Литературный форум "Ковдория": «Малахитовая шкатулка» - литературная сказка, рассказ, легенда, народное предание для детей 8 – 11 лет (до 15 000 знаков с пробелами) - Литературный форум "Ковдория"

Перейти к содержимому

  • 4 Страниц +
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

«Малахитовая шкатулка» - литературная сказка, рассказ, легенда, народное предание для детей 8 – 11 лет (до 15 000 знаков с пробелами) ПРОИЗВЕДЕНИЯ СОИСКАТЕЛЕЙ ПРИНИМАЮТСЯ до 10 МАРТА 2020 г

#11 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 12 января 2020 - 22:40

10

ЭФФЕКТИВНОЕ СРЕДСТВО СПАСЕНИЯ


– Не зря говорится: беда за бедою ходит, – ворчал себе под нос Влад. – Вот и я вписался: вчера старый комп пацаны высмеяли, а сегодня бабушка заболела.
В принципе, приобретение ноута – дело скорого времени. Просто откладывал. А вот бабуля… как-то не вовремя она расхандрилась. С зимы. Как только на пенсию вышла. Мама говорит, всё объяснимо: активность бьёт ключом, выхода требует. Если бы не комп, свозил бы я старушку в какой-нибудь тур выходного дня.
Путешествия она обожает, только в одиночку не осмеливается выезжать. А вдвоём – всеми руками «за». А теперь это бюджетненько, в три сотни евриков уложились бы. Да что там в три! Бабуля никому за себя платить не разрешает, обижается даже. И мама могла бы полсоточки подкинуть на культпрограммы.
Мотанули бы в Прагу. Или в Вену. Два дня – неплохой марафон для начинающей пенсионерки – потом недели три бы отсыпалась. А впечатлений хватило бы на полгода. На всех подружек. Может, рискнуть?

Бабушку Влад любил. И скупостью не страдал: на заработанные в летней трудовой бригаде деньги всегда покупал подарки любимым своим женщинам. Их у Влада насчитывалось немало – четверо. Одна другой лучше: мама, две бабушки, младшая сестрёнка Ладушка. Недавно появилась ещё одна. Ася, новенькая в их девятом «Г». Его первая серьёзная симпатия. Попробуй, обойди вниманием такое чудо! Как и все прочие.
Дни рождения. Новый год. Четырнадцатое февраля. Восьмое марта. Мини-календарь среднестатистического джентльмена. А если подойти индивидуально… мамины нервы, бабушкины депрессии, Ладкины неприятности в садике. Одной – цветочек, второй – билет в театр, третьей – шоколадку. Скромный заработок Влада у дядюшки в гараже и у приятеля в блоге позволял удивлять и радовать исключительно в разумных пределах.
Конечно, Прага и Вена маячили в весьма отдалённых перспективах. Но прекрасная половина человечества довольствовалась и малым. А Ася очень смущалась любым материальным проявлениям внимания.
Окончательное завоевание этой крепости Влад отложил на лето. Планировал летний заработок вложить в путевки байдарочного лагеря – давнюю Асину мечту. А пока откладывал на хороший ноут. Бабушкино недомогание вмешалось в ровное течение его планов отчаянным миниатюрным цунами. Вдребезги разбившим милый сердцу образ Apple MacBook Air 13.
Или не вдребезги? Проявить невиданную щедрость помешало новое цунами. Влад поделился сомнениями между Веной и Прагой с мамой. А та взорвалась:
– Взрослый парень, а в развитии остановился на уровне второклассника! Какие поездки с её-то диагнозом? А если в пути инфаркт? Или на прогулке сознание потеряет? Бабушке лечиться надо, а ты её развлекать собираешься. Даже думать не смей! Две недели в больнице отлежит, я уже договорилась. Можешь навещать, но не больше. Потом, до лета домашний арест… то есть режим.
Будешь свою любимицу на прогулки выводить по вечерам. На выходные ночевать оставаться, знаю, обожаете допоздна секретничать. Или ты предложишь более эффективное средство спасения?
– Спасения? Но я хотел…
– Влад, давай сначала бабулю в норму приведём, а потом с твоими фантазиями разберёмся.

С мамой спорить – нажить нервный тик, замешанный на желудочных коликах. Неоднократно проверено. А посему Влад завернул в гипотетический узелок красивую идею о Праге и навестил бабушку в больнице.
– Привет, ты как?
– Да нормально, – на бледных бабушкиных губах появилась вымученная улыбка. – Ксюша перестраховывается. Хандра в больницах не лечится. Тонус жизненный ниже подвала здешнего упал. Никак не могу привыкнуть к жизни в гордом одиночестве. Трижды квартиру прогенералила, подругам успела надоесть. Весь репертуар нашего театра просмотрела. А дальше что? Не хочу раньше времени плесенью покрываться. Может, ты что посоветуешь?
– Я подумаю, ба…

И он подумал. Прошерстил сайты о жизни пенсионеров, прикинул, что к чему. Провёл ревизию собственных ресурсов. И отнёс старенький комп в ремонт. Параллельно уговорив отца взять в рассрочку вожделенный Air 13.

– Ой, внучок, какой приятный сюрприз! – всплеснула руками бабушка, застыв на пороге бывшего дедушкиного кабинета. – Неужели мама разрешила?! Надолго?
– Это не то, о чём ты думаешь, ба, – усмехнулся Влад, – но идея не менее стоящая. Жить у тебя мне пока не разрешат, а вот приходить почаще – сколько угодно.
– Но компьютер… ты же с ним не расстаёшься… я подумала…
– Теперь это твой компьютер. А я – твой компьютерный наставник.
– Влад, я же не смогу! Я даже представления не имею, что тут к чему…
– Получишь! И представления. И возможности. И кайф от самого процесса их получения. А вечерами мы будем гулять в сквере. До самого лета. Я маме обещал.
– О, с прогулками мы одной левой справимся! А лучше двумя. Но компьютер я вряд ли осилю. И зрение не то и мозги плохо соображают. Но на фоне всего остального… мммм…. кажется, меня занесло в рай… – прошептала бабушка, чмокнула внука в темечко и пошлёпала в кухню стряпать его любимые вареники.

