслед за своей мечтой и искренне верящего в чудо. Молодой человек подумал, что когда-нибудь он заработает много денег и отвезет Танюшу в Италию, чтобы увидеть счастливую улыбку и сияющие от счастья прекрасные глаза своей возлюбленной.
- Посмотри-ка, Серёжа! Там продают лотерейные билеты, - девушка указала на небольшой киоск на углу. - Может, попытаем счастья и купим по билетику? А вдруг повезёт!
- Милая, это пустая трата денег! Все равно ничего не выиграем, - скептически пожал плечами Сергей.
- Нет, нет! Обязательно выиграем. Я это чувствую, - девушка решительно потащила друга за руку к киоску. - Знаешь, чудеса происходят там, где в них верят. Я верю в нашу удачу!
- Ну, хорошо, уговорила, - сдался он. – Если веришь – значит, выиграем!
- Нам два билетика, - сказал Сергей показавшейся в окошке киоска старушке в вязаном берете и протянул ей несколько купюр.
Всю ночь Таня не могла сомкнуть глаз в ожидании результатов розыгрыша. Девушку томило предчувствие, что вот-вот в её жизни произойдёт нечто удивительное. Приятное волнение рождало в ней уверенность, что это Рождество станет особенным и подарит ей сказку. Она это чувствует… Когда ведущий назвал выигрышные номера и взволнованная девушка отыскала их все в своем билете, она убедилась, что предчувствие её не обмануло. Танюша запрыгала от счастья и, как маленькая, захлопала в ладоши. Сумма выигрыша показалась ей огромной. Никогда ещё она не держала в руках столько денег! Их наверняка должно хватить на путешествие для двоих в Венецию! Таня поцеловала счастливый билетик и прижала его к сердцу. Вот оно, счастье! Ей захотелось сейчас же увидеть Серёжу и поделиться с ним радостью. Быстро одевшись и захватив с собой выигрышный билет, она отправилась к своему парню, жившему в доме по соседству. Девушка хотела ошеломить его прямо с порога… Но, увидев расстроенное лицо любимого и его поникшие плечи, забыла о лотерее, обеспокоенная вопросом: что же такого могло с ним стрястись?
- Милый, что с тобой? Ты плохо выглядишь… - Таня ласково прикоснулась к его плечу и пытливо заглянула в глаза.
- Люди, у которых я заказал оборудование для фотостудии, оказались мошенниками, - опустив голову, ответил он. - Они бесследно исчезли. Ни денег, ни оборудования… Видишь, как не повезло…
У Тани сердце сжалось от жалости. Она видела, как тяжело Серёжа переживает неудачу. Как же его утешить? Он ведь был так близок к своей мечте, а теперь все рухнуло… Девушка вспомнила о своём выигрыше. Этих денег должно хватить на открытие студии. Надо, чтобы он снова поверил в удачу!
Таня подошла к журнальному столику, где лежал его лотерейный билет, явно позабытый Сергеем.
- Милый, а ты уже знаешь результаты розыгрыша? - спросила Таня.
- Мне сейчас не до этого, - тяжко вздохнув, ответил он.
- А всё-таки проверь свой билетик. Может, удача уже улыбнулась тебе, а ты об этом еще пока не знаешь? - Танюша незаметно спрятала его билет в карман платья и протянула Сергею свой, выигрышный.
- Мне не везёт, - грустно покачал головой юноша.
- Всё равно проверь, - настояла на своём девушка, ласково улыбаясь.
Глаза Сергея засияли от счастья, когда он узнал о своём выигрыше. Ликующая радость и восторг отразились на его в миг посветлевшем лице. Юноша подхватил Танюшу на руки и закружился с ней по комнате, смеясь, словно ребёнок. Глядя на счастливое любимое лицо, на лучезарную улыбку, девушка нисколько не жалела, что отдала ему свой счастливый билет.
- Пусть его заветная мечта сбудется и он поверит в Рождественское чудо! - сказала себе девушка. - А Венеция... Что ж! У меня останется несбыточная мечта…
Утром следующего дня Таню разбудил звонок. Она открыла дверь и на пороге увидела улыбающегося Сергея. В одной руке он держал огромный букет алых роз, а в другой - две путёвки.
- Ты до сих пор спишь? - удивился он, заметив накинутый на ночную рубашку халатик и неубранные волосы девушки. - Просыпайся, соня! Сегодня вечером уезжаем в Италию. Тебе ещё надо успеть собрать чемоданы.
- Что? – опешив, захлопала пушистыми ресницами Таня. - Куда?
- В Венецию. Или ты уже не хочешь? - Сергей наслаждался изумлением, отразившимся на хорошеньком личике подруги.
- А как же фотостудия? Я думала, ты потратишь выигрыш на открытие своего салона, - озадаченно пробормотала Таня, всё ещё не веря в происходящее.
- Я думал об этом, - признался он. - Но потом вспомнил, как ты говорила о Венеции и о том, что мечты сбываются там, где в них верят. Ты ведь так верила в удачу! И мне кажется, что это твоя искренняя и всепобеждающая вера помогла мне выиграть. Это случилось неспроста, а затем, чтобы появилась возможность создать своими руками сказку для любимой! Осуществить её заветную мечту! А на фотостудию я ещё заработаю. Венеция ждёт. Счастливого Рождества, любимая!
0

#3 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 28 октября 2015 - 23:37

№ 2

СНЕЖИНКА НА ЛАДОНИ

Она хохочет во сне.
Переворачивается и снова хохочет.

Ночью не могу спать, днём - проснуться.
Часами всматриваюсь в темноту. Иду там по снегу.
По живому.
Он хрустит. И спешу – семеня, как городская дворняжка.

Получается согревать снежинку на ладони.
И любовь… Много её было в жизни. А в памяти – та, которую не любил.

Низковатый голос и характерный для южных провинций говор. Запах травы после дождя. Громкий смех. Жёлтый от цветов нос. Восторг в глазах и необузданное желание.

Боюсь заступить за черту. Иногда она - в круг. И не вырваться. Но, бывает, рядом – и мчишься, оглядываясь и не выпуская из виду.
А за последней чертой – тишина.
Ибо всегда есть черта, где закончатся слова.

Любовь измеряется рассветами, а одиночество – бессонными ночами.


После войны калек вывозили на далёкие острова. Мне повезло вернуться невредимым.
Учусь заново жить.

Вечерами я танцую танго. Каждый раз прикасаюсь к новой душе. Обнимаю и хочу услышать:
- У Вас сердце вырвется из груди.
Женщина понятна по движениям, взгляду, походке. Но не по запаху. Он, дурман, обезоруживает и подчиняет.
- Если Вы немой, головой мотните или хотя бы пошевелите ушами.
Я пытаюсь понять других. Но в чужих мыслях чужие ответы - ответы без вопросов.
- Значит, глухой?
Она хорошо сложена. И такие густые волосы…
Сердце и правда колотится.

В следующий раз я увидел её дней через десять – в подземном переходе. Нет, я не ждал. И даже забыл… Но она опять ко мне подошла.
Слепой играл на губной гармошке.
Выглядел странно. Непонятной формы балахон, рыжая шляпа и ботинки без шнурков. Руки черны - несоразмерно большие.
Хотел подать милостыню, но почему-то не решался.

- Я невыносимо по Вас скучала. А Вы меня не ждали и даже забыли.

В тот вечер мы ужинали.
Она щебетала, не останавливаясь. И это было одновременно забавно и интересно. Рассказывала, что у неё есть мечта. Но она её разделила на маленькие и потихоньку исполняет, а в итоге добьётся большой – своей сокровенной.
- А Вы разговорчивый, – вдруг она остановилась.
Впервые за долгое время я рассмеялся …

Обсудить – темы не иссякали. О чём угодно, когда угодно и где угодно.

«Любовь не бывает второй», - говорил я ей. А она с улыбкой отвечала: «Так её же и вовсе нет!»
Она рассказывала, что девочкой воровала кукурузу и варёную продавала на рынке. Нужны были тетрадочки для школы. Рано потеряла родителей, и заботиться было некому…
Я наслаждался её искренностью и больше слушал. Но как-то рассказал о своих снах - из одного история продолжалась в другой.
Город среди пустыни. Ребёнком готовят к ремеслу. Учусь владеть мечом, слушать пески, ездить верхом, резать скотину.
Мой род - сопровождающих караваны.
С темнотой загораются в башнях огни.
Стараюсь первым пробежать девяносто шесть ступеней (я их считаю) и зажечь лампаду. Огонь для путников.

Продолжаю говорить, а она разглядывает...

Одуванчики - любила их нюхать и называть меня волшебником. Я исполнял её маленькие желания. Те самые – для большой мечты, которая так и осталась для меня тайной.

…Хочу быстрей повзрослеть, но и во сне это не получается. Пока моя обязанность - напоить и накормить животных, проверить, хорошо ли привязаны.
В тот вечер рожала верблюдица. Очень хотелось посмотреть. И я так и заснул во дворе. А утром…. Среди убитых было много чужих. Но были и раненые.

- И над ними кружили души, умоляя о прощения. И выли, глядя на то, что натворили их тела... А я знаю, где этот город.

Больше я не рассказывал о своих снах. Но было в точности, как она сказала. Поэтому и согласился ехать. Да, и развеяться на выходные не мешало.

Пару раз мы остановились, но в пути были почти уже сутки. Дорога шла через пустыню - однообразная и радости не доставляла.

- Уже скоро, - сказала она.

Освещая башни и сводчатые дворцы, за городом пряталось огромное красное солнце.

- Это место? – спросила она.
- Да, – ответил я, хотя город был не из моих снов.

Вечером похолодало. Но мы все равно пошли гулять.

- В башнях огни уже не зажигают, – сказала она.
- Да, - ответил я, - и неверных жён тоже больше не сбрасывают.

Здесь старели люди, а город оставался таким же, как тысячи лет назад. Одноэтажные дома. Стены на улицу без окон. Высокие заборы. Мостовые из булыжника и редкие деревья.
Она рассказывала о великих завоевателях, покорявших эти места. Рассказывала, как людей заставляли менять богов. Об изощрённых пытках, былом богатстве и роскоши этих мест.
О том, что злодей был объявлен святым и могила его теперь место для паломников.
Потомки чтут убийцу своих предков.

Мы дошли до недостроенной башни.

- Говорят, она должна была быть выше облаков. Но она и так красива – правда?
- Да, – ответил я и подумал, что, если бы не случайность, мастер мог достроить башню. И потом его бы оттуда скинули.
- Если бы не случайность, мастер мог достроить башню. И потом его бы оттуда скинули.
- Удивительная история. И что за случайность?
- Подслушал подмастерье и ему передал… А я замерзла и проголодалась.

Мы зашли в кафе - поесть и заодно согреться.
Чужестранец пел песни своей родины. Он ходил от стола к столу. И с ним было двое местных, которые ему подпевали. Они старались в точности передать неведомые им гортанные звуки.

- Что будете заказывать? - обратился к нам официант.
- Сейчас что-нибудь горячего… Чай. А из еды – на ваш вкус, что порекомендуете. Что обычно едят местные жители.

Песня была завораживающая, очень чувственная и закончилась как раз у нашего стола.

- Ваша песня о любви? – спросил я чужестранца.
- Конечно. Все песни о любви. Да и сама любовь – это песня. Просто не у всех есть слух и голос.
- А Ваши помощники понимают, о чем поют?

Чужестранец улыбнулся, поблагодарил меня за деньги и ушёл.

Я попросил счёт.
Официант, видимо, заметил, что я смотрел на певца.

- Он состарился в нашем городе. Каждый год собирает деньги, чтоб вернуться на родину.

В тот вечер она настаивала поехать домой. И я не стал противиться.

Мы приходим в этот мир с криком и уходим молча.
И думаем, что настоящее - результат прошлого и предвестник будущего.

…Гуляя по ночному городу, смотрю на огоньки в окнах. Какие-то зажигаются. Какие-то гаснут. И кажется это звёздным небом.
Останавливаясь на перекрестке, думаю, изменится ли моя жизнь, пойди я выбранной дорогой. И выбрана ли она?
Мимо проходят, не задумываясь о своём пути.
А я перед выбором, который уже сделан…

На обратной дороге она не сомкнула глаз и не проронила ни слова. Это было непривычно. Видимо, необходимое было уже сказано.

На встречную полосу выскочила машина.

…Сказали, что смерть наступила мгновенно, и она ничего не почувствовала.

Но это не так.
Последнее мгновение самое длинное.
В нём вся жизнь.
Когда-то моя смерть пролетела насквозь, едва не задев сердце – надежды на жизнь не было.

Но я жив и вернулся домой.

Время не лечит и не меняет... Оно идёт своим чередом.

Мы часто хотим повторить прошлое.
Возвращаемся в надежде вернуться, а прошлое (Увы, безвозвратно!) потеряно.

Деревья сбросили листву. И улицам нечем было согреться.
За листопадом я простоял у окна. И к рассвету жёлто-красный наряд забрал ветер.
Утро.
Утром… Я ушёл, оставив за спиной смех.

Она хохотала во сне.
Переворачивалась и снова хохотала.

… Снежинка на ладони.
0

#4 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 11 ноября 2015 - 16:41

№ 3

ПРИКОСНОВЕНИЕ

Коляска с лёгким скрипом двигалась вдоль длинного полутёмного коридора, наполненного приглушёнными и невнятными звуками чьих-то спокойных голосов. Наконец, она в нерешительности остановилась у открытой двери и через пару секунд въехала в большой зал.
Голова юноши лет семнадцати или восемнадцати, сидящего в кресле, слегка сдвинулась вправо, потом влево. Карие глаза окинули пустой зал быстрым любопытным взглядом. Потом его руки с длинными тонкими пальцами снова заработали, вращая гладкие блестящие круги, прикреплённые к задним колесам. Коляска выехала в центр зала и стала медленно поворачиваться по оси, так как юноша крутил только правое колесо, придерживая левое. На его худом красивом лице появился целый комплекс чувств: лёгкая печаль и грусть, удивление, настороженность и ожидание. Он стал более внимательно разглядывать стены и потолок огромной комнаты с ровным деревянным полом.
Это место было светлым и чистым и ему сразу понравилось. Но ещё больше ему понравилось то, что оно было… Каким ? Он сморщил лоб, пытаясь подыскать подходящее слово, но оно долго не приходило на ум. Наконец, пришло. Может, не совсем то, но тоже подходило: место было приветливым и… Спокойным. Это спокойствие внушало уверенность. А ещё оно рождало какую-то внутреннюю силу. Далёкую и смутную. И пока ещё непонятную. Юноше вдруг захотелось… Что захотелось? Его пальцы остановились, словно размышляя о чем-то далёком и неясном, затаившемся в глубине его мозга, и коляска застыла на месте. Яркий свет врывался в зал сквозь высокие окна, тянувшиеся от одной стены до другой, освещали его задумчивое лицо и печальные глаза, направленные к полу. Что ему хотелось?..
Ему хотелось… Хотелось… Сделать что-то невероятное и совершенно невозможное. Когда он, наконец, осознал это, ему очень захотелось озвучить своё желание хотя бы внутри себя, но он тут же зажал мысль в голове. Нет! Нет! Усилием воли он загнал глупое желание в самый дальний уголок сознания и запер там на десять замков.
С поникшим видом юноша переключился на реальность вокруг себя. Он снова закрутился на месте, и на этот раз его взгляд выхватил отчётливые фрагменты окон и стен. Потом - чёрный дисковый плейер на стуле. Длинный шнур от него тянулся к розетке. Юноша задумчиво уставился на неё, но через несколько секунд что-то привлекло его внимание. Какой-то звук. Что-то ударилось обо что-то. Он обернулся к двери и увидел въезжающую в зал коляску. А в коляске сидела девушка примерно его возраста.
Плотно сжатые губы юноши дрогнули, а клапаны в его сердце быстро и беспокойно застучали. Девушка была очень симпатичной. Она на какое-то мгновение в нерешительности застыла у двери, а потом медленно покатила в его сторону. Остановившись в метре от него, незнакомка слегка растянула губы в приветливой улыбке.
– Привет. Я Саша, а тебя как зовут?
– Максим, – смущённо пробормотал парень, чувствуя, что краснеет. Ему было неловко от того, что его видели в инвалидном кресле. Его, конечно, видели и раньше, но сейчас его видела эта симпатичная девушка, пусть даже она сама сидит в коляске, как и он…
Их взгляды встретились. Нет, пожалуй, она больше, чем симпатичная! Она… На узком лице Максима вспыхнуло выражение удивления и какой-то непонятной лёгкой радости. По губам девушки скользнула быстрая улыбка. Максим ответил ей едва заметной неловкой улыбкой. Он никогда никому не отвечал улыбками, а ей ответил. Ему было приятно улыбаться ей, и он хотел ещё раз улыбнуться, может, даже пошире, но сдержал свой порыв и снова сжал губы в привычную печальную полоску.
– Мне сказали ехать сюда. А что здесь будет? – девушка первая прервала молчание и окинула зал быстрым изучающим взглядом.
– Не знаю. Может, собрание колясочников, – тихо произнёс Максим пересохшим от внезапного волнения голосом. Но внешне он старался не выдавать неожиданно вспыхнувшие чувства, которые он ещё и сам не понимал.
– Круто. Больше никого нет. Может, собрание будет только для нас двоих? – губы Саши приоткрылись в хитрой улыбке.
Максим не успел ответить: в коридоре раздался стук каблуков, и в зал решительно вошла молодая симпатичная женщина. Ей было лет тридцать, и у неё было приятное и доброе выражение на лице. Она подошла к Максиму и Саше.
– А, вы уже здесь! Вот и хорошо. Ты Саша, а ты Максим, – сказала она полувопросительно и полуутвердительно и улыбнулась притягательной улыбкой. – Замечательно. А меня зовут Алина Сергеевна. Можете называть меня просто по имени. Я ваш тренер или, если хотите, учитель танцев. Необычных танцев. Я буду учить вас фигурному катанию.
Саша и Максим с удивлением переглянулись, а потом посмотрели на женщину.
– Не удивляйтесь, мои дорогие! Мы будем учиться кататься в креслах. Красиво кататься. Ну, как, хотите научиться?
Саша и Максим нерешительно кивнули.
– Отлично. Тогда сразу же и начнём!
Тренер подошла к стулу с проигрывателем
– Так, ребята, сейчас мы попытаемся изобразить ваши движения в первой позиции… Становитесь напротив меня… Хорошо… Саша, чуть ближе ко мне… Вот так… Теперь внимательно слушайте. Вы отъезжаете друг от друга в противоположные стороны, – Алина Сергеевна сделала руками широкие движения, рисуя в воздухе картинку будущих движений своих учеников, – делаете большие петли, потом едете вдоль стены и сцены, потом двигаетесь вдоль противоположной от меня стены. В центре зала вы встречаетесь и вместе одновременно подъезжаете ко мне… Постарайтесь делать всё синхронно. Смотрите друг на друга. Давайте попробуем изобразить эту фигуру, – она нажала на кнопку проигрывателя. Из динамика выплеснулась красивая мелодия вальса.
– Ну, поехали… Саша – к сцене, Максим – к той стене. Так… Так… Так… Ага… Вот так… Получилось… Отлично!
Саша и Максим почти одновременно подъехали к тренеру и остановились напротив неё. Она нагнулась в проигрывателю и выключила его.
– Теперь позиция номер два. Вы едете в разные углы от меня. По диагонали. Саша – в правый угол от себя, Максим – в левый. В углу сделайте маленькую петлю и возвращайтесь ко мне… – из динамиков снова хлынула волна вальса. – Так… Так… Угу… Так… Неплохо. Саша, тебе надо добавить скорости, чтобы ваши движения были как можно более синхронными, – сказала тренер, когда две коляски застыли возле неё.
– Я не могу ехать быстрее, – сказала девушка расстроенным голосом, – у меня коляска немного разболтана. Пусть Максим едет помедленнее.
– Ладно. Максим, постарайся двигаться чуть-чуть медленнее, хорошо?
Максим молча кивнул и ещё раз окинул стройную фигуру девушки любопытным взглядом.
– Позиция третья. Теперь Саша остаётся на месте, а Максим делает вокруг неё красивый круг, - Алина Сергеевна снова описала широкий круг левой рукой. – Сейчас я дам музыку… Поехал, Максим… Хорошо, хорошо… Вот так… Всё получается… Молодец, Максим! Теперь то же самое делает Саша… Отлично, ребятки! Вы мне нравитесь. Это именно то, что надо. Устали?
Её ученики только пожали плечами. Алина Сергеевна поняла, что её вопрос был лишним, поэтому приветливо улыбнулась: ей нравились её ученики и их желание сотрудничать с ней. Такие приятные отношения настраивали её на радостные чувства.
– Сейчас будет четвёртая позиция. Она немного сложнее. Будьте внимательными… Встаньте посередине зала рядом друг с другом лицом ко мне. Саша поворачивает коляску и движется в сторону Максима, делает маленькую петлю возле него, потом едет по прямой линии к тому углу, поворачивает налево, едет вдоль сцены, снова поворачивает и подъезжает ко мне. Максим делает то же самое, только в обратную сторону. Да, Максим, постарайся немного убавить скорость и добавить немного улыбки. Хорошо?
В ответ Максим только поджал губы и согласно кивнул.
– Ладно, всё запомнили? Хорошо!.. Ну, тогда пое…
В этот момент из кармана джинсов тренера послышался телефонный звонок. Алина Сергеевна вытащила маленький аппаратик и поднесла к уху. Потом выключила проигрыватель и стала слушать говорящего.
– Да, да… Конечно, понятно. Сейчас приду. Так, ребятки, – сказала она, выключив телефон. – Мне надо отлучиться на минутку. Вы тут пока покрутитесь немного, а я скоро вернусь.
Алина Сергеевна быстро прошла к выходу и закрыла за собой дверь. Максим и Саша стали бесцельно кататься по залу. Они подъезжали друг к другу с противоположных сторон и медленно проезжали мимо, и, когда их коляски сближались, их взгляды встречались, и на их лицах на несколько мгновений появлялись смущённые улыбки. И каждый раз они становились более широкими и раскованными. Их глаза выражали симпатию друг к другу и первые проникновенные чувства. Совершенно новые и смутные, как для Максима, так и для Саши. У Саши были огромные яркие зелёные глаза… Нет, не зелёные… Они были какими-то… Какими они были? Чёрт, он не мог вовремя вспомнить это слово. Или просто не знал его. Да, точно, в его обширном словаре не было этого слова. Потому что… Просто не было, так как ему ещё не встречался такой цвет. Может, изумруд? Пожалуй, да, но совсем светлый, почти прозрачный изумрудный цвет. А, может, не изумруд? Изумруд зелёный или синий? Кажется, зелёный… Ладно, потом проверю… Интересно, она ещё появится на этом дурацком катании или нет? Было бы неплохо, если бы появилась…
Размышления Максима прервал стук столкнувшихся колясок и лёгкая тряска. Это Саша, проезжая мимо него, задела его коляску педалью. Максим не удержался и улыбнулся. Девушка ответила ему красивой белозубой улыбкой, отметив про себя чистые карие глаза печального парня. Потом уехала в дальний конец зала. Неожиданно для себя Максим помчался за ней и быстро догнал её. Обе коляски одновременно поехали вперёд и уткнулись педалями в стулья, стоявшие у стены. Они удивлённо взглянули друг на друга и разъехались в разные стороны.
Через некоторое время они оказались в центре зала друг против друга. И остановились в напряжённом ожидании. Ожидание затягивалось. Ни он, ни она не могли придумать чего-то, что позволило бы им снова приблизиться друг к другу. Их коляски замерли, терпеливо ожидая, когда пальцы девушки и юноши снова обхватят обручи на колесах.
И тут Максиму представилась совершенно нереальная, фантастическая картина: Саша в виде призрачного образа медленно опустила ноги на пол и пошла к нему, потом остановилась между их колясками и сделала первые движения руками. Потом начала танцевать под музыку вальса.
И в это же время глаза Саши, сидящей в кресле, затуманились, и ей представилось, будто Максим в виде призрачного образа встал и подошёл к ней. Он обхватил её талию обеими руками, и они стали кружиться в танце. Они кружились и кружились, и стены со стульями кружились и кружились вокруг них... А потом начался полёт: их полупрозрачные тела подхватил неведомый ветер и понёс по залу, залитому ярким светом, и они летели и летели всё быстрее и быстрее... Что-то звякнуло в воздухе. Какой-то странный звук. Картинка танцующих Саши и Максима вдруг исчезла.
Саша всё так же неподвижно сидела в коляске и печально смотрела на Максима, а Максим сидел в своей коляске и также печально смотрел на Сашу. Через минуту тягостного ожидания их коляски поехали друг к другу и их взгляды, наполненные волнующими фантазиями, успели встретиться на пару секунд. Потом они разминулись и снова стали бесцельно ездить по залу. Их движения были хаотичными. Они то приближались друг к другу, то резко разъезжались. Их коляски почти соприкасались при каждом приближении. Но теперь их лица были устремлены в пустоту под их ногами и ничего не выражали. Ничего, кроме печали и безнадежности. Наконец они оказались в противоположных углах зала. Замерев на бесконечную тягостную секунду, они вдруг стали быстро приближаться друг к другу, словно решившись на что-то.
И тут колесо коляски Саши внезапно отвалилось, и кресло с грохотом опрокинулось набок. Саша вскрикнула от неожиданности и выпала из него. Её лицо исказилось от страха.
– Саша!!! – клокочущий вскрик страха выплеснулся из горла Максима.
Он быстро заработал руками, и коляска помчалась к девушке через весь зал. Но в двух метрах от неё его коляска внезапно остановилась и по инерции движения резко повернулась вбок. Он со всей силой закрутил колеса, но его старое транспортное средство не сдвинулось с места. Он наклонился к левому колесу, которое не желало крутиться, и увидел, что на спицы колеса намоталась верёвка, которая ранее придерживала подушечку на спинке кресла. Он с отчаянием посмотрел на лежащую на полу Сашу, потом попытался вытащить верёвку из спиц, но она затянулась так сильно, что он не смог выдернуть её из колеса. Максим начал делать отчаянные попытки сдвинуть коляску с места, но поняв, что у него ничего не получится, он решился.
Зажав сильными пальцами подлокотники коляски, он неуверенно поднял своё тело с сидения. Его ноги подгибались, словно тряпичные, а тело колыхалось от слабости, но он силой воли заставил себя встать и сделать пару шагов к лежавшей на боку коляске Саши. В полуметре от неё он со страхом, внезапно сковавшим всё его тело, остановился: больше его ноги не желали слушаться его воли и, судорожно подергиваясь, застыли на месте. Максиму хватило пары секунд, чтобы принять новое решение. Юноша вытянул руки вперёд и начал наклоняться к лежавшему на боку креслу девушки. Но он тут же потерял равновесие и стал валиться на него. В последнее мгновение перед падением он успел ухватиться за ручку. Сжав её обеими руками, он с трудом подтянулся и слегка оперся на безвольные ноги.
Максим попытался оттащить коляску в сторону, чтобы освободить колесо, на которое она упала. Саша, как могла, помогала ему и через несколько секунд смогла сдвинуться с места. Максим вцепился в корпус кресла в попытке поднять его вместе с девушкой и поставить на остальные колёса, но ему не удалось сделать это. Тогда он ухватился за обе ручки и попытался снова поднять её. Его слабые ноги не смогли выдержать такой груз и тут же подкосились. Юноша упал на колени, упорно продолжая сжимать побелевшими пальцами ручки кресла. Наконец, ему удалось слегка приподнять его, и в этот момент в зал вошла тренер.
– О Боже! – испуганно вскрикнула Алина Сергеевна и быстро подбежала к своим незадачливым ученикам.
Вместе с Максимом она смогла поставить коляску на колёса. Поддерживая левой рукой подлокотник, она подняла упавшее колесо и воткнула в него блестящую втулку, выпавшую из него. Потом втулка с громким щелчком вошла в ось, и тренер облегченно вздохнула. Увидев Максима, пытавшегося устоять на дергающихся ногах, и его коляску в двух метрах от себя, она быстро оценила обстановку и поняла, что с его коляской тоже было что-то не так. Она подбежала к ней и увидела запутавшуюся в спицах веревку. Она присела возле колеса, распутала веревку и, вытащив её из спиц, подкатила коляску к Максиму.
– Ну вот, всё отлично, – сказала она с облегчением, когда юноша с трудом устроился на сидении. – Надеюсь, Саша, ты не очень пострадала?
Девушка отреагировала смущённой улыбкой.
– Я вижу, что с вами все в порядке. Хотите продолжить занятие?
Саша и Максим неуверенно переглянулись, но потом вдруг решительно закивали головами. Им очень хотелось продолжить занятие. А ещё им очень хотелось… Что им хотелось? Им хотелось… Хотелось… Им хотелось, чтобы они снова остались одни в пустом зале. А ещё… А ещё… Сделать что-то невероятное и совершенно несбыточное и невозможное. А если это… реальное? А если это возможное?.. Их взгляды на мгновение встретились, потом растерянно разбежались в стороны. Оба затаились в бушующем хаосе чувств и переживаний. А ещё – ожидания. Несбыточного ожидания. Или реального?..
До них, наконец, дошёл голос тренера.
– Приготовьтесь, ребятки, и улыбнитесь. Да, постойте, я не подумала. Давайте я сначала схожу за техником, чтобы он посмотрел, что с Сашиной коляской. Надеюсь, в моё отсутствие вам не придёт идея повторить всё это? – Алина Сергеевна лукаво посмотрела на своих учеников и лукаво улыбнулась.
– Нет, не придёт… Точно не придёт, – произнёс Максим охрипшим от волнения голосом. – Мы будем держаться… На колёсах, – добавил он, направив в сторону Саши проникновенный взгляд сверкающих от радости карих глаз.
– Отлично. Я сейчас вернусь.
Тренер вышла из зала, а они улыбнулись друг другу широкими открытыми улыбками и снова смущённо разъехались в стороны. На противоположных концах зала они снова застыли, а потом… А потом вдруг Максим поехал к Саше, а Саша поехала ему навстречу. Коляски сблизились и остановились в сантиметре друг от друга. Саша и Максим с трепетом смотрели друг на друга несколько секунд, а потом их лица стали медленно и непроизвольно сближаться. Через несколько секунд их губы слегка соприкоснулись.
0