Поначалу складывалось не очень. Вернее, вообще не складывалось. В плане спасения. Не его – с новеньким ноутом рейтинг Влада в классе взлетел до чердака единственного в городе небоскрёба. С бабушкиным спасением.
Точнее, с её компьютерными навыками. Бабуля до истерики боялась ошибиться. Оттого и руки тряслись, и курсор попадал не туда. Предыдущие уроки забывались моментально. А нужные ссылки упорно не желали открываться.
Влад нервничал. Срывался. Пару раз голос на бабушку поднял. Терпения не хватало. Планы тоже срывались. Катастрофически!
«Если так и дальше пойдёт, – сворачивались в тугие клубки в голове тоскливые мысли, – то либо на бабулю руку подниму (тьфу-тьфу-тьфу) либо на Асе отыграюсь. Может, к неврологу записаться?»

Спасла благодетеля от рукоприкладства сама Ася.
– Что-то ты не в себе, Владик, – как-то заметила она, – может, я могу помочь?
– Тут не помогать – спасать надо, – вздохнул Влад.
– Ну, средств спасения существует немало, – не сдавалась девочка, – может, подберём?
Ну как тут отказать? К тому же, спасать следовало не столько самого Влада, сколько потенциальных потерпевших. А именно, бабушку. И саму Асю. Хотя, если углубиться в последствия…
Углубляться Влад не стал. А обрисовал в общих чертах проблему (роль самой Аси не упоминал, естественно). Тут бы с одним направлением разобраться. А дальше…
– Слушай, – быстро нашлась подруга, – а давай воспользуемся советом нашей математички!
– Людмила Фёдоровна насоветует, – поморщился Влад, – потом не разгребёшь. Косинусы с синусами различать для бабули уже не актуально. А делить окружность на шесть равных частей она не хуже самой Людмилы Фёдоровны умеет.
– Я не о том. Помнишь, она говорила, что учить группу легче, чем одного? Ну, суть этого метода в том, что ученики друг друга учат. В том числе и слабые. Сильные просекают их ошибки, находят правильные и рациональные решения.
– Ну и?..
– Давай, я буду с твоей бабушкой в одной группе заниматься? Вопросы задавать, переписываться с ней по вечерам, её посты лайкать.
– Думаешь, поможет? – едва скрывая радость от заманчивости предложения, спросил Влад.
Вот это подход! Я самое яблочко! Он и сам мог теперь выставить два десятка приёмов для его развития. Главное, что Ася будет рядом! Не шесть часов, как обычно. А все восемь. Плюс выходные. Плюс каникулы! Плюс…

В конце весны они всё-таки прокатились в Прагу. Втроём.
– У нас деловой союз, – убеждал он двух мам накануне поездки. – И тур деловой. Главная задача: увидеть с одного ракурса прежде невиданное, а потом представить свои индивидуальные переживания и эмоции в параллельных постах. Прошу учесть, что это главное ноу-хау нашего совместного блога! За что его и ценят.
– Алекс вообще считает, – вмешалась в разговор новоявленная блогерша бабушка, – что наш спарринг – крутейший в сети!
– Ах, сам Алекс! – наигранно всплеснула руками мама Аси.
– Именно, – поджала губки Ася. – Между прочим, он региональный эксперт и бизнес-тренер по сетевым проектам. Нас на идею натолкнул, а потом сам удивился, как здорово мы сработали. За полтора месяца на одной рекламе денег на поездку собрали. С двадцатипроцентной скидкой от турфирмы за обрисованные перспективы сотрудничества!
– А всё бабуля! – подмигнул Влад. – Без неё мы бы еще пару лет в любителях валандались. А теперь без пары минут профи! И фишка суперская получилась – «бабушки-и-внуки онлайн». И бизнес на неё оформлен.
– Ну какой там бизнес! – отмахнулась бабушка. – Обычный ИП.
– Ага! А восемь тысяч новых подписчиков в месяц?! Нет уж! Тут от обычного пустая йогуртная баночка осталась, – Влад продемонстрировал вышеназванный объект, поскрёб ложкой по донышку и смял с сожалением: почему-то всё самое приятное заканчивалось слишком быстро.

Впрочем, тут он был неправ. Самое приятное заключалось именно в их общем блоге. А вернее, в слаженной работе команды. А ещё вернее, в том самом средстве спасения, которое они вместе придумали зимой.
Их общий проект имел успех. Более чем серьёзный. Региональный филиал Ассоциации неформального обучения пригласил членов команды «Бабушки-и-внуки онлайн» на международный медиахакатон, где известные эксперты обучали продвижению своих медийных сервисов.
Влад воспользовался несколькими универсальными приёмами и упрочил успех сайтов своих приятелей, чем поднял собственные позиции на пару десятков баллов. Получил приглашения о сотрудничестве от ведущих блогеров.
Его личный рейтинг среди одноклассников теперь зашкаливал. И сверхмощный Air 13 был здесь не причём. Друзья, приятели и знакомые обращались за советом и активно комментировали посты в популярном блоге Влада и К°.
К тому же, парень смог определиться с будущей профессией. Заскочил в колледж лёгкой промышленности, узнал об условиях поступления. Познакомился с ведущими преподавателями. Сертификат медиахакатона сработал на двести процентов: место в группе ПОКТ (программное обеспечение компьютерных технологий) было практически обеспечено:
– Короче, решил поступать сейчас. Сразу после девятого. Вот скатаемся в байдарочный лагерь и займусь. А «вышку» можно и заочно получить, – объяснял он Асе. – С моим скромным аттестатом можно рассчитывать только на платное обучение. А новый вариант даст и подработку и практику и авторитет в нужных кругах.
– А как же я?
– Можешь со мной махнуть. Но я не настаиваю. В блоге мы – команда, а профессию не стоит выбирать за компанию. В любом случае, к экзаменам готовимся вместе. Надеюсь, ты не против?

Радовало и настроение бабушки. Та напрочь позабыла о своей хандре. Записалась на курсы в «Студию золотого века», обросла полусотней новых знакомых.
– После курсов меня преподавателем в Интернет-кружок обещали взять, – делилась она с внуком. – Одна бы я ни за что на такую авантюру не осмелилась…
– Но ты же не одна? – подмигнул любимой бизнес-вумен внук. – Да не волнуйся, помогу! А пока ты своих «золотовековых» однокурсников с нашим блогом познакомь. Чует моя интуиция, эти продвинутые бабушки-дедушки подарят нам не одну стоящую идею. Хочу на грант подаваться. А что? Шансы есть! Пару ноутов купим, цикл тренингов проведём, аренду сможем оформить. Просторное помещение и для твоего кружка ох как пригодится.
Жизнь повернулась к партнёрам неожиданно приятной стороной. О спасении речь уже не велась. Только о развитии. Будущее совместного проекта виделось светлым и даже радужным. Кажется, выбранное им средство оказалось действительно эффективным.
15.04.2019 г.
0

#12 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 13 января 2020 - 23:39

11

МАЛЕНЬКАЯ ИСТОРИЯ БОЛЬШОГО МАСТЕРА


Сказка-притча


- Мир вашему дому, сид Фархад! Вот, экскурсию к Вам привел.
Просторная лавка чеканщика наполнилась шумным многоголосьем.
- Мир всем, кто идет правильным путём. Заходите, прошу. Я рад гостям.
Отозвался хозяин, улыбаясь.
- Пожалуйста, уважаемые. Только посмотрите на эти чудесные предметы! С какой теплотой они изготовлены! В каждой вещи чувствуется рука мастера. Изумительные чайники и подносы, любой стол украсят! Как искусно сделаны, взгляните! Двух похожих вы тут не найдёте, – рекламировал товар гид. - А светильники! Во всём Марокко таких больше не сыщите! Разве я вас обманул, сказав, что отведу к лучшему мастеру в Медине? Посмотрите, филигранно выполненная чеканка великолепна, ажурные кружева у светильников восхитительны. Видите изящество этих плафонов? Взгляните, как волшебные тени прячутся в потоке золотого света?
Покупатели восхищались работой мастера, переговаривались, вздыхали. Словно к чему-то хрупкому бережно прикасались к узорчатым куполам бронзовых светилен, ловили своё отражение в зеркальном блеске латунных подносов, восхищались утончённостью линий медных подсвечников причудливой формы. Туристы разбрелись по лавке, а гид все нахваливал уникальность столовых приборов, красоту великолепных сахарниц и величавость чайников на витых ножках с изящно изогнутыми носиками, гордо возвышающихся над прочей посудой.
Сид Фархад давно свыкся к этим шумом. Его младший брат работал гидом в агентстве по соседству и часто приводил в лавку туристов на экскурсию: завлекал красотой чеканной посуды, рассказывал о процессе создания подсвечника или тарелки, удивлял волшебной игрой теней и света. После такого представления никто без покупки уйти не мог. Чеканные столовые приборы, джазвы и чайники, сахарницы и тарелки, подносы и подсвечники, светильники настольные и потолочные были штучным товаром, сделанным аккуратно и с большой любовью. Роскошь и великолепие так и манили гостей расстаться с наличностью.
Этот визит ничем не отличался от предыдущих, разве что… Внимание хозяина привлёк посетитель. Он появился в лавке, когда шумная толпа туристов уже заполонила собой всё пространство. Стараясь оставаться незаметным, он встал в стороне и с интересом взирал на многоликую публику. Пожилой. Не турист - одет, как все марокканцы. Не суетлив. И лицо. Что-то в нём было неуловимо знакомым. Ах, да! Хозяин узнал гостя! Сколько лет прошло с тех пор…

…Бабушка сдёрнула покрывало со спящего мальчика.
- Фархад! Просыпайся! Твой дед, отец и братья давно уже в лавке. Один ты лежишь, как сид. Поднимайся!
Нехотя разлепив глаза, Фархад встал с кровати.
- Поторопись! В школу бегом бежишь, а как в мастерской помогать - не поднимешь. Деньги сами себя не заработают.
Наскоро перекусив лепешкой с кусочками вареных овощей, Фархад выскочил из дома и помчался со всех ног. Медина встретила его горячим воздухом, пронизанным какофонией звуков и духотой. Мальчик бежал по узким улочкам, а мимо него проносилась вся многогранная палитра старого города, наполненная буйством красок и восхитительными ароматами пряностей и марокканского кофе. Вот в этой улочке живут гончары. Их изящные, украшенные диковинными росписями кувшины, горшки и тарелки так любит мама. А вон в той торгуют специями. Бабушка без них ничего не готовит. Невообразимо дивный аромат наполнял горячий воздух терпкими нотками корицы и гвоздики, тяжёлыми тонами перцев и куркумы, невесомыми нитями запахов жасмина и базилика. Пробежав мимо тележки зеленщика, Фархад наклонился и подобрал с земли веточку мяты. Она всегда очень кстати, ведь его путь лежит мимо мастерских Шауара квартала Таннеурс, знаменитых своими кожаными красильнями. Стойкий густой дух этого места не сравнится своей насыщенностью с кварталами, где торгуют парфюмом, маслами и специями. В огромных каменных чанах в растворе куриного помета, источающего едкий запах аммиака, кожевенники замачивают шкуры животных, из которых после окраски делают сумки, ремни, обувь и прочие сувениры. Очень элегантные. Но брр… как же тут неприятно пахнет. Можно отправиться в мастерскую другим путем и избежать «удовольствия насладиться» жуткими запахами, но так короче.
- Балек! Берегись!
Задумавшись, Фархад чуть было не столкнулся с гружёным шкурами осликом. Что и говорить, улочки в старом городе не просто тесные: стены домов стоят близко друг к другу, крыши навесов соприкасаются, закрывая узкую полоску неба. Тут порой двум людям не разойтись, не то, что осликам разъехаться. Есть, конечно, улочки просторнее: на них блещут своей красотой медресе и мечети, которых на Медине огромное множество. В кварталах, где торгуют одеждой и коврами тоже свободно. Но в основном на улицах Медины очень тесно. Хорошо, что тут не ездят машины - редкие скутеры и мотороллеры не в счёт.
Фархад сделал ещё несколько поворотов и оказался перед лавкой. У входа стоял один из братьев.
- Явился! Все сны посмотрел?
Отвесив младшему подзатыльник, старший подтолкнул его вглубь мастерской, где уже трудились взрослые родственники.
- Принимайся за работу, бездельник, – недовольно пробурчал дедушка. – Будешь так относиться к делу, никогда из тебя путного мастера не получится. Вот, скопируй этот орнамент.
И сунув в руки внуку обрезок листового железа, кальку и связку инструментов, старик вернулся к своей работе. До обеда Фархад корпел над заданием. И так пытался, и этак. Все пальцы исколол конфарником, руки изрезал об острые края медного листа. Ничего не выходило. Может быть оттого, что он не сильно-то и старался? Там, на улице бурлила жизнь, неслась сплошным потоком. А тут в мастерской всё словно замерло, застыло. Там, гудели голоса, вместе с брызгами фонтана разлетался детский смех. А тут стояла невообразимая тишина, даже не слышно стука молоточков. И духота. Как же жарко…