#5 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 12 ноября 2015 - 23:15

№ 4

ФРИДА

Необъятная тревога,
Непонятное волненье.
Что-то сердце ко мне строго -
Не прощает отчужденья!

Я спрошу у солнца лучше,
Я спрошу у ветерочка,
Где же мой прекрасный лучик,
Что мне освещает ночи?

Где моё большое счастье,
Что тревожит ум и душу?
Только ветер безучастен,
А у солнца взгляд потушен…

Я спросила у ромашки
и синицы желтобокой….

— Я спросил у ясеня-я-я, где моя любимая-я-я! Хмым…
— Я так и знала. Я знала, что ты будешь смеяться и вспомнишь эту дурацкую песню. Не буду я тебе больше своих стихов читать!
— Брось, Фрида, не психуй! Я не хотел тебя обидеть! Ну-у-у... Случайно вырвалось! — стараюсь сдержать смех. — Сама-собой параллель... Как-то возникла. У тебя замечательные стихи! Я не смеюсь.
— Пойми, умник – это мои мысли и чувства, а не того человека, что песню сочинил! Не помню, как там его звали…
— И я не помню. Антонов, кажется…
— Нет, не Антонов – это точно. Ладно, потом вспомню. Так вот, это мои мысли, это мои чувства и слова. Просто тот тип сочинил нечто похожее раньше, — в её глазах заблестели знакомые огоньки-чёртики. – Понимаешь, всё в этом мире было когда-то раньше. Нет ничего нового. Ну, напишу я, например, про любовь, про дружбу, про тополь, про солнце, про весну, про зиму… Да про что бы ни написала – всё уже ранее тысячу раз до меня воспето и описано.
— Да всё я понимаю, успокойся! Лучше продолжай стих. Что там у синицы?
— Всё, улетела синица. Нет у меня настроения дальше читать. Потом как-нибудь…
— Ладно, айда покурим!
Мы вышли на крылечко. Я протянул ей сигаретку. Было довольно прохладно, но апрельские улочки очень мило, совсем уже по-весеннему, приветливо улыбались яркими бликами своих окон и луж. Хмурые асфальтные лица прохожих уже пробивали улыбки, а утренний слегка морозный воздух был наполнен чем-то сумасшедше-романтичным. Даже трамваи звенели как-то по-весеннему...
Я обнял Фриду и притянул к себе....
Её звали Фарида – Фарида Алимова. Но я звал её Фрида, а вслед за мной - все остальные однокурсники. Впрочем, как я понял, ей это нравилось, потому она иногда сама так и представлялась: «Меня зовут Фрида». Хотя поначалу она возмущалась:
— Я Фарида, а не Фрида.
— Но Фрида – круче.
— Чем?
— Ну, например, так звали одну великую художницу-сюрреалистку. Ты не художница, но тоже талантлива.
— Я видела её портрет: страшнющая баба со сросшимися бровями. Не зови меня Фридой, мне не нравится! – нахмурилась и сдвинула брови так, что и правда стала похожа на Фриду Кало.
Но она так и осталась Фридой, а «именная аллюзия» на мексиканскую знаменитость ей всё же очень импонировала...
Мы познакомились с ней на первом курсе.
Первый день, после первой пары. Друг Славик:
— Видал девчонок?
— А как же! У филологов, правда, лучше.
— Дык, там одни только девчонки и учатся.
— Перейду на филологический, — подмигиваю…
— Дурак, для этого не нужно никуда переходить.
— Да просто шучу.
— У нас тоже есть нормальные такие…
— Кто? – делаю недоверчивую гримасу.
— Фарида!
— Фарида? Хм… У нас?
— Ты ещё не видел? А вот она!
Мимо нас продефилировала жгучая брюнетка с модной стрижкой в каком-то невероятно коротком супердекольтированном мини-платье. Походка «от бедра», глаза начинающей «женщины-вамп» и просто головокружительно приятный шлейф дорогущих духов. Мы невольно раскрыли рты…
— Сэ-э-экси!!! – чуть ли не прохрипел Славик
— Не то слово!
— Я же говорил, что у нас есть не хуже, чем у филологов!
— Ты прав, друган!
Но, как оказалось, «секси» было только в первый, ознакомительно-торжественный, день. Фарида (Фрида) предпочитала только джинсы, широкие майки и мешковатые свитера. Тем не менее, за ней в первый месяц увивалось множество сокурсников. Но только в первый месяц, потом за ней закрепилась репутация «шизанутой» - именно так многие воспринимали её чудачества. А чудачеств у этой яркой натуры хватало… Она могла опоздать на пару и зайти в аудиторию с подобранным на улице щенком и бурно возмущаться, когда «препод» её выпроваживал. Могла запросто объявить «акцию молчания» ( как она сама это называла ) и несколько дней ни с кем не разговаривать. Объясняла это знаком протеста против какой-либо несправедливости. Многих парней шокировала её экспрессивная манера общения: иногда «важные» мысли текли из неё непрекращающимся потоком и тот, кто не хотел её внимательно выслушивать, больше не удостаивался её внимания. Но я как-то не только выслушал её «заумности», но и, развив тему, устроил дискуссию. С тех пор мы стали дружить – она нашла словоохотливого умника себе под стать. А в её экстравагантности я видел просто яркость и неординарность личности. К тому же, Фрида писала стихи – много писала. По крайней мере, я каждый день удостаивался чести стать первым слушателем. Она искренне гордилась своим почётным дипломом, выданным ей, ещё десятикласснице, на каком-то областном поэтическом конкурсе за второе место. А когда её стихи напечатали в какой-то газётенке родного города Безенчука, у неё был настоящий праздник, который мы с ней шумно отмечали, разорившись на шампанское.
Славик посмеивался:
— Вань, ты связался с ненормальной. Ты скоро станешь таким же.
— Она не ненормальная - она талантливая!
— Это не слова-синонимы. Санёк Абрамов рисует классно, у него уже выставки были. Так ведь нормальный пацан. И пивка с ним попить всегда запросто, и на футбол в «Металлург» всегда можно съездить, и не болтает всякие глупости... Когда кукундер поехал – это не признак таланта, это признак того, что кукундер поехал! — при этом Славик вытянул странным образом лицо, видимо, изображая тот самый поехавший «кукундер».
— Не болтай глупости. Люди все разные, и твой Санёк - не эталон для других!
— Ну, как знаешь!
А весна выдалась и правда дивной. Начало апреля радовало обилием солнца, и настроение держалось какое-то солнечное! Хотелось делать глупости и забыть об учебе. Фрида бросила окурок и плотнее ко мне прильнула. Поймав взгляд её угольно-чёрных глаз, улыбнулся... Я влюбился... Да, я влюбился! Или, может, это была просто весна? Весеннее волшебство! Но я тогда об этом не думал - мне было просто с ней хорошо… Будто бы наступила вечная весна. Каждую весну мне кажется, что начинается что-то новое и необратимое, прекрасное и одухотворяющее. Так было и в этот раз....
— Вань, а поедем сегодня в парк Гагарина!
— Зачем?
— Покатаемся на колесе обозрения.
— Так его ещё не запустили.
— Разве? Нет, я слышала, что оно уже работает.
— Ну, поехали. А потом?
— А потом – суп с котом. Что потом, придумаем!
Мы зашагали по мокрым самарским улочкам, держась за руки и улыбаясь новому счастливому дню. Мы шли навстречу весне…
Но это была последняя наша весна… В следующем году наши отношения оборвались, да и учёбу я бросил. Но вот каждый апрель почему-то вспоминается эта забавная Фрида – яркая и капризная, как самарская весна!

Я спросила у ромашки
и синицы желтобокой –
Не ответила мне пташка
И цветочек. Очень плохо…

Потерялся мой любимый.
Он сегодня не со мною!
Растворился, стал незримым
Принц, похищенный весною….
0