… В лицо ударил яркий поток света. Фархад испугался и зажмурился. Было непривычно тихо и, казалось, будто над головой нещадно палило солнце. Медленно открыв глаза, мальчик осмотрелся и не поверил тому, что увидел. Как он здесь очутился? Вокруг простиралась пустыня. Барханы, причудливыми волнами спускались к ногам. Лёгкий ветерок поднимал в воздух мелкие песчинки, закручивал в маленькие вихри и обрушивал их на голову, больно колол и обжигал неприкрытые руки.
- Фархад! – Услышал мальчик чей-то голос за спиной и обернулся.
Перед ним стоял старик с седой бородой, в тюрбане и длинных белых одеждах.
- Подойди.
Фархад сделал несколько неуверенных шагов навстречу и остановился.
- Покажи мне свои пальцы.
Мальчик протянул руки.
- Да! Тяжело, смотрю, даётся учение. Разве тебе не нравится то, что ты делаешь?
- Нравится. Очень, – оживился Фархад. – Только… Я хочу, как мои братья, украшать чайники и подносы, а не покрывать узорами обрезки.
- Ты слишком спешишь. Посмотри на этот дивный бархан. Изо дня в день ветер трудился над своим творением, укладывая песчинки волнами, заставляя песок струиться по склону. Разве можно было сделать такую красоту за один день? А ты торопишься как бурный поток после дождя, суетишься, спешишь. Чтобы создать что-то поистине прекрасное, нужно не только умение, но и много терпения, старания. Посмотри на свои руки. Они все в крови. Ты полдня просидел над уроком, заданным дедушкой, и не выполнил его. Разве ты не желаешь стать таким же умелым, как братья?
- Конечно, да! Я хочу быть лучшим! Хочу, чтобы искусство чеканщиков нашего рода не пропало в веках! Дедушка рассказывал о своем прадедушке. Он был великим мастером, создавал неповторимые узоры. К нему ехали отовсюду. Кто бы ни пытался скопировать эту красоту, у них не выходило. Я хочу стать мастером, каким был прадед моего дедушки. Хамид его звали. Хочу! Только вот... не знаю как.
Посмотрев на свои израненные руки, мальчик вздохнул и затих, опустив голову.
- Как мастер Хамид хочешь стать?
Старик задумался, а потом улыбнулся.
– Я помогу тебе, Фархад. Если сделаешь, что скажу - добьешься желаемого. Согласен?
Мальчик кивнул.
- Тогда запоминай! Учись прилежно, слушай советы старших, не ленись. Если говорят тебе повторить рисунок два раза, три, десять – делай. Чем упорнее будешь трудиться, тем лучше станет получаться. Это художник может исправить неудавшийся мазок на холсте. Закрасит и напишет заново. Чеканщик себе такого позволить не смеет. Его ошибка так и останется на металле, а значит, чайник или поднос уже не будут иметь уникальный орнамент. Потому говорю тебе - учись на том, что дают. Прилежно учись! Набьешь руку на обрезках, последующая работа лёгкой покажется. Не отвлекайся по пустякам, запоминай все, о чем тебе говорят. Трудись без устали! Только так можно стать хорошим мастером.
- И я буду как Хамид?
- Нет. Если терпеливо постигнешь ремесло, станешь лучше, чем мастер Хамид. К тебе поедут со всего Марокко. Твои работы разъедутся по свету, украшая дома людей во многих странах. И однажды ты передашь умение внуку, который потом доверит секреты мастерства своему.
- Но у меня нет секретов.
Старик улыбнулся, поднял руку, начертил в воздухе загадочные символы и песок, словно золотая пыль, взметнулся вверх, создавая причудливые узоры из цветов, листьев и диковинных орнаментов. Вся эта невообразимая красота застыла в воздухе, мерцая и искрясь в солнечных лучах, словно картина, написанная на невидимой глазу стене.
- Теперь у тебя есть секрет. Запомни рисунок. Он поможет создавать предметы неповторимой красоты...