#6 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 19 ноября 2015 - 01:24

№ 5

СОСЕДКА

Бракоразводный процесс - мягко выражаясь, не очень приятное событие. Слава Богу, всё закончилось. Можно немного расслабиться. В семь вечера принял ванну, побрился. Из встроенного в кухонную стенку бара съёмной квартиры достал бутылочку любимого ирландского виски, плеснул в стакан, добавил льда - и на диван. Щёлкнул пультом телевизора, настроился на «СТС», где шла очередная серия «Ворониных». Пара глотков виски - и мои глаза стали закрываться с явно определённой целью - предоставить уставшему мозгу и телу отдых.
Но задремать и перейти в стадию сна не получилось. В дверь позвонили и весьма настойчиво. Моя медлительность и, по всей видимости, сильное желание непрошеного гостя скорее увидеть меня (или открытую дверь) привели к сочетанию трели дверного звонка и громкого стука (по всей видимости, ногой).
- Что за чёрт! Кого это принесло! И кому так неймётся! Иду, иду! Только халат наброшу.
Подойдя ближе к двери, услышал женский голос, явно просящий о помощи. Пришлось поторопиться.
Стоило только приоткрыть входную дверь, как она резко распахнулась, и, менее чем за секунду, закрылась и весьма громко. На пороге предо мной предстала молодая особа. На первый взгляд, не больше двадцати, выше среднего, худенькая, в шортах, футболке, сильно взволнованная. Сразу впечатлила огненно-рыжая копна взлохмаченных волос и огромные карие глаза.
- Умоляю, помогите! Я из квартиры напротив. Никого из соседей нет. Мне не к кому обратиться. Мне грозит серьёзная опасность. Почти уверена, что те люди, которые поднимаются в лифте, идут за мной. Они убьют меня.
- Хорошо, успокойтесь. Проходите в комнату. Присядьте на диван или на стул, где Вам будет удобнее. И мы во всём разберёмся.
Не успел закончить приглашение, как соседка шмыгнула мимо. Проследить, где и как она расположилась, и продолжить выяснение всех обстоятельств трагедии не удалось. Громкие крики, стук на лестничной клетке заставил меня проявить однозначно непраздное любопытство и прильнуть к дверному глазку. Обзор хороший, и видно всё прекрасно. Три молодых человека весьма спортивного телосложения расположились около двери напротив. Двое в тёмных спортивных костюмах, третий - в строгом костюме того же цвета.
- Похоже, этой … нет. Шеф, ломаем дверь?
- Идиот, ты ещё пушку достань и повесели соседей! Поработай набором и скройся в квартире. Сиди там, пока не появится. А, ты, Леший - вниз. Подгони машину к подъезду и паси. Никуда она не денется, появится. Всё, занимайтесь. Я на телефоне.
Минуты через три в подъезде воцарилась тишина, что позволило мне вернуться в комнату и возобновить общение с девушкой. Та с ногами забралась на диван, сжалась комочком. Её покачивало то ли от страха, то ли от допитого виски. В стакане, где оставалось грамм сто крепкого спиртного напитка, на дне лежало лишь два небольших кусочка льда.
- Ещё виски, или, может, чай, кофе?
- Что? Простите, нет. Спасибо.
- Тогда давайте, рассказывайте. Что у Вас случилось? Помощь Вам действительно нужна. В этом только что убедился. Один молодой человек незаконно проник в Ваше жилище, второму приказано караулить Вас на улице. Намерения у ребятишек явно серьёзные. Наверное, желание найти Вас появилось не на пустом месте. Лучше всё подробно рассказать. Это облегчит мне задачу оказания Вам помощи. Или можно поступить иначе - вызвать полицию.
- Нет, прошу Вас! Не надо полицию. Я сейчас Вам не могу всё рассказать. Меня втянули в нехорошую ситуацию, и я стала защищаться. И немного поранила одного важного дядю.
- Вы? Как-то по Вас не скажешь, что Вы способны кого-то ранить.
- Так получилось. Пожалуйста, не спрашивайте меня ни о чём. Меня колотит, очень устала, хочу спать. Разрешите мне у Вас остаться. Я не принесу Вам много хлопот.
- Вы серьёзно так считаете? Действительно, никаких хлопот! Ладно, я тоже устал. Располагайтесь на диване, раз уж вы его облюбовали. Бельё принесу. Отдыхайте. Завтра утром уйду рано, вернусь около пяти. Ребятишки вряд ли объявят Вам амнистию. В холодильнике негусто, но с голоду не умрёте. Я Вас закрою. И лучше Вам сидеть тихо. Вернусь, подумаем вместе. Если что - звоните мне с городского, номер сотового телефона будет на тумбе. Отвечать не надо никому.
- Спасибо.
В семь утра гостья крепко спала, беспокоить не стал. Выходя из подъезда, заметил в машине с открытым окном, прямо напротив подъезда, одного из вчерашних парней в спортивной форме. Боец крепко спал. В тринадцать десять на сотовый телефон позвонила хозяйка квартиры.
- Сергей Иванович, здравствуйте! Это Ирина Николаевна. Мне только что позвонила соседка, проживающая над нами. Говорит, что в квартире запах гари. Вы ничего не оставили невыключенным?
- Нет, Ирина Николаевна, я совсем ещё нигде ничего не включал. Необходимости не было.
- Может, это и ни у нас. По стояку тянет. Но вы бы всё же посмотрели. Если не можете, давайте, я приеду.
- Нет, нет, Ирина Николаевна! Я выезжаю. Если какие проблемы, позвоню.
Через час вошёл в подъезд. Всё тот же боец топтался у машины. Теперь в футболке. Июнь хоть и нежаркий, но давал о себе знать. Когда открыл квартиру, понял, что действительно что-то горело. Появилась гостья.
- Привет! Я думала, Вы позже приедете. Не успела ничего приготовить.
- Нестрашно. Соседка хозяйке позвонила, говорит, что у нас …
Дальше необходимость продолжить вопрос пропала. На диване красовалась огромная прожжённая дыра.
- Извините, так получилось. Я не хотела.
- Ничего себе, получилось… Хорошо, что весь не сгорел. И как Вы умудрились? Ни спичек, ни зажигалок в доме точно нет. При Вас тоже ничего не было.
- Извините, случайно вышло.
- Да, с Вами не соскучишься. Кстати, хотелось бы узнать Ваше имя. Эту тайну можно раскрыть?
- Конечно. Ия.
- Странное имя.
- Вообще-то, я Мария. Но с детства как- то осталось. И мне больше нравится.
- Очень приятно, Сергей Иванович.
- Так уж и приятно?
- Не будем вдаваться в подробности. Давайте лучше подумаем, что нам дальше делать. Блокада не снята. Летать, я думаю, Вы не умеете.
- Да, мне лучше отсидеться у Вас. У меня ничего с собой. Ни паспорта, ни денег. А без них далеко не уедешь.
- А есть куда?
- Есть, но далеко. Мама у меня в Чехии. Старшая сестра в Москве. А здесь тёткина квартира. В Энске я учусь. Легче было поступить на экономический. А тётка тоже в Чехии. Они с мамой только к Новому году вернутся.
Я сидел на стуле у стола. Ия всё так же с ногами расположилась на диване. И очень походила на беззащитного воробушка. Только не серого, а огненно-рыжего. И говорила. Видно, что успокоилась. Видно, что моя компания её устраивает. И её компания меня устраивала. Ничего не хотелось делать, тем более думать, как выпутаться. Только смотреть. На огромные глаза. Оттопыренные ушки. Острые коленки. Порозовевшие щёчки. И слушать. Потом немного рассказать о себе.
- Ия, я рад, что Вы успокоились и хоть что-то о себе рассказали. Но всё же, почему эти бандиты Вас ищут?
- Сергей Иванович, давайте об этом позже. Обязательно расскажу. Но за то, что я сделала и не сделала, они от меня не отстанут. И надеется мне, кроме Вас, не на кого. Давайте, лучше что-нибудь приготовлю.
- Но для этого содержимого холодильника недостаточно. Я буду через тридцать минут.
Ближайший супермаркет совсем рядом. Но когда шёл туда, покупал продукты, то с трудом ориентировался, где я и что делаю. В глазах – рыжий воробушек, Ия. И её чириканье. Наваждение какое-то. Все, Серёга, включай мозги и тормоза. Тебе же сорок восемь. Думай, как от бандитов избавиться. Но придумать ничего не удалось. Осада продолжалась.
На следующий день вновь позвонила Ирина Николаевна и опять по поводу запаха гарью из квартиры. Пришлось скрыть информацию про диван и уверить, что в её квартире полный порядок. Через сорок минут убедился в обратном.
- Ия, это что за шуточки? Как Вы на сей раз умудрились поджарить платяной шкаф (одна дверца была на треть обуглена)?
- Извините.
Продолжать объяснение Ии не пришлось. В дверь позвонили.
- Кого это принесло? Сидите тихо, я открою.
В глазок увидел, по всей видимости, одного из бойцов, но не из тех, кто начинал караул. И открыл дверь.
- Мужик, ты не знаешь где твоя соседка, девчонка из тридцать четвёртой?
- Простите, не знаю. Я здесь человек новый, два дня, как снял квартиру.
- Мужик, а ты культурный! А живёшь ты здесь, и правда, недавно, но соседи на тебя жалуются. Горишь ты частенько.
- Я не знаю, о чем это Вы?
- Всё ты знаешь. А что горишь, почему, отчего - и мне интересно. Давай, посмотрим.
- Вы что- то много себе позволяете!
Я вышел из квартиры и прикрыл дверь.
- Слышь, ты, братан, а пошёл бы ты куда подальше…
- О, ты ещё и борзый! Щас, минутку, я понятых подтяну, и мы осмотрим твоё жилище. Вась, поднимись, на всякий случай, - обратился за подмогой по сотовому телефону.
Через три минуты Вася был рядом, такой же и в таком же спортивном костюме. «Не справлюсь я с ними. Придётся отступить», - промелькнула мысль. Может, Ия догадается и где-нибудь спрячется. Надежда только на это.
- Молодые люди, я вынужден вызвать полицию!
- Вызывай, мы не против. Пока приедут, мы всё выясним. Может, они нам и пригодятся. Упекут тебя за заложницу и поджоги.
Терпение моё лопнуло, и я попытался скрыться в квартире. Но ребятки оказались проворнее. Ворвались - и сразу в комнаты.
- И где ты эту… Держишь? Вась, давай по шкафам, под кроватью…
Через две минуты я не слышал крика бойцов, их угроз, вопросов про диван и шкаф. Не мог понять одного - куда из квартиры исчезла Ия? Её нигде не было.
В нормальное состояние вернулся, когда бойцы покинули жилище, громко хлопнув дверью. И ещё через минуту ко мне вернулось хорошее настроение. Я получил СМС с незнакомого номера следующего содержания: «Я слышала ваш разговор и спряталась в ванной. Как только они ворвались и вы все вошли в комнату, я тихонько за дверь. Не бросай меня, я без тебя пропаду. Буду ждать в скверике, за супермаркетом. Увижу тебя, сама подойду. Ия».
Через сорок минут я на своем «Лансере» припарковался на стоянке супермаркета. До скверика - метров двадцать, и для поездки на дачу надо закупить кое-каких продуктов. Оставаться в квартире бессмысленно, ни о какой помощи девушке теперь здесь не могло быть и речи. Незаметной ей в дом не пробраться, да и меня теперь вряд ли молодчики оставят в покое. На даче побудем пару дней, после к товарищу – в соседний район. Дальше будет видно. На работу позвонил, оставшиеся дни отпуска разрешили догулять. Дальнейшие рассуждения неожиданно были прерваны. На соседнем сиденье появилась Ия.
- Привет, я ждала Вас, волновалась. Думала, что Вы меня бросите. Вот и не стала в скверике топтаться. По стоянке прошлась и Вас увидела.
- Привет, я рад, что Вы рядом. Сразу легче стало. Тоже волновался, но по другому поводу. Осада в доме не снята, и вряд ли это произойдёт. План следующий. Сейчас я за продуктами, Вас в машине закрою. Только пересядьте на заднее сидение, там тонировка хорошая - никто ничего не увидит. Потом ко мне на дачу. Это час с небольшим от города. Пару дней там, потом сменим место нашего пребывания. Есть возражения?
- Нет.
- Вот и славно! Я недолго. Надеюсь, не исчезнете, как из квартиры…
В восемнадцать приехали на дачу. Погода прекрасная, дневной зной прошёл. Облачка закрывали всё ещё жаркое солнце и вместе с лёгким дуновением ветра делали начинающийся вечер прекрасным… Если бы ещё не вся эта детективная история. Хотя как знать… По-иному бы я не появился в этом тихом, уютном месте среди рабочей недели. Тем более, в компании со столь юной очаровательной особой. Девушкой, которая сегодня полностью заполнила мою жизнь. И без капельки сожаления о происходящем.
Беглое знакомство с моими владениями заняло несколько минут. Ещё десять - приготовление чая. Расположившись на веранде, пили чай, и чтобы окончательно прояснить ситуацию, вернулся к вопросам, от ответа на которые моя спутница явно уклонялась.
- Ия, может быть, Вы мне расскажете, что стало причиной всей этой круговерти?
- Хорошо, наверное, пора, но при одном условии, - произнесла девушка и впервые за двое суток улыбнулась. Её улыбка: открытая, милая, очаровательная, заставила на несколько секунд обо всём забыть. Оторваться от земли, взлететь…Я еле-еле взял себя в руки.
- И что это за условие?
- Мы перейдём на «ты».
Соглашаясь, я улыбнулся и взлетел высоко-высоко, но рассказ моей юной соседки привел меня в чувство.
- У меня есть подруга, Дарья. Вместе учимся на экономическом. Местная девчонка, вроде неплохая. Неделю назад, после предпоследнего экзамена предложила, как она выразилась «немного отдохнуть и подзаработать». На вечеринке у одного очень солидного человека. Мол, у его любовницы - одноклассницы Дашки. День рождения, и нужны девчонки - потанцевать, пообщаться, компанию составить… Невдомёк мне было, о чём речь идёт. По наивности всё на веру приняла. Пока в воскресение там не очутилась. Запал на меня хозяин. И подруга Дашки никакая не любовница, а такая же, как ещё с десяток. И не День рождения никакой. Обычная попойка, баня, бассейн, ну и девочки… В их числе и я. Затащили меня в спальню к хозяину. Хорошо, что произошло дальше, видели только он и я. Тот голый на меня лезет. Ну, в таком состоянии я себя контролировать совершенно не могу. Вот и подпалила то, что у него расхорохорилось ниже пояса.
- В смысле,подпалила? – не выдержал я.
- Серёжа, в прямом, - ответила Ия.
Ветерок, переросший в ветер, нагнал тучи, и через час нашего пребывания вдали от городской суеты пошёл дождь. Моей спутнице в несменяемых шортах и футболке явно стало холодно, и я укрыл её пледом.
- Ия, до момента вашего, твоего уединении с хозяином мне все понятно, но как ты умудрились его подпалить?
- Сильно, очень сильно. Он успел только громко прокричать и потерял сознание. Я шмыгнула в окно. За домом спрыгнула с обрыва и успела скрыться. А чтобы понять, как подпалила, давай сделаем небольшую паузу. Что-то мне холодно стало, а у тебя хорошая баня. Ты можешь её приготовить?
Несколько неожиданным был поворот нашего общения, и меня так и подмывало задать глупый вопрос - не хочет ли она подпалить и меня? Но сдержался.
- С удовольствием!
- Только разжигаю я, чтобы ты наконец-то понял, в чём дело и почему за мной такая охота?
Баня у меня дровяная, дрова заготовлены. Пять минут: чистка топки, раскладка сушняка и дров - и приглашаю с веранды Ию. Протягиваю спички для розжига, но в ответ не совсем понятное и немного жутковатое: «Нет!»
Ия, как была с пледом, поверх своей одежды подошла к печке с дровами. Присела на корточки. Лица не видел, но уверен, что и к лучшему. Секунд десять абсолютной тишины. Неожиданно внутри помещения подул ветерок. Дверь в бане внутренняя, форточку открываю всегда после розжига. Вроде дуть неоткуда. Но ветерок усилился и поднял по углам пыль (руки не дошли хорошенько отдраить баню).
Огненно-рыжие волосы девушки стали неестественно развеваться. Причем в разные стороны. Показалось, что из них вылетают крохотные искорки, направленные на дрова в печке. Ия находилась в метрах пяти от меня, но температура в помещении рядом с парной резко поднялась градусов на десять-пятнадцать. Через пару секунд в печке раздался хорошо знакомый треск, потянуло дымком.
Ия приподнялась, волосы девушки заняли обычное положение. Уставшая, но с улыбкой подошла ко мне.
- Как-то так…
Последние слова вернули меня в реальность, и впервые мелькнула догадка: «У Ии способность к пирокинезу. Вот как она подпалила этого мужика».
Но к этим мыслям и ответам на все вопросы мы вернулись утром.
- Сережа, мне жарко. Я разденусь.
Плед упал на пол, следом - футболка и шорты…
- Но баня прогреется не раньше, чем через час.
- А разве нам нечем до этого заняться?
Её нежные руки коснулись моих, быстро оставили меня без одежды. Я прижал юное, трепетное тельце. Ия встала на мои босые ноги, и подтянувшись на пальчиках, её губы прильнули к моим. Вот она невесомая, нежная, желанная у меня на руках, и мы вместе единое целое… Дрова прогорели… Потом ещё раз… В баню попали к полуночи…
- Доброе утро, Серёжа.
- Доброе утро, огонёк! Не спится?
- Да, на новом месте. Ты прав, я – огонёк.
- Давно это у тебя?
- Да, с детства. Мне было три годика, когда мою любимую тряпочную куклу без спроса взяла поиграть соседская девочка. Несколько дней спустя я забрала куклу и свою обиду, что кукла не вернулась домой, на ней же и возместила. Кукла сгорела секунд за пять. Мама была со мной в одной комнате. Были и сожжённые учебники, деревянные горка и качели. Поджарила я в шесть лет здоровенного гуся, который у бабушки в огороде всегда гонялся за мной и щипался. О моих способностях до прошедшего воскресения знали мама, тетя и бабушка. Но бабушка пять лет назад умерла, и примерно столько же времени я не обращалась к своим необычным возможностям. В твоей квартире в первое утро я проснулась от стука в дверь. Меня искали. Я сидела тихо, чтобы не зареветь, уткнулась в спинку дивана. Но злость, отчаяние, безысходность переполнили меня. И она загорелась. На следующее утро мне приснился воскресный кошмар. Шкаф напротив подушки, на которой разместился твой одноголовый рыжий змей Горыныч.
- Мой?
- Твой, твой!..
Проснулись в десять. В окно светило яркое солнце, но последствия ночного дождя давали о себе знать. Эта нежная погода загнала нас под одеяло, сблизила в тепле и неге.
За завтраком Ия продолжила рассказ о себе и способностях. Слушая, всё больше и больше тревожила мысль возможно скорого нашего обнаружения.
- Ия, я думаю, нас будут искать и найти, по моим расчётам, могут завтра - послезавтра. Поэтому, чтобы не рисковать, к вечеру уедем. Я договорился с товарищем, он егерь в соседнем районе. Поживём у него, сам он нас встретит и на два дня уедет по делам в город. Дальше что-нибудь придумаем.
Но мои расчёты оказались неверными. Ребятишки проявили невероятную прыть, и через час чёрная «Хонда Пилот» стала разъезжать по дачным улицам в поисках нашего местонахождения. От более быстрого с ними контакта выручило отсутствие какой-либо нумерации на дачных участках и будний день. На дачах вокруг - ни души.
Быстро собрались, Ию немного приодел и сели в машину.
- Будем прорываться, - обратился я к самому дорогому человеку на свете. Но сделать это не удалось. Мощность моего «Лансера» явно меркла перед количеством лошадиных сил средства передвижения наших преследователей. На выезде с дачного массива ребятишки умело перегородили нам дорогу. Чуть позже увидели четверых бойцов в чёрных спортивных костюмах, покинувших комфортные сидения джипа. Двое из них нам хорошо знакомы по первому дню осады.
- Ия, прошу: посиди в машине, а я попробую пообщаться с братвой.
- Серёж, ты это серьёзно? Как ты это собираешься делать? Четыре мордоворота со стволами и ты… Что там у тебя, бита?
-Да, бита. Пожалуйста, посиди тихо.
Вышел из машины, биту взял в руки. Один из знакомых мне бойцов очень громко прокричал:
- Дядя, не дури! Ты нам сто лет приснился. Отдай девчонку и катись!
- Вы меня с кем-то путаете. Я с дочкой возвращаюсь с дачи и совершенно вас не понимаю.
- Замечательно. Скажи дочке, пусть выйдет. И мы разберёмся, с кем ты тут скрываешься.
Дальнейшего общения не получилось. Моё движение навстречу бойцам было вопреки всем человеческим инстинктам. Через пару секунд, нанеся лишь один удачный удар по рёбрам здоровяка, я оказался в объятиях другого незнакомого мне бойца. Проведенный им приём сделал меня неподвижным. В это время неожиданно появился ветерок, который дул в лицо. Я пришёл в себя и быстро понял его происхождение. Бойцы ничего не успели сделать. Хонда вспыхнула, как дрова в печке. Опасаясь взрыва, бойцы стали разбегаться. Тот, который удерживал меня, загорелся со спины. Вокруг заполыхала совершенно мокрая трава.
Я успел лишь взглянуть в сторону Ии. Она сидела в машине и из открытого окна из копны развевающихся рыжих волос сыпались искры, дул огненный ветер. Я подбежал к машине, быстро завёл её и рванул задним ходом, развернувшись, поехал по соседней улице. Через минуту раздался взрыв…
- Ты как? – спросил Ию, когда мы уже мчались по трассе.
- Ужасно болит голова, онемели ноги, всё кружится. Такого со мной никогда не было.
- Думаю, и свои способности ты так никогда не применяла. Ты потратила очень много энергии. Отсюда и проблемы со здоровьем. Но через сорок минут будем на месте, и ты отдохнёшь.
- Хорошо. Серёжа, пожалуйста, где-нибудь остановись и купи холодной воды. Только холодной.
Остановились совсем скоро на автобусной стоянке. Магазинчиков и кафе здесь немало, и везде очереди пассажиров. Вернулся с полуторалитровой бутылкой холодной минеральной воды. Сел на сидение и протянул спасительный напиток своей спасительнице… Но в машине – никого. Быстро появилось предчувствие, что я потерял самого дорогого, любимого, родного человека. Выскочил из машины и вернулся в неё спустя час. Ии нигде не было. Её даже никто не видел. Хотя за час на этой остановке побывал не один десяток автобусов… Через два дня я получил СМС: «Не ищи и прости меня. Мария».
Этим же вечером по местному телевидению в криминальных новостях увидел сюжет о загадочном пожаре в домовладении господина… При невыясненных обстоятельствах на территории сгорели все постройки и дом охраны. Четыре сотрудника частной охранной структуры получили ожоги разной степени тяжести. Все госпитализированы. Хозяин, господин N, во время пожара находился на излечении в областной больнице с ожогами средней тяжести, полученными на территории домовладения неделю назад.
0