… - Ты, что же это, спишь? Бездельник!
Фархад проснулся. Ругаясь, дед тряс его за одежду.
- Я не успел сказать спасибо.
Растерянно протерев глаза, мальчик озирался по сторонам.
- Благодари Всевышнего, что у меня много дел. А то я бы тебе задал!
Не обратив внимания на сказанное внуком, старик отвесил ему подзатыльник и вернулся к работе. Отец с укором смотрел на сына. А мальчик улыбался. У него появилась цель.
Изо дня в день прибегал Фархад в мастерскую раньше братьев и уходил вместе с отцом, когда на город спускалась ночь. Старательно выполнял все, что ему поручали, и однажды случилось чудо. Узор, казавшийся поначалу сложным, неожиданно удался, да так быстро и хорошо, что в награду дед позволил украсить орнаментом ложку. Когда мальчик закончил работу, уже стемнело, и в лавке остался всего один покупатель. Он ходил между полок с выставленными на них подносами, чайниками и чашами, и молча всматривался в рисунок на металле.
- Вот, дедушка, посмотри. У меня получилось?
Фархад выскочил из мастерской в лавку и протянул деду ложку.
- О, это очень хорошая работа, – прозвучал над головой мальчика голос покупателя. – Я возьму её для своей дочки.
Домой Фархад шел преисполненный счастья и гордости. Все разговоры за ужином были только о том, как он умело продал свою первую работу.
На следующий день после школы Фархад на крыльях летел в мастерскую. Ему хотелось поскорее приняться за дело.
- Погуляй сегодня, – встретил его у входа дед. – Вчера все пальцы исколол, пока ложку резал. Отдохни.
- Нет, я лучше поработаю, – ответил мальчик и уже хотел взять обрезок, когда ему в руки лег набор из двух ложек: большой и маленькой.
- Раз ты так желаешь, вот, сделай до вечера. Сможешь?
Ничего не ответив, мальчик принялся за работу и к исходу дня обе ложки были готовы. На следующий день история повторилась. Школьные друзья звали Фархада поиграть у фонтана. Но он старательно выводил узор на маленькой тарелке, не отвлекаясь на свои желания. Как ни пытались злые духи искушать Фархада - он не поддавался. Уговаривал ли дедушка пойти погулять, Фархад отвечал:
- Нет.
Братья предлагали сходить с ними на рынок верблюдов, купить баранов к празднику. И опять:
- Нет.
Но как ему хотелось ответить “Да”! Отец звал посидеть рядом и рассказать о школе. Фархад соглашался поговорить об учёбе, но от задания, что давал ему дед, не отрывался.
С каждым днём у него получалось лучше и лучше. Работа ладилась, словно невидимые силы водили рукой маленького мастера. И чем больше он старался, тем легче давались сложные узоры. Фархад уже освоил ложки и тарелки, ему доверяли украшать ручки для чайников, стаканы и маленькие подсвечники, как вдруг случилась беда. Заболел дедушка.
В то утро отец остался дома. С грустью шёл Фархад по тесным улочкам: сегодня в лавке работали только братья. Войдя в мастерскую, он увидел поднос, который ещё с вечера резал дед. Красивый орнамент украшал борта и середину, но в центре было пусто. Словно яркий поток солнечного света пронеслось в потемневшей от переживания голове мальчика: сегодня придет заказчик, а работа не сделана. Семья не получит денег, а по Медине разлетится дурная слава о дедушке. Фархад выглянул в лавку. Братья занимались покупателями, которых сегодня было необычайно много.
Дрожащими руками взял мальчик поднос и положил на стол для резки. Он очень боялся испортить работу дедушки. Но лишь только дотронулся до конфарника и молоточка, страх исчез. Витиеватым узором выходили из-под резака ветка за веткой, цветок за цветком. С наступлением темноты поднос был готов.
Фархад понял сразу, что явился заказчик. Из лавки доносились громкие голоса. Братья, перебивая друг друга, извинялись, умоляли покупателя подождать, рассказывали о внезапной болезни дедушки. Обещали через пару дней доделать поднос.
Набрав в легкие побольше воздуха и шумно выдохнув, Фархад вышел из мастерской:
- Не надо ждать. Я закончил работу.
Братья в недоумении смотрели на него. Им казалось, что от жары их младший тоже заболел.
- Вот взгляните, – Фархад протянул поднос заказчику, не обращая внимания на вошедшего в лавку отца. - Если вам не понравится, вы можете не платить.
Покупатель взял в руки поднос долго вертел его, вглядываясь в рисунок, всматривался в причудливый растительный узор по центру и сложный орнамент по краям. Потом достал деньги и подал отцу мальчика.
- Возьмите. Это вторая часть платы. Хорошо, что успели. Я приезжал в Фес по делам. Утром улетаю домой. А это... – он достал ещё одну купюру и подал Фархаду, – заработал. Моя дочь до сих пор не расстается с ложкой, что ты сделал. Из тебя получился прекрасный мастер. Я знал…

… Сид Фархад смотрел на необычного гостя. Много лет прошло! Но он не забыл! Где-то вдалеке звонкий голос младшего брата расхваливал новый товар - шкатулки, инкрустированные природными камнями.
- Простите, уважаемый, сколько времени уходит на изготовление такого светильника?
Голос гостя прозвучал неожиданно близко.
- Смотря кто будет делать, сид. Если мои сыновья, то две недели или больше. Если я - быстрее.
Гость кивнул.
- Мне нужно девять ажурных светильников. Вот таких. – Он указал на массивный потолочник украшенный причудливыми растительными кружевами. – И два настольных с тем же узором. Хочу дочери на свадьбу сделать особенный подарок. Но я желаю, чтобы работу выполнили именно вы.
- Не тревожьтесь, сид. Сделаю.
Посетитель кивнул и положил деньги на прилавок.
- Вот задаток. И я уверен, всё будет великолепно!
Слегка поклонившись, гость удалился.
- Кто это был, - спросил младший брат, когда лавка опустела.
- Мой первый и самый главный покупатель, - ответил сид Фархад.
0