#7 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 26 ноября 2015 - 22:20

№ 6

И ВСЁ-ТАКИ КАПУСТА!

- А ты как думаешь, - глубокомысленно перекатывала по полу капустные кочаны малышка лет пяти, - детей в капусте находят по-настоящему?
- Ерунда! – со знанием дела пробурчал её собеседник, пухлощёкий мальчик примерно того же возраста. – Я и в аистов не верю. После того, как мама сестрёнку принесла. Теперь я точно знаю: детей делают в специальном месте. Роддом называется, слыхала?
- Не-а, - малышка выбрала, наконец, подходящий кочан и сунула в наполненную капустой тележку, о которую облокотилась симпатичная молодая женщина, очень похожая на девочку.
Та, увлеченная беседой с продавцом, не обратила на это внимания. Девочка вернулась к капустной выкладке:
- Какой ещё роддом? Бабушка говорит, что детей раздают на небесах. Похоже всё-таки, что аисты. Капусте до небес не добраться.
- А зимой? – не сдавался мальчик. – Аисты зимой не летают, а я зимой родился. Скажешь: Дед Мороз?
- Просто тебе не повезло, - дернула плечиком девочка, заталкивая в тележку ещё один кочан. – А меня прямо на капустной грядке нашли.
- Тётя, - обратился ко мне мальчик, - а Вы как считаете?
- Я? Ну… Не знаю. Наверное, как кому повезёт… - растерялась я.
Попробуй, ответь! Умеют же детишки вопросы задавать! Поди, определись, что в упомянутой младенцами триаде играет основополагающую роль – аист, капуста или же роддом? Тем более, такому дилетанту, как я. Потому я поспешила отойти подальше от очередного вопроса, так и не решив, которому из кочанов отдать предпочтение. На всякий случай, пусть будет три. Что не посолится, в салат пойдёт. Или на голубцы. Терпеть не могу ставящих в глупое положение вопросов. Особенно детских. Уж эти малявки любого в ступор введут, дай им волю. И куда родители смотрят?
Положив в свою тележку сетку моркови и пакет с солью, полбуханки хлеба и баночку сметаны, я пристроилась в конец очереди к кассе. Кажется, всё.
За окнами супермаркета висли тяжёлые тучи. Ноябрь – сумерки года. Конец ожиданий и надежд.
Я вздохнула. И снова пролёт. Лето, как всегда, обмануло. Ни тебе курортного романчика средней руки, ни романтической встречи на уютных улочках родного города, ни легкомысленного знакомства на пляже. Всё попусту: и модные обновки, и босоножки на высоченной шпильке, и экстравагантная стрижка. Ни один странствующий рыцарь не обратил на мои ухищрения своё драгоценное внимание.
Похоже, придётся зимовать в компании с мамой. Всё бы ничего, да возраст поджимает – тридцать пять! Это вам не цветочки какие-нибудь. Тут уже конкретно ягодками попахивает. Или той же капустой. Естественно, квашеной.
Ладно, есть в ситуации и положительные моменты: можно месяцев шесть на наряды и причёски не тратиться. Затянул на затылке резинку, сунул ноги в ботинки на плоском ходу – и наслаждайся свежим промозглым ветром, затянутыми ледком лужицами и голыми ветками за окном. Та ещё романтика! И спать можно по выходным до полудня. И гулять по интернету вечера напролёт. И болтать по телефону с подружками в любое время дня и ночи. Свобода! Никаких тебе обязательств!
Разве что мама ворчит:
- Да сколько можно! Всё одна да одна! А мне внуков увидеть хочется. И понянчить, пока руки держат. И на свадьбе погулять.
А кому не хочется? Впрочем, свадьба уже была. И не одна. Первый раз - настоящая. С фатой и плюшевым мишкой на капоте. С букетом и подвязкой. С кучей гостей в ресторане. И медовым месяцем в Крыму. Правда, месяц длился лишь две недели. А брак чуть дольше – два с половиной года.
Муж мне попался удачный. Без вредных привычек и порочащих связей. Но с капризами и претензиями. И ко мне. И к маме. Мама не выдержала первой: весной перебралась на дачу. Потом прокатилась по родственникам. Вернулась в середине января. Отпросилась в санаторий. Потом снова укатила на дачу. Почти до развода.
- Ушёл и ушёл, - отнеслась к моему решению с пониманием. – Не наш был человек. Совсем не наш. Сама посуди: детей нет – плохо, дети есть – ещё хуже. В жизни ему твоего аборта не прощу! Как и моих голубцов. И квашеной капусты…
Да, не уважал Ромка маминой стряпни. Всё-то ему калорийное, всё-то банальное.
- Не в моем стиле, - морщил он по-женски вздернутый носик.
Как и моя беременность, которая посмела совпасть с защитой его кандидатской.
- Только не сейчас, - безапелляционно заявил он, в ответ на «радостное» известие только что вернувшейся из консультации супруги. – Сама посуди: нам сейчас деньги нужны. Может, придётся консультации оплатить. Может, новое место работы подыскать. Давай с карьерой моей разберёмся, а там уж и деток заведём. Если захочешь…
Я, дура, повелась. А потом локти кусала: доктор сказал, что детей у меня уже не будет. Скорее всего, никогда.
Ромке я этого фортеля простить не смогла. Как и себе. Но с собой не разводятся. А ним… При попытке мужа разделить нашу квартиру на две (при этом маме оставалась бы комната в коммуналке) я позволила себе категорически не согласиться. И написать заявление о разводе.

Второй брак длился несколько месяцев. На этот раз всё обошлось тихим семейным ужином в кафе и неделей в Черногории. Потом я перебралась к Андрею. Ездила на работу через весь город, ужасно скучала без мамы и наших вечерних посиделок. И в один прекрасный момент обнаружила в супружеской постели растрёпанную девицу неопределённой масти. Наверное, мужу приелись классические вариации на тему «современный шатен» и он позарился на мелированно-колорированное недоразумение.
Расстались мы без фанатизма. Ну, не сложилось и не сложилось, не ломать же стулья! Это потом уже я выла загнанной в угол волчицей, ревела всеми преданной тигрицей и рвала на себе оставшийся не у дел выпестованный лучшим в городе мастером «современный шатен».
Успокоилась как раз к ноябрю. Наквасили мы с мамой капусты. Нажарили картошки. Выпили по пятьдесят граммов. Затянули «Листья жёлтые»… И жизнь пошла своим чередом. Время от времени мне везло на кратковременный флирт. Или месяц красивых ухаживаний. Затем намечались нестыковки, и кавалер исчезал. А я оставалась.
И снова боролась за своё место под солнцем – носилась по магазинам в поисках нарядов, договаривалась с подружками о поездке к морю. Бродила вечерами в людных местах. Посещала библиотеки, концерты, футбольные матчи. Обосновалась на десятке сайтов знакомств в интернете. Трижды ездила в санаторий. И всё примерно с тем же результатом – немножко флирта, немножко романтики, немножко (совсем немножко) секса.
А годы брали свое - в этом году даже разочаровываться не пришлось. Ни один «зверь» не попал в мои ловушки. Ну почему так не везёт?
- Мы рассчитываемся или как?
Я вздрогнула и выплыла на поверхность своих невесёлых дум.
- Простите.
- С вас семьдесят три пятьсот. Наличными или карточкой?
- Наличными. Зарплату как раз получила, - для убедительности я потрясла наполненным купюрами кошельком.
- Зря вы так! - покачала головой кассирша. - Время нынче неспокойное, демонстрировать свое благополучие опасно. На дворе скоро вечер, темнеет. Да и район у нас глухой.
- Да мне тут три шага до дома, - улыбнулась я, но приняла меры предосторожности. Оглянулась по сторонам.
Кажется, ничего страшного: за мной две бабульки и парень в наушниках в планшет уткнулся – этот уж точно ничего не видит, ничего не слышит. У соседней кассы, правда, мужичок подозрительного вида расплачивается, но тот вряд ли на нас внимание обратил – сам занят. Народу в торговом зале – кот наплакал. Неудивительно – до конца рабочего дня полчаса. Я специально отпросилась пораньше: за капустой.
Упаковалась тут же, у кассы. Не тянуть же тележку на край света! Нам с ней как-то не по пути. Мне и двух пакетов достаточно. Эх, доползти бы до дому без эксцессов! Нагрузилась на свою голову – килограммов по семь в каждой руке. Одна капуста, чтоб ей пусто было, килограммов на десять потянет. Завтра спина напомнит о моем подвиге. А ведь могла бы в два приёма принести. Так нет же, лень!
- Ну и тяни, раз лень! – огрызнулась я вдогонку запоздалым доводам разума.
Умные супермаркетовские двери услужливо распахнулись и сомкнулись за моей спиной. Ноябрьские сумерки встретили обычным радушием – колючие мокрые снежники-дождинки тут же потекли по разгорячённым щекам, безжалостно смывая остатки более чем скромного (А кого теперь удивлять?) макияжа. Натянув шапку до самых бровей, вжав голову в плечи, застегнув молнию почти до носа, я отправилась в сторону дома.
Вроде бы недалеко, а с такими сумками порядочное получается путешествие. Не из приятных.