#13 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 28 января 2020 - 22:45

12

СОЛОВУШКА


Хотите – верьте, хотите – нет, но историю, которую я расскажу, мне пропел соловей. Каждую весну он прилетает под мое окно, вьет гнездо и выводит ночами замысловатые трели. Постепенно я научилась понимать соловьиный язык и подружилась с маленьким певцом. От соловья и услышала я о Хазар и Анисе.
Мой соловей не знал, когда и в какой стране родилась дочь могущественного хана: птицы не изучают историю и географию. Известно лишь, что отец Хазар правил богатой страной, где царило вечное лето. У хана было много жен и детей, но больше всего в мире он любил свою маленькую Хазар. Говорили, что мать девочки, умершая сразу после рождения дочки, была любимой ханской женой, и никто не мог сравниться с нею красотой.
Каждое желание Хазар немедленно исполнялось, её окружали десятки послушных рабынь, трепещущих от страха перед грозным ханом. Наверное, Хазар выросла бы избалованной и капризной, но судьба распорядилась иначе. Еще до рождения малышки её покойная мать нашла для будущего ребёнка няню – немолодую рабыню из далекой северной страны по имени Аниса, что в переводе с арабского значит «ласковая». Такой и была Аниса – нежной и ласковой, полюбившей сироту знатного рода как свою дочку или внучку.
Любящей была Аниса, а потому порой и строгой. Холила и лелеяла она малышку, журила за проступки, учила всему, что сама знала. А знала она главное: жизнь сурова и непредсказуема, и только вера, надежда и любовь помогают человеку. А потому Аниса учила Хазар любви: к людям, к зверям и птицам, к синему небу, к пальме, растущей у ручья, к ручью, питающему пальму. Еще учила няня маленькую Хазар языку, на котором говорили на далёкой родине Анисы. Называлась та далёкая страна звонким именем – Русь.
- А как звали тебя там, на Руси? – спрашивала Хазар.
- Да так и звали – Анисья, - отвечала нянюшка.
- А по-русски это тоже значит – ласковая? – удивлялась девочка.
- Нет, по-русски ничего не значит, просто имя, - улыбалась Аниса-Анисья.
- А имя Хазар в России есть?
- Нет, - покачала головой нянюшка, - нет у нас такого имени.
- В России нет соловьев? – не унимается Хазар, которой дали имя птички-певуньи.
- Есть, есть у нас соловьи, - голубые глаза нянюшки погрустнели, - прилетают к нам по весне соловьи-соловушки, поют ночами песни, слушают их парни с девушками на свиданиях, и я их слушала…
Заплакала вдруг нянюшка. Испугалась Хазар: только теперь осознала она, что Аниса, весёлая Аниса, которая песни звонкие поёт, забавные сказки рассказывает, в занятные игры с ханскими детьми играет – пленница, рабыня. Стала ханская дочь утешать нянюшку, спрашивать, о чём та плачет, кого на далекой родине оставила. И поведала воспитаннице своей Анисья, что пленницей стала, когда её первенцу, сыну Васятке, и году не исполнилось. Показала нянюшка Хазар единственную вещь, оставшуюся на память о России – глиняную свистульку. Когда налетели на Анисьино село враги лютые, когда оторвали молодую мать от колыбели сына, свистулька чудом в руке её осталась. С тех пор хранила Анисья глиняную птичку как зеницу ока.
Защемило сердце Хазар от жалости к няне любимой, расплакалась и она. Погладила воспитанницу по черным кудрявым волосам нянюшка и сказала: «Не плачь! Бог отнял у меня родину, Васятку моего, но подарил мне тебя, моя Соловушка! Тебя и твою любовь!»
С тех пор няня стала звать ханскую дочь Соловушкой, а та всё чаще расспрашивала о Руси. Аниса рассказывала о чудесных деревьях – белых берёзах, о белых, верных друг другу лебедях, о снежинках, что подобно чудным тающим в руке звездочками падают с неба и покрывают землю белой шалью. Хазар закрывала глаза и видела загадочную страну, где все белое: и деревья, и птицы, и земля, и звезды.
- Няня, Россия – вся белая? – спрашивает Соловушка.
- Да с чего ты взяла? – удивляется Анисья. - Разве зимой белым-бело, да и тогда не всё белое. Небо в ясный день голубое, ёлки зелёные, грудки у снегирей, это птицы такие, красные. Зато весной и летом сколько красок на Руси! В поле или на лугу цветов не счесть – алых, синих, лиловых, жёлтых! А осенью на деревьях столько золота, сколько у всех шахов в мире не сыщескать!
И опять закрывает глаза Хазар, и видится ей страна, где под голубым, как нянюшкины глаза, небом растут золотые деревья, а у неведомых птичек на груди красные рубины сияют.
Шли годы. Выросла Соловушка, из смешной кудрявой девчушки превратилась в прекрасную девушку, похожую как две капли воды на покойную мать. Аниса же постарела, усохла, стала часто хворать. Хазар за нянюшкой ухаживала, всё старалась её порадовать, чтобы вновь засияли радостным голубым цветом выцветшие глаза старой нянюшки. Но болезнь крепко вцепилась в Анисью.
Вот как-то утром няня говорит Соловушке:
- Чувствую, не переживу я нынешней весны. Дома, на Руси, сейчас уж капель звенит, скоро ручьи побегут, а потом берёзки зазеленеют. Хотя бы раз, пусть краем глаза, посмотреть мне на веточку березовую с листочками крошечными, и умирать бы не так страшно было.
Вытерла Соловушка слезы, скатившиеся из глаз нянюшки, поцеловала старушку, да выбежала в сад, потому что сама слёз сдержать не смогла. Упала на зелёную траву под кустом жасмина, плачет горько, безутешно. И вдруг слышит голос – тоненький-тоненький, но звонкий и громкий: «Нечего плакать! Нужно дело делать, Анисино желание исполнять!»
Огляделась Хазар – на ветке, прямо над её головой, сидит соловей. Выводит трель, но в песне соловьиной ясно различимы слова человеческие.
- Если хочешь нянюшке помочь, летим с нами на Русь! Там берёз видимо-невидимо, сорвешь веточку, принесешь нянюшке, та обрадуется, может, и умирать раздумает.
Хотела Хазар спросить, как может птица по-человечьи разговаривать, да передумала, другой вопрос задала:
- Да как же я полечу? Я ведь не птица, у меня крыльев нет!
- Нет? – пропел соловей. - А почему тебя тогда Соловушкой зовут?
Развела Хазар руки, взмахнула ими и поняла, что не руки это – а крылья. Взлетела она над травой, поднялась выше, еще выше. От радости вскрикнула Соловушка, но вместо крика вырвалась из её груди песня.
Залетела превратившаяся в соловья Хазар в комнату нянюшки, чтобы попрощаться, но к тому времени старушка забылась тяжелым сном. Не стала тревожить больную Соловушка, улетела с соловьиной стаей на север.
Долог и труден путь перелётный птиц, много дней прошло, пока добралась соловьиная стая до Руси. И увидела Соловушка своими глазами и последний, спрятавшийся в ложбинах снег, и первые весенние цветы, и берёзы. В лесу за околицей большого села в стволе большой берёзы кто-то сделал дырку и воткнул в неё соломинку, внизу привязал к стволу тряпицей глиняную баклажку. И падали из соломинки в баклажку светлые капли, словно слёзы берёза роняла.
- Здравствуй, красавица! – услышала Соловушка. Глядь – поодаль парень стоит, на неё смотрит. А сама Хазар уже не птичка-соловей, а девушка. Говорит парень по-русски, но Соловушка, спасибо нянюшке, каждое его слово понимает.
- Здравствуй, добрый человек, - отвечает Хазар.
- Не хочешь ли берёзового сока испить? – спрашивает парень.
- Соку? – разгневалась тут Соловушка. - Так это ты в дереве дырку сделал? И не жалко тебе его?
- Зря сердишься, - отвечает парень, - не нанёс я вреда дереву, всё по уму сделал. А сок берёзовый не только вкусный, но и полезный. От любой болезни излечить может!
Тут Хазар встрепенулась. Стала незнакомца расспрашивать. Отвечал Иван, так парня звали, охотно и подробно. Не прошло и пяти минут, а Хазар уж казалось, что она всю жизнь знала этого добродушного богатыря с голубыми, как небо, глазами. И доверила Соловушка ему свою тайну, рассказала, кто она, откуда, и зачем на Русь с соловьями прилетела.
Выслушав рассказ Хазар, Иван вскочил, схватил девушку за руку и, ничего не объясняя, потащил в село. Вбежали они в избу, там за столом сидят отец Ивана с сыновьями, а мать с дочками на стол накрывают. Увидев незнакомку в диковинном наряде, все от неожиданности дар речи потеряли. Первым опомнился младший брат Ивана:
- Вань, ты, знать, вместо сока берёзового красавицу в лесу нашёл?
- Не до шуток сейчас! – оборвал брата Иван. - Послушай, батя, что мне Соловушка рассказала.
Пришлось Хазар свой рассказ повторить. Стоило ей назвать нянюшкино имя, как из глаз отца Ивана потекли слёзы. А когда Соловушка про глиняную птичку рассказала, плакали уже все. Закончила говорить Соловушка, подошел к ней отец Ивана, обнял, к груди своей прижал:
- Меня Василием звать. Всю свою жизнь я сиротой прожил, отец мой в боях погиб, не знал я его совсем. А мать помню, хоть и смутно, а помню. И песни её, и руки ласковые, и свистульку, которой она меня развлекала. Ты вернула мне мать, Соловушка!
Возвращалась Хазар домой уже не в соловьином, а в человечьем обличии, вместе с Иваном и Василием. Непрост был их путь, но больше всего путники боялись, что опоздают, не дождется Анисья. Скакали они на конях через леса, плыли на большом корабле по морям. И вот, наконец, добрались до столицы той страны, где правил грозный шах, отец Хазар. А тот уж и не чаял дочь любимую живой увидеть. Не успели войти Соловушка и спутники её в городские ворота, как уж спешит им навстречу сам правитель с чадами и домочадцами. Обняла Хазар отца, да и спрашивает: «Отец, жива ли Аниса?» Тот нахмурился, обидно ему, что дочь о рабыне так беспокоится. Но ответил все ж: «Жива, жива старуха, тебя ждет!»
О том, как встретилась Анисья с сыном, соловей мне ничего не рассказал. И без того понятно, что встреча эта была и радостной, и грустной. Напоил Василий мать берёзовым соком, посадил под её окном саженец берёзы, который в долгом путешествии сберегла Соловушка.
Что было дальше? Никто не знает. Соловей – всего лишь птичка певчая, что помнит, о том и поёт. Может, забрали на Русь Анисью сын с внуком. Может, осталась она на чужбине, что стала ей домом благодаря Соловушке. А, может, и сама Соловушка улетела на Русь вслед за Иваном? Но я ведь не сочиняла сказку, я просто пересказала вам историю, которую услышала от знакомого соловья.
0

#14 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 03 февраля 2020 - 22:00

13

ШЛЯПНИК

Сказка в стихах в трёх действиях

Действующие лица

Шляпник
Горожанин
Жасмина
Магистр

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Сцена I
Шляпник и Горожанин
На сцене шляпная мастерская. С обеих сторон на вешалках висят шляпы, чуть выше стоят коробки из-под шляп. Посередине – стол, где находится всё необходимое: сантиметровая лента, ножницы, ткань. Слева – голова манекена, на которую примеряется шляпный макет. Шляпник сидит за столом, хлопочет. Слышится стук в дверь. Шляпник замер, будто испугался. Опять стук в дверь.
Шляпник (тихо):
Ежели не кажется – входите…
Дверь распахивается. Входит Горожанин
Горожанин:
Что-то шляпник приуныл? -
Про улыбку ты забыл?!
Я сюда пришёл для дела!
Смею мастера просить:
Нужно быстро и умело
Шляпу женскую пошить!
Шляпник:
Я бы с радостью, но вот
Мне погода не даёт…
Нет свечей, на небе тучи,
Зрение моё слабО,
Не везёт, ах, как бы случай –
Облака прочь унесло…
Показывает ткани Горожанину, хвастается:
Побывал вчера я в лавке,
Тканей там купил сполна:
Фетра, шёлка, замши, льна,
И готов к любой заявке,
Но…
Шляпник останавливается. Горожанину:
Скажи-ка мне, милейший,
Ежели могу спросить:
Для чего тебе так спешно
Надо шляпу смастерить?
Горожанин:
Знаешь ли, такое дело…
(Мне положено молчать),
Но себе позволю смелым
Неожиданно я стать.
Тут намедни у причала
Я гулял. Был вечер тёмен,
Небо молнией ворчало,
Поднимались гребни волн…
Но погода мне не в тягость –
При любой готов гулять…
И решил в беседке малость
Посидеть и переждать…
И к задуманному месту
Пока шёл своим путём,
Вижу, дева по соседству
В платьице идёт простом…
Шляпник:
Ну и что? Вот, эко чудо!
На бульварах их не счесть!
В чём конфуз?
Горожанин:
Я врать не буду,
Она пела тихо песнь…
Шляпник:
Мало ли певичек здешних!
Шляпа тут причём – скажи?!
Горожанин:
Помолчи, раз интересно,
Окончанья подожди.
Шляпник продолжает разбирать ткани, а Горожанин рассказывать
Как узрел я то виденье –
Сердце замерло в груди:
И подумал в изумленье:
Тут хорошего не жди!
Дева будто бы парила,
Не шагала, а плыла,
Её платье белым было,
Словно сшито из стекла!