- Помочь? – хрипловатый мужской голос моментально приморозил меня к луже.
«Началось! - оборвалось сердце. – Накаркала кассирша! И что теперь делать?»
Я беспомощно оглянулась, одарив «помощника» неестественной улыбкой. Взгляд проскользнул дальше. Никого. Повезло: зови - не зови, потенциальных спасителей не наблюдается. Может, рвануть обратно? С трудом оторвалась от замерзающего водоёма. Сделала неудачную попытку развернуться. Поскользнулась. Ноги разъехались в стороны.
- Девушка, я Вас спрашиваю, - продолжал настаивать незнакомец.
«Под порядочного косит, паразит! – возмутилось заледеневшее от дурных предчувствий сознание. – И что теперь? Капусту отдавать или сразу кошелёк?»
Кошелька с зарплатой было жалко. Вывод напрашивался сам собой.
- Спасибо! – пискнула я и протянула грабителю пакеты.
Теперь бы подходящий момент выбрать и метнуться в подворотню… Затеряться в лабиринте старых закоулков мне, знавшей их назубок ещё с раннего детства, ничего не стоило.
- Нам куда? – осведомился ни о чём не подозревающий злоумышленник.
Наверняка, сам выискивает уголок потемнее, чтобы напасть. Б-р-р-р…
- Вот сюда, - указала я самое освещённое место. Для планируемого маневра мне необходимо было хоть чуточку оторваться. – Прямо. Потом налево. Мой дом – двадцать пятый. Третий подъезд. Второй этаж.
«Вот идиотка! Зачем я ему это говорю?»
- Давно здесь живёте?
«Надо же, как галантно беседу поддерживает! – восхитилась хитрости преступника я. – Ни дать, ни взять – грабитель-джентльмен. Ну-ну, продолжайте в том же духе, а мы сейчас…»
- С детства. И спасибо огромное, что поднесли – ужасно тяжёлые сумки. Ой!
- Что такое?
- Да вот шнурок развязался. Вы идите, я сейчас…
Я согнулась, присела, дождалась, когда он отойдёт подальше. И рванула в сторону гаражей.
- Девушка, вы куда?
Так я тебе и сказала!

Через два квартала, дважды едва не упав и трижды едва не вывернув шею, я поняла, что спасена. Старые дворы-колодцы гулко реагировали на шаги. Мои. Больше никаких звуков. Оно и понятно: в этом районе практически одни пенсионеры живут. У них свой режим. И никаких передвижений в тёмное время суток. Правильно делают. Одни идиоты в темноте шастают. Типа меня. Да ещё по чужим подворотням. Ну, ладно, оторвалась. А дальше что? Капусту прошляпила. Адрес свой назвала. А вдруг он там меня дожидается? Вот, дура!
- Не на ту напал! – засопротивлялось уязвленное самолюбие. – Так мы тебе и отдались! Прямо на пороге родного дома! Картина маслом: попался старой деве маньяк. Не с нашим счастьем. И не с Вашим, кстати сказать. Звоню Николеньке. Хорошо, что поддерживаю с соседями дружественные отношения. Самое время воспользоваться.
Набрала номер соседа.
- Коль, не встретишь у подъезда? Да, пристал какой-то. Когда буду? Минут через… - поняла, что не имею представления, когда выберусь из скользких закоулков. – Буду скоро. На подходе позвоню. Нет, пока не угрожает. Оторвалась. Конец связи.
На место я прибыла в восьмом часу. Голодная, замёрзшая и злая. Два часа псу под хвост - а ведь собиралась отчёт проверить и фотки на «Фейсбук» для подружки выложить. Теперь только на капусту времени хватит. Здрасьте! Капусту мы оставили врагу. Практически добровольно. Завтра придётся опять нести. Дела…
Николенька благополучно довёл меня до квартиры. Расспросил, что к чему. Удивился – откуда бы взяться грабителю в нашем тихом районе? Ему-то что – таких грабители стороной обходят. Исключительно по апогею.
Приведя себя в относительный порядок, я чмокнула спасителя в щёку и шагнула в прихожую.
- Что так долго? – укоризненно спросила мама. – А мы тут ждём-ждём… Уже беспокоиться стали.
Мы? Я стянула шапку, выбралась из ботинок и заглянула в кухню. На табурете у балконной двери стояли пакеты с капустой. Откуда?
- Вы куда-то вдруг пропали… - донёсся из угла знакомый голос. – Я подождал немного. А потом решил отнести Ваши покупки домой. Надеюсь, Вы не сердитесь?
Я сфокусировала взгляд на неожиданно обнаруженном в родной кухне постороннем объекте. Надо же, современные грабители совсем потеряли стыд и страх! Теперь они встречают свою жертву на её собственной территории. Воистину: мой дом – моя крепость!
- Анатолий, - представился объект. – Сейчас капусту квасить будем. По рецепту моей бабушки. С Вашей мамой мы обо всём договорились.
Мир, любовно создаваемый три с половиной десятилетия, рушился на глазах…

***
Грузчик выкатил в торговый зал очередную партию товара. Крупные, как на подбор, чистенькие кочаны радовали глаз. Можно не морочиться – выкатывай любой и клади в тележку – не ошибёшься.
- Интересно, - уставилась на самый крупный кочан малышка лет пяти, - детей в капусте находят по-настоящему?
- Ерунда! – со знанием дела пробурчал её собеседник, пухлощёкий малыш четырёх лет от роду. – Я думаю, это аисты. Нам в садике сказку рассказывали…
- Так это же сказка, - девочка выбрала кочан поменьше и сунула его в тележку, - сплошная выдумка.
Малыш попробовал повторить манипуляции сестры, но не сумел поднять скользкий тяжёлый вилок. Огорчился. Но виду не подал, а дернул меня за юбку, переведя внимание на более доступные действия:
- Ма, а ты как думаешь: капуста или аисты?
- Я? Ну… Не знаю. Наверное, как кому повезёт… - растерялась я.
Голова закружилась: кажется, нечто подобное уже происходило в моей жизни. Давно, лет шесть назад. Умеют же дети вопросы задавать! Любого в ступор введут, дай им волю.
- Па, - не успокаивался ребенок, - так в капусте или как?
- Дорогая, - подмигнул мне муж, - не пора ли открыть нашим детям страшную тайну?
- Пора! – оживился Толик-маленький и запрыгал вокруг Анатолия-большого. - Конечно, пора!
- А что за тайна? – осведомилась Маруся, наша старшенькая.
- Ну как же, - улыбнулся муж, - насчёт места нахождения детей. Вас мы нашли прямо здесь. Правда, мама?
Я покраснела и улыбнулась смущённо, вспоминая тот ненастный ноябрьский день. И «грабителя», беспардонно вмешавшегося в моё одиночество.
Наверное, во всём был виноват именно этот овощ. Иначе я бы никогда не обратила внимания на стоящего у соседней кассы мужчину. И не узнала удивительного рецепта квашеной капусты «от бабушки Раи». И ещё долго искала бы своё счастье по курортам, библиотекам, ресторанам, стадионам и прочим местам массового скопления холостых мужчин.
И не факт, что нашла бы…
- Ура-а-а! – огласила торжествующим воплем супермаркет моя дочь. – И всё-таки капуста!!!
0

#8 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 05 декабря 2015 - 20:12

№ 7

СЕНЯ И ВИКА - ЛАУРЕАТЫ

(Отрывок из романа «Любовные и творческие нити»)

Сеня стоял напротив Вики. Они танцевали на Красной площади. Рядом, справа и слева, выстроились в кружочек участники народного ансамбля танцев. Все они были студентами и преподавателями МЭИ (Московского энергетического института). Звучала громкая танцевальная музыка. Победители коллективов художественной самодеятельности в этот праздничный и торжественный день, 1 мая, показывали своё мастерство.
Вика с распущенными длинными чёрными волосами излучала радость и тепло. Её красивое лицо с большими зеленовато-голубоватыми глазами ослепляло Сеню. Он видел её и трибуны Мавзолея, и снова её и членов правительства. Справа находился Слава с Настей, а слева - Костик с Машей. Всего их было двенадцать пар, и они в русских народных костюмах кружились и плясали. Девушки перестраивались и шли, как будто плывут лебеди. Ребята делали выпады на одну и вторую ногу, прихлопывая и приплясывая.
Вся эта танцующая масса стояла посередине Красной площади, ликовала сама и радовала окружающих. Сам Сеня, долговязый и худощавый студент третьего курса с русыми волосами, карими глазами и красивым, интеллигентным лицом с высоким лбом умело пританцовывал и с обожанием смотрел на Вику.
Кульминацией танца стал элемент «Карусель», когда двое ребят становились боком напротив друг другу по одной линии, и держали руки на плечах. Справа и слева на них висели девушки. Они держались за шею ребят. Получалось всего шесть каруселей по четыре человека, которые начинали крутиться. Девушки при этом вытягивали в стороны вторую руку и ноги в сапожках. Сеня стоял в карусели вместе со Славой, преподавателем МЭИ, таким же высоким, но более упитанным. Сеня переплёл руки со Славой, а на его плече держалась Вика, а на плече Славы держалась Настя. Карусель при вращении получалась впечатляющая. При этом, чем сильнее они кружились, тем сильнее центростремительные силы действовали на них и труднее было удержаться на ногах. Именно за такие элементы их ансамбль получил первое место, а каждому участнику дали звание «лауреат».
Сеня вспоминал, как тяжело ему давался этот внешне эффектный элемент русского перепляса. Когда их руководитель впервые поставил Сеню рядом со Славой и показал, как делается карусель, он с трудом удержал Вику. Она впилась двумя руками за его шею и поджала ножки. У Сени сильно дрожали ноги, и ему казалось, что он вот-вот упадёт.
- Стоп! – скомандовал руководитель ансамбля Григорий Игнатьевич Егоров. – Ребята, так не пойдёт! Сеня, у тебя хорошая фигура, ты высокий, но силёнок не хватает. Ты видел, как в балете поднимают танцовщицу? Как пушинку! Это внешне так кажется, так как у танцора есть запас сил. А ты - как каракатица на трясущихся ногах. Немедленно займись укреплением мышц, поднимай штангу, подтягивайся, делай что хочешь, но чтобы этот элемент ты делал легко и красиво!
Сеня старался. Для него их руководитель, заслуженный деятель искусств, был непререкаемым авторитетом. Он был всеобщим уважаемым любимцем.
Сеня записался в институте в секцию культуризма. Тренер похлопал его по плечу:
- Парень, фигура у тебя хорошая - мышцы на месте. Но сам ты ужасно худосочный, словно после концлагеря. Назначаю тебе интен-сивную терапию – для начала поднимать по 50 раз блины.
Сеня поднимал двадцатикилограммовые блины от штанги, наклонялся с ними вперёд и назад. Затем наступила очередь и самой штанги.
- Тот не мужчина, кто не может поднять штангу в 90 килограмм, - улыбался тренер.
Сеня пыхтел и кряхтел, тужился. Ему хотелось стать настоящим мужчиной, но он никак не мог поднять эти 90 килограмм. Через полгода занятий его мышцы окрепли и распухли. Прошёл начальный этап, кода болели мышцы и спина. Теперь его мышцы налились силой, приобрели выпуклости и стали выступать. Сеня приобрел очертания мужественности и красоты. Сочетание его высокого роста и очертание пухлых бицепсов привело к появлению признаков мужской красоты и сексуальности. Он обратил внимание, что резко изменилось отношение к нему на пляже. Когда он раньше ходил купаться на речку, то на него не обращали внимания больше, чем на других ребят. Сейчас же, стоило ему только снять футболку или майку, как на него заглядывались дамочки, особенно зрелого возраста. Сеня проделал эксперимент: он встал лицом к стенке, спиной к пляжу, поднял одну руку кверху, как будто загорает, а в другой держал зеркальце.
- Ага! – говорил он сам себе. – Дамочка слева не отводит от меня взгляда, толстушка справа чуть не открутила шею.
- Ого! - продолжал он. - Слона то я и не приметил! Прямо за мной сидят две девушки и нагло рассматривают меня в упор и показывают пальцем. Кажется, они собираются знакомиться. Это не входит в мои планы.
Он быстро собрался и ушёл.
Впервые Сеня почувствовал силу своей сексуальности в ансамбле танцев на репетиции у станка. Эту часть репетиции, когда они делали у зеркала, взявшись за палку, батманы, перемещение ноги из пятой позиции во вторую, плавные движения руками, вела помощница руководителя ансамбля, Елена Станиславовна. Это была симпатичная стройная крашеная блондинка примерно пятидесяти лет. Она подошла к Сене и стала показывать, как правильно плавно поднимать руку, как сгибать её в локте и каким образом сделать всё это красиво и изящно.
При этом она держала Сенину руку и передвигала свою руку по его руке по мере обучения. Сначала она делала это быстро, но затем, когда она дотронулась до его бицепсов, она вроде как застряла или остолбенела. Взгляд Елены Станиславовны изменился, на лбу появилась испарина. Она как будто прилипла к Сене и медленно водила своей рукой по бицепсам Сени взад и вперёд. Сеня видел, что с ней что-то происходит, сначала не понимал ничего, а потом осознал, что она любуется им, наслаждается прикосновением к его молодому, пышущему здоровьем телу. Он впервые в жизни осознал, что такое настоящая сексуальная потребность женщины. Она наслаждалась прикосновением к нему, её расширившиеся глаза выдавали блаженство, она удовлетворяла свои эмоциональные внутренние потребности. Прозвучали следующие аккорды музыки. Елена Станиславовна схватила Сенину руку сразу двумя своими руками, привлекала её к себе, к своей груди.
- Вот так, ручка должна быть в локотке кругленькой и красивой, а линия локтя должна быть одной с линией другой руки.
При этом она слегка подняла его локоток и опустила руку так, что она уперлась в её немолодые, но небольшие упругие груди.
Она отпустила его руку только тогда, когда кончилась музыкальное сопровождение. Елена Станиславовна при этом тяжело вздохнула, вытерла пот со лба и шепнула ему на ухо: «Молодец, Сенечка, так держать, ты ужасно приятный мальчик!»
Сеня ещё долго вспоминал этот первый в его жизни урок сексуальной встряски. Появившиеся необыкновенные ощущения одновременно притягивали и пугали.
Вскоре после этого случая на занятиях по культуризму Сеня свободно поднял штангу в 90 килограмм, сильно крякнув при этом. Тренер находился рядом.
- Не стесняйся, Матанечкин! В спортивном виде спорта под названием «штанга» разрешается издавать звуки. Не рекомендуется только пукать без спроса. Есть такие умники, которые сначала пукают, а потом оглядываются, нет ли кого поблизости. Думать нужно всегда и заранее!
Сеня постигал науку жизни в разных её проявлениях. Занятия культуризмом позволили ему окрепнуть. После этого он уже без труда делал карусель в русском народном переплясе. Однако эти занятия привели к побочным эффектам, о которых он не мог предположить заранее. Он стал привлекательным не просто потому, что молодой и симпатичный, но ещё и как мужчина с хорошей фигурой.
Сеня продержался в секции культуризма девять месяцев, после чего ушёл оттуда, так как не мог дальше совмещать по времени эти занятия.
- Нельзя заниматься всем сразу! Нужно выбирать в жизни главное. Я выбрал институт и ансамбль танцев, - рассказывал он Вике.
Руководителем ансамбля был заслуженный деятель искусств Григорий Игнатьевич Егоров. Все члены ансамбля обожали его и любовно называли Гриней. Гриня был небольшого роста с совершенно лысой и большой головой, с горбинкой на носу и чёрными глазами. Это был одновременно строгий и совершенно свой, компанейский руководитель. На репетициях он забывал всё на свете, кроме танцев и музыки, при этом он не церемонился с ребятами при плохом исполнении. Нередко он называл их корягами и коровами, но никто на него не обижался. Это был руководитель и знаток русских народных танцев от Бога, неслучайно его другом был народный артист СССР, великий хореограф, балетмейстер и педагог Игорь Александрович Моисеев.
В другой обстановке, на встречах и вечеринках, Гриня был мягким, жизнерадостным, обаятельным весельчаком. Он хлопал по животику девушку и говорил вкрадчивым голосом: «Верунчик, ты не собираешься родить мне прямо на выступлениях? Ограничивай себя! Никаких пирожных!»
Он дарил девушкам и ребятам пуанты и танцевальные тапочки от со-листов Большого театра. Сеня, как реликвию, хранил танцевальные тапочки, на которых внутри было написано: «Владимир Васильев». Сеня хранил все программки и пригласительные билеты своего ансамбля. Он достал небольшой значок. На нём было всего одно слово - «лауреат».
Сеня погладил этот значок, и тут же в его памяти возник он сам с этим лауреатским значком на лацкане пиджака. Он ясно вспомнил все события. Он шёл на экзамен по радиопередающим устройствам. Выступление на Красной площади было в мае, а экзамен – в начале июня. Сеня вытянул на экзамене трудный билет, долго сидел и пыхтел, писал, что мог. Он исписал два листочка ровным, но наклонённым почерком.
Преподаватель, доцент молчаливого вида, взглянул на билет и Сенины записи. Затем он впился глазами в значок лауреата.
- Так, значит, Вы лауреат. Позвольте полюбопытствовать, Вы лауреат каких видов творчества?
- Самодеятельных видов искусств, - ответил Сеня еле слышно и даже запинаясь.
- И чем же Вы занимаетесь?
- Танцую в народном ансамбле танцев.
- А что Вы танцуете? Я сам когда-то занимался бальными танцами.
- Мотивы русских народных танцев, как у Игоря Моисеева, с переборами, хороводами, русским переплясом.
- Отлично, отлично, - сначала тихо сказал доцент, а потом добавил уже громко:
- Отлично, Матанечкин!
Дальше он замер на полуслове, так как в аудиторию вошёл заведующий кафедрой, профессор.
Сеня открыл рот, чтобы спросить, рассказывать ли ему второй вопрос билета, но доцент сказал очень громко:
- Я уже сказал Вам, Матанечкин, что «отлично». Давайте зачетку.
Доцент приветствовал профессора, а тот - его.
Сеня, как ошарашенный, вышел на улицу. Тёплый июньский ветер раздувал его пиджак. Значок тихонько позвякивал на ветру. Сеня погладил его рукой и беззвучно сказал себе: «Поздравляю, сегодня победило творчество. Преподаватель поставил мне «отлично», не рассмотрев второй темы и не задавая дополнительных вопросов».
Он задумался.
- Что это было? – задавал он сам себе снова и снова этот вопрос.
Ответ пришёл сам по себе:
- СЕГОДНЯ ПОБЕДИЛА СИЛА ТВОРЧЕСТВА.
Эта мысль обожгла его. Это была первая в его жизни маленькая победа при помощи творчества. В дальнейшем, в будущем, он будет ещё лауреатом конкурсов поэзии и других литературных конкурсов и неоднократно почувствует силу этого необыкновенного воздействия на умы людей под названием «творчество». Но всё это ещё только будет, а сейчас Сеня почувствовал себя гигантом, волшебником, которому всё по плечу благодаря ТВОРЧЕСТВУ.
- Сеня, как экзамен? – появилась Вика.
Сеня радостно протянул руки.
- Викуля, сегодня произошло совершенно непонятное явление. Я получил «отлично» не за предмет, а за то, что я лауреат!
- Как здорово! А я сегодня не взяла свой лауреатский значок.
Сеня снял свой значок и хотел повесить его Вике, но это оказалось не таким простым делом. Её облегающая водолазка выпячивала замечательные упругие груди. Сеня хотел повесить значок на правую грудь, потом на левую. Он прицеливался, словно снайпер, но не мог понять, как это безболезненно сделать.
Вика засмеялась:
- Дурашка! Давай, я сама.
Она оттянула одной рукой водолазку, а другой повесила значок. Он наполовину висел, а наполовину лежал на левой груди.
Сеня был потрясен.
- Викуля, Викуля, ты такая, такая…
- Ладно, Сеня, теперь моя очередь идти на экзамен.
Вика училась также на третьем курсе, но на другом факультете: Сеня – на радиотехническом, а Вика – на электротехническом. Они встретились на первом курсе в клубе МЭИ и с тех пор вместе танцевали в ансамбле.
Вика пошла на экзамен, а к Сене подошёл лучший приятель из студенческой группы Толя Алёшкин.
- «Хор.»! – ещё издалека закричал Толя. – Сделал одну ошибку.
- Не огорчайся, Толик, четвёрка - тоже хорошая оценка.
- Хорошая, но не для всех. Не для тех, кто хочет получить повышенную стипендию.
Приятели долго обсуждали экзамены, кто что получил. В результате выяснилось, что двое однокурсников получили «неуд.» из их группы Р-1-64.
- Это ужасно неприятно, - переживал Толя. – Пересдавать можно только после всех экзаменов, и всё время над тобой висит Дамоклов меч. Если умудришься получить ещё одну двойку, то тебя отчислят.
- Как же этот Гаврикова угораздило получить двойку? - удивлялся Толик.
Сеня задумался.
- Я видел его на неделе возле клуба с блондинкой. Они ходили в дом культуры МЭИ на капустник и выступали в команде КВН всего института.
- Ну, и что? Ты тоже занимаешься в клубе, и это не мешает тебе получать пятёрки.
- Но не все же лауреаты! К тому же он обнимался возле клуба с этой блондинкой.
- Сеня, у тебя же тоже есть девушка Вика!
- Не знаю, Толик, любовь – это буря и пламя. Можно выплыть из водоворота чувства окрепшим и сильным, а можно и ослабеть и утонуть!
- Ты же не думаешь, что Мишка Гавриков утонул в водовороте чувств, которое оказалось для него болотом!
- Я не говорил о болоте. Я намекаю на то, что он потерял голову от любви и совсем ничего не учил.
Ребята ещё долго беседовали на улице, подставив молодые и радостные лица июньскому солнышку.
Толик поехал домой, а Сеня пошёл на третий этаж основного корпуса МЭИ искать Вику. Он подошёл к аудитории, где её группа сда-вала экзамены. Сеня встал вдалеке в тени. Вот и Вика. Её лицо было одновременно и растерянным, и радостным, и слегка напряжённым. Сеня стоял вдалеке и наблюдал.
Вика вытянула кверху четыре пальца. Тонечка, её лучшая подруга, подбежала к ней, и они оживленно защебетали. У Сени отлегло от сердца. Случай с Гавриковым, получившим «неуд.», напряг его, Сеня волновался, как бы чего ни случилось. Через некоторое время Сеня вышел из тени и подошёл к подружкам. Вика попрощалась с Тонечкой и пошла навстречу. Они пошли вниз по лестнице к выходу.
- Понимаешь, Сеня! Этот молодой преподаватель Козлов оказался настоящим козлом! Ты думаешь, что он смотрел на мой лауреатский значок и расспрашивал об ансамбле? Как бы не так! Он пялился на мои груди и пытался потрогать их под видом рассмотрения значка. Конечно, я неточно ответила на один вопрос, но всё остальное было отличным и вполне можно было поставить пятёрку за все. Но я отстранила его руку, когда он полез к моей груди под предлогом потрогать лауреатский значок. Ты думаешь, я предвзято отношусь к нему? Ничего подобного! Его блудливые глазки, маленькие, как у поросёночка, и ложная ухмылка выдавали его с головой! Я не позволила ему исполнить свой каприз, а он в назидание поставил мне четвёрку!
- Козёл - он и есть козёл! Да я его! – Сеня стал махать кулаками.
- Успокойся, Сенечка, не делай глупости! Мужик - он и есть мужик! Козёл всегда остаётся козлом и ест одну и ту же капусту!
- Викуля, ты говоришь афоризмами! Если я когда-нибудь стану писателем, то вернусь к теме твоего афоризма
- Сеня, а ты, действительно, станешь писателем?
- Я шучу. Хотя что-то в этом есть. У меня бывают такие периоды, когда во мне просыпается неведомая сила и мне хочется изложить мысли на бумаге и даже написать стихи!
- Так ты пиши, не сдерживай себя! Я знаю тебя - ты удивительно талантливый и, если чего захочешь, то добьёшься этого!
Они взялись за руки и пошли к кинотеатру «Факел».
0

#9 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 20 декабря 2015 - 21:59

№ 8

ТОЧКА НЕВОЗВРАТА

Она ещё только привыкала к жизни разведённой женщины. За спиной - два неудавшихся брака и двое детей с разным отчеством - как укор её глупости или легкомысленности.
Недавно купленный компьютер безжизненным свидетельством пропусков уроков информатики укоризненно чернел монитором. Ольга знала только, как его включить и выключить. Поэтому все её развлечения располагались в области огорода, который обилием и разнообразием цветов, скорее, напоминал благоухающую оранжерею.
- Глупо хоронить себя. Хоть бы на сайте знакомств зарегистрировалась... - корила её семнадцатилетняя дочь. – Давай, я тебя зарегистрирую.
И вот в мировой паутине на сайте знакомств появилась анкета блондинки - провинциалки с небезупречным прошлым. К вечеру появилось несколько сообщений искателей приключений с незавидными предложениями, отправители которых сразу перекочевали в чёрный список.
На следующее утро появилось ещё одно. Просто: «Приветик, пообщаемся?» Ей понравились на фотографии его голубые бездонные глаза, добрая улыбка и ромашковый венок, говорящий о романтичности натуры. Ответ тоже был не шедевром литературы. Простое: «Попробуем»
В течение двух недель переписка набирала обороты и переходила в более доверительное общение. Когда она подолгу не отвечала, он писал ей, что уже привык считать её своей и очень скучает. Сердце предательски учащало свой бег, когда она читала его послания. Она понимала, что влюбилась в этот образ, который создал её собеседник, ну, и где-то наивно, по-женски, домыслила она...
И вот она наступила, долгожданная встреча... Нет, не в ресторане, не в кино... Полна безрассудной любви, Ольга ехала к нему домой, наблюдая, как щедра была осень на разноцветье красок. Багряно - оранжевые, золотые, с остатками зелени (воспоминанием о лете) листья, кружась, застилали ковром дорожки.
Дмитрий встретил её на перекрестке. Высокий, немного сутулившийся, стеснительный мужчина с крашеными волосами и тщательно замаскированными залысинами на висках. Но она уже любила его и не замечала этих мелочей. Он был для неё самым красивым, самым добрым... Как принц из сказки, но которую придумала она сама.
Ольга смотрела ему прямо в глаза, пытаясь не пропустить ни одного мгновения. Мгновения своего счастья. Длительная переписка и долгое ожидание встречи сделали своё дело: влюбившись в душу своего избранника, она с первого взгляда влюбилась и в тело.
Нечастая переписка перешла в череду нечастых встреч и звонков.
Как выяснилось, Дмитрий оказался соседом родителей её бывшего мужа, с которым он рос в одном дворе... Вот тут и начались неприятности... Бывшему мужу срочно захотелось вернуть Ольгу в семью, которой уже не было, а новоиспеченному жениху очень не хотелось с ним конфликтовать. Мужская солидарность, как говорил он, или трусость, как догадывалась она. Встречи стали редкими, Дмитрий пытался спрятать Ольгу от любопытных взглядов соседей. Ведь его родители жили в соседнем подъезде и были знакомы с бывшей свекровью Ольги.
Два года расставаний и ярких, незабываемых встреч, наконец, должны были закончится чем-то феерическим, по мнению Ольги... И они закончились, но совсем не так, как она ожидала.
В предвкушении очередной дозы любви она ехала опять к нему. Не было предела её счастью, когда он заговорил о приобретении колец и, нежно обняв её, спросил, родит ли она ему ребенка?
Домой она не шла, а летела на крыльях. И даже хмурая осень не казалась такой хмурой и безжизненной, всё более оживая в её воображении, напоминая кружением листьев танец влюблённой женщины. И так хотелось поделиться этим ощущением хоть с кем-нибудь... Глупо было делиться своим счастьем раньше времени... Но так хотелось, чтобы ещё кто-то разделил её радость.
Ольга позвонила двоюродной сестре. Только ей она могла доверить свою тайну и своё счастье. А зря... В тот же день об этом узнал её бывший муж. И они с матерью решили помешать во чтобы то ни стало. Беседа бывшей свекрови с будущей состоялась. Много было сказано за закрытыми дверями...
Воскресное солнце светило в глаза, напоминая, что день уже начался. Ещё немного понежившись в его лучах, Ольга отправилась на кухню. Привычка пить кофе осталась в прошлом. Ольга уже знала, что носит под сердцем ребёнка (её и Дмитрия) и мысленно подбирала слова и представляла его радость от этой новости.Тишину разрезал телефонный звонок.
- Да, здравствуйте, - только и успела произнести Ольга, как на неё обрушился ураган негодования её бывшей свекрови, апогеем которого было высказывание, что она никуда не денется и все равно будет жить с её сыном и вспомнит о её словах, когда той уже не будет в живых.
Утро было испорчено, но Ольга решила не откладывать и сообщить Дмитрию о ребёнке.
- Как, уже? Я же говорил в общем, а не именно сейчас. Сейчас у меня появились кое-какие проблемы... - голос Дмитрия изменился и стал неузнаваемо каменным. Сердце в груди Ольги сжалось в комок, дыхание перехватило, но она, набрав побольше воздуха, смогла произнести спокойно и уверенно:
-Хорошо, я всё поняла, - и положила трубку, готовая разрыдаться...
Мир, созданный ей самой, рухнул в мгновение ока, и Ольга почувствовала, как невыносимо болит душа... Это ощущение физической боли сковало, раздавило, как будто ничего больше не существовало, кроме этой боли.
Тишину нарушал лишь ритмичный стук колёс поезда, который всё дальше отделял её от родного города и тех обид и потерь, что она там оставила. За окном проносились, сменяя друг друга, всё новые и новые пейзажи, станции, города. Нет, Ольга не рыдала, оставляя своё прошлое за горизонтом. Сердце как будто окаменело, и осталась лишь пустота...
Новый город, новая квартира, работа, новые люди - всё, что, по мнению Ольги, должно было исцелить её любовный недуг и избавить от тяжести воспоминаний о потерянном, ещё не родившемся ребёнке. К тому же предстоящее замужество дочери добавляло приятных хлопот.
- Кушай быстрее, а то опоздаешь в школу, - торопила Ольга сына, неспешно поедающего завтрак.- На выходных поедем в гости.
- К Иринке с Игорем? - в глазах сына засветились радостные искорки. Несмотря на большую разницу в возрасте, брат с сестрой были очень дружны.
- Да, хочу понянчиться с Данилкой.
Ольге редко удавалось вырваться на выходные к дочери, чтобы увидеться с ней и любимым внуком.
Разговор прервал внезапный звонок.
- Да, слушаю, кто это?
Мужчина явно был удивлён, что его не узнали:
- Это я, Дмитрий.
- Какой Дмитрий? - произнесла Ольга, пытаясь вспомнить, кто бы это мог быть...
Она не могла и представить, что воспоминания прошлого могут её догнать снова... Догнать и напомнить о давно забытой, щемящей боли, сковывающей и опустошающей, не дающей дышать, говорить, думать... Даже в глубине своего, когда-то по-женски наивного, сознания, она не представляла, что он позвонит. Хотя нет. Наверное, представляла, придумывая слова, фразы, которые бросит ему, когда-то любимому и желанному... Ждала и боялась этого звонка. Боялась своей слабости... Страх бессилия перед лицом любви наводил ужас. Ольга боялась не устоять в этой неравной схватке. Любовь в глубине её души играла против неё. Слишком долго ждала, слишком много представляла и не узнала в этом виновато-добродушном голосе его, виновника своих жизненных потрясений.
- Как какой?! Оль, это я - Дима Буравлев, из Алматы. Может, вернешься? Я не могу без тебя...
Ольга набрала побольше воздуха, чтобы не выдать своё волнение:
- Нет. Я уехала не для того, чтобы возвращаться. Я устала от расставаний и встреч.
Произнесённые слова полоснули по израненной душе и отсекли тончайшие нити, связывающие её с прошлым, связывающие её с тем, кто принёс ей столько счастья и причинил ей столько горя... С неимоверным усилием сохраняя спокойствие и твёрдость в голосе, она всё-таки сказала ему выстраданное «прощай» и отключила телефон, чтобы не дать ему опять себя уговорить.
Время и расстояние стирало боль, делало её тише, не такой нестерпимой, ощущаемой физически, как раньше. И в жизни Ольги появился мужчина. Он незаметно, ненавязчиво приручил эту самодостаточную, сильную женщину, не верящую уже мужчинам, по крайней мере, в то, что они умеют любить по-настоящему, как любила раньше она...
Он не пытался давить на неё, не заговаривал о браке, он просто жил рядом, постепенно заполняя собой раны, оставшиеся после разбитой любви. И тот день настал. День, когда Ольга поняла, что больше не будет бояться звонков Дмитрия, потому что она стала настолько сильной, что может противостоять его просьбам вернуться и её пульс не участится, если она услышит его голос. Рядом был уже не просто любящий мужчина, но заботливый муж, и маленькое сердечко билось у неё под сердцем, возвещая о пришедшем тихом счастье.
Из родильного дома её встречали муж, дочь с внуком и сын. На руках у неё была маленькая девочка, как две капли, похожая на неё.
Её новая жизнь.
Её точка невозврата.
0

#10 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 4 897
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 22 декабря 2015 - 01:03

№ 9

ЭРОТ УЖ ПРИГОТОВИЛ СТРЕЛЫ

Плюхнувшись на сиденье маршрутки рядом с девушкой, он придавил сумочку, висевшую на её плече. Она уже готова была отреагировать, но его точёный профиль с наушником в изящном не по-мужски ухе и грива волнистых рыжих волос заставили её невольно залюбоваться этим типом. Всё-таки она была художницей и мгновенно таяла, улавливая красоту.
- Тоже мне, Аполлон! – подумала она, вытягивая сумку из-под бесцеремонного попутчика. – Даже не извинился! А тот, уткнувшись в какую-то книгу, вовсе не замечал её взгляда – недовольного и, вместе с тем, восхищённого.
Его реакция на просьбу пропустить её к выходу была просто трогательной: он как-то по-детски поджал свои длинные ноги, чуть отвёл их в сторону и, не отрываясь от чтения, позволил ей выйти.
- Ну и типчик! – мелькнуло в её голове. Она выскочила из маршрутки и понеслась в своём развевающемся по ветру длинном разноцветном шарфе.
Рыжая, веснушчатая, немного нескладная, Дафка была барышней, перегруженной идеями и фантастическими прожектами. Приятели нередко посмеивались над её творческими «закидонами», но любили за весёлый нрав, неподражаемую естественность и умение одним своим появлением разрядить обстановку в любой компании.
И потом, Дафи была талантливой художницей, что называется, от Бога. Её работы уже выставлялись на нескольких выставках, а одну из них даже купил какой-то иностранец.
Галка, которая продавала на аллее художников картины начинающих «гениев», передавая ей деньги, сказала, что покупатель был на вид таким же ненормальным, как и Дафка.
– Прикинь: он был рыжим, как ты, и взгляд у него был такой же отрешённый! Мне показалось, он даже не взглянул на картины. Но, пройдя мимо, неожиданно резко развернулся, впился взглядом в твой «чудэвр» (так Галя называла Дафкины работы) и, не торгуясь, купил его.
– А почему ты решила, что он – иностранец?
– Здрасьте! Я что, нерусского языка от русского не могу отличить? Этот «кудрявчик» был точно не из наших краёв.
- Галя, он выбрал только мой автопортрет или рассматривал и другие работы?
- Ну, я же тебе говорю: он сразу протянул руку к твоей физии, хотя что там может понравиться нормальному человеку, я не понимаю! Поздний Пикассо отдыхает! А этот парень как будто знал, что ему нужна именно эта картина.
Дафка озадаченно умолкла и медленно пошла по аллее в направлении, противоположном тому, которое ей было нужно. Сомнамбулой прошагав до перекрёстка, она спохватилась, развернулась и понеслась своей летящей походкой домой – в крошечную квартирку, затерявшуюся в старой части города.
К жизни Дафи относилась легко, даже как-то слишком воздушно, воспринимая мир вокруг как продолжение себя. Отражая его в красках, она преломляла действительность сквозь свою непосредственность и детскую искренность, оттого её картины были просто наполнены ею самою. Это были «брызги» её настроений и чувств, её острых переживаний, ощущений и впечатлений.
Работы Дафи нередко вызывали споры – их сложно было отнести к какому-то стилю, школе, манере. Она была непредсказуема и неповторима в творчестве. Но местные искусствоведы ценили самобытный талант молодой художницы, отбирая её работы для выставок.
Имя Дафна, данное ей отцом (большим оригиналом), поначалу звучало непривычно, но по мере взросления девушки настолько срослось с ней и стало соответствовать её летящей, порывистой натуре, что, казалось, и не могло быть иным. Картины Дафны нечасто, но покупались. Однако то, что написанный ею автопортрет уедет за границу, произвело на неё впечатление.
Но гораздо бОльшее впечатление оставил случайный попутчик. Его профиль, рыжие волосы, увязанные в пышный короткий хвост, и даже его бесцеремонность в маршрутке будоражили её воображение художницы. Придя домой и наскоро перекусив, она уселась за мольберт и стала набрасывать контуры образа, не дававшего ей покоя. Затем, разведя краски, погрузилась в работу.
То, что появлялось на полотне, назвать портретом можно было с трудом. Мазки, роняемые кистью, складывались в причудливый образ (вот уж точно, «чудэвр», как говорила Галя). Но сама Дафи подсознательно чувствовала, что именно водит её рукой. Это можно было назвать как угодно: импульсивным откликом на увиденную красоту, чувством прекрасного, влюблённостью, потрясением – только именно в такие моменты она создавала самые интересные свои работы.
Наконец, портрет был готов. Как и большинство картин Дафны, он содержал некую незавершённость, недосказанность – зрителю словно предлагалось додумать, дочувствовать авторский замысел…

***
Когда Апп столкнулся с ней в маршрутке, он, не узнавая самого себя, неожиданно растерялся и уселся на её сумочку, спрятав глаза в книгу.
Эту рыжую девушку он впервые увидел на одной из тусовок в арт-кафе, куда заглянул с приятелем около месяца назад. Барышня сразу привлекла его внимание чем-то неуловимым – она была иной в компании, с которой пришла. Её движения, мимика, смех дышали непосредственностью, открытостью, природным шармом и ещё чем-то, чему было трудно подобрать определение.
Он тогда очень торопился и вскоре умчался по своим делам, даже не попытавшись познакомиться. Но образ незнакомки застрял в памяти и, чем дальше, тем более будоражил воображение.
В этом городе он появился недавно. Сын состоятельных родителей, работающих за рубежом, Апп не испытывал недостатка в деньгах, но и не спекулировал на этих возможностях. Родился он на Украине, вырос в Швейцарии, там же окончил школу искусств, но карьеру решил делать на родине.
Помыкавшись и не найдя себя в столице, переехал в небольшой городок на юге, где пытался организовать самодеятельный театр. Дело хоть и туго, но продвигалось.
Аполлон (таким было полное имя юноши) был генератором самых смелых и невообразимых идей. Свободно владея несколькими языками и читая зарубежные новинки драматургии в подлиннике, он заражал многих своим прочтением и драматургическим вИдением произведений интересных авторов.
Новые приятели считали его странноватым. В моменты зарождения очередной творческой идеи Апп погружался в себя, начиная разговаривать сам с собой то по-английски, то по-французски и отрешаясь от окружающих.
Но его полюбили за открытый и лёгкий нрав, умение превращать будни в праздники и неуёмность в достижении цели. Труппа молодого театра постепенно подбиралась из числа старшекурсников театрального училища. Молодёжь почувствовала в режиссёре смелость и решительность, а художественная администрация местного театра, желая оживить жизнь в нём, предоставила молодёжи для экспериментов малую сцену.

***
Появившись через несколько дней на аллее художников, Дафна протянула Гале свою недавно написанную работу. Финансовая мель вынуждала автора выставить её на продажу. Та, беря в руки картину приятельницы, попыталась прокомментировать её, но, взглянув на Дафку, только уточнила, сколько та за неё хочет.
Дафна не успела произнести и двух слов, как из-за её спины к картине протянулась чья-то рука.
– Позвольте посмотреть?
Обернувшись, Дафна увидела своего недавнего не весьма любезного попутчика. А Галя, округлив глаза и тыкая её в бок, прошептала:
– Это он!
– Я хочу купить эту картину, – произнёс юноша, – сколько Вы за неё хотите?
Дафна, растерявшись, молчала. Зато Галя тут же отреагировала:
– Вы можете пообщаться на эту тему с автором.
– Вы автор?! – он повернулся к Дафи. – Мы не могли с Вами где-то встречаться?
– Три дня назад Вы сидели на моей сумочке в маршрутке, – как всегда простодушно ответила та.
– И Вы ничего мне не сказали? Простите, пожалуйста! Я, видимо, был слишком погружён в себя, со мной это бывает.
Он протянул руку:
– Аполлон. Это ведь мой портрет? Я сразу это почувствовал.
– Это ничего, что её зовут Дафна? – вмешалась Галя, у которой челюсть норовила отвиснуть надолго.
Парень широко улыбнулся:
– Это замечательно! Вы упакуйте, пожалуйста, картину, – он протянул Гале крупную купюру.
– А с Вами, – юноша обратился к Дафне, которая по-прежнему молчала и смотрела на него задумчиво, – мы сейчас пойдём в ближайшее кафе и обсудим, что со всем этим делать дальше. Не возражаете?
И они пошли по аллее, в конце которой, кажется, уже притаился Эрот со своим золотым луком.
0

Поделиться темой:


  • 4 Страниц +
  • 1
  • 2
  • 3
  • Последняя »
  • Вы не можете создать новую тему
  • Тема закрыта

1 человек читают эту тему
0 пользователей, 1 гостей, 0 скрытых пользователей