Шляпник:
Боже мой! Ты, видно, бредишь!
Горожанин:
Право слово, - не шучу!
…Может быть, я слишком грешен,
Оттого и трепещу?..
Шляпник (думая, что его водят за нос):
Ты поведай по порядку:
Встретил спутницу в ночи…
…Или лгун?!
Горожанин:
Что за нападки?!
Слушай дальше и молчи!
Дева руку протянула,
А в ладони – золотой!
Тяжело она вздохнула:
«Заколдован образ мой,
И вода в реке дурная…
Скоро он придёт за мной…
Помоги же заклинаю!
Просьба будет непростая:
Мастер должен быстро сшить
Шляпу, мерок не снимая,
Для меня. Пусть поспешит!
В двух кварталах от причала
Ты умельца попроси,
Адрес выбран не случайно –
Это сразу уясни.
Свой заказ оплатишь тут же –
Золотой тебе дарю,
И вели: чтоб вышла лучше
Шляпа тех, что продают!
Никому о нашей встрече
Не положено узнать,
Как сошьёт, молю, под вечер
Приходи сюда опять:
Только в дождь могу гулять…».
Это лишь проговорила –
И исчезла без следа,
Ветер свистнул сиротливо
Всхлипнула в реке вода…
Шляпник (удивленно):
Вот те раз! Какое дело!
А причём тут я – ответь?
Горожанин:
Ты же мастер? – Вот и смело
Мой заказ исполни здесь!
Горожанин вынул из кармана золотой и демонстративно положил на стол перед Шляпником
Шляпник (в недоумении):
Объясни: с чего желанье?
Горожанин (уходя):
Всё узнаешь в свой черёд.
Для других рассказ мой – тайна:
Время для неё придёт...
Горожанин уходит.
Шляпник (за рабочим столом перед золотым):
Это всё, уверен, странно…
Соглашаться или нет?
Мне такого гонорара (берёт в руки золотой)
Не дадут и за сто лет!..
В сон меня нежданно клонит (зевает),
Я, пожалуй-ка, вздремну…
За окном слышатся шаги и голос, мелькнула чёрная тень в плаще и шляпе:
«Берегись… Берегись…»
Всё быстро затихает.
Словно кто-то тихо стонет…
Показалось? Не пойму…
Засыпает.

Сцена II
Горожанин и Магистр
Горожанин сидит за столиком в трактире. Рассуждает о случившемся
Горожанин:
Как понять виденья эти –
Дева, песня, золотой…
А быть может, это черти
Разыграли всё со мной?!
К Горожанину неожиданно подходит Мужчина в чёрном и садится за его столик
Горожанин:
Добрый вечер. Мы знакомы?

Магистр:
Не ходите на причал!
И не молвите ни слова –
С нею нужно вам молчать.
Горожанин (не сразу понимая):
С кем молчать?
И кто вы, мистер?
Верно, спутали меня…
Магистр:
Величать меня Магистр
И о деве молвлю я.
Горожанин:
Ах, вы знаете мой случай!
Кто она? Зачем пришла,
Когда ветер был могучий,
Буря сильная была?..
Магистр:
Есть легенда о Жасмине –
Милой деве молодой
И каком-то господине…
Очень давнею весной
Как-то раз она пропала –
Отыскать никто не смог…
Только шляпа у причала
Зацепилась за мосток…
Горожанин:
Шляпа? Женская?
Магистр:
Жасмины…
Горожанин:
Я недавно здесь. Не знал…
Магистр:
Ёе отчим запил сильно,
Спрыгнул ночью он со скал…
Горожанин (нервничая):
А причём тут я? Увольте…
Магистр:
Я продолжу свой рассказ…
Вы, пожалуй, успокойтесь
И послушайте сейчас.
С того случая – загадка! –
У причала в сильный дождь
Дева напевала сладко…
Кто она – не разберёшь –
Это всё во тьме бывало.
И средь местных ходит слух:
Золотой она давала.
Кто коснётся ее рук –
Сгинет, пропадёт, убьётся!
И беды не миновать!
Горожанин (задумчиво):
И короткий срок даётся,
Чтобы шляпу заказать…
Я не помню: в той горячке –
Ночь, и ливень был такой!
Прикоснулся ли к чудачке…
Магистр:
Так вы взяли золотой?!
Горожанин:
Да.
Магистр:
Немедленно избавьтесь!
Горожанин:
Я и шляпу заказал…
Магистр:
Откажитесь от напасти!
Горожанин:
Деньги мастеру отдал…
Магистр:
Не шутите так!
Горожанин:
Нисколько!
Магистр:
Где оставили заказ?
Горожанин:
От причала в двух кварталах,
Мастер сделает всё враз.
Магистр:
Берегитесь! Вы бесспорно
Силой чар поглощены!

Горожанин (раздражён навязчивостью собеседника):
Всё! С меня уже довольно!
Мне советы не нужны!
Магистр:
Это, право, очень глупо –
Не шутите так с судьбой (встаёт).
А пока скажу вам скупо:
До свидания, друг мой (уходит).
Горожанин:
Вот беда, так что же делать?
Верить в это или нет?
Надо мастера проведать
И узнать его ответ (уходит).

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Сцена I
Шляпник и Горожанин
Шляпник спит в мастерской и проговаривает свой сон.
Одновременно в мастерскую тихо заходит Магистр, осматривается, видит на столе около Шляпника золотой, аккуратно берёт монету и уходит, закутавшись в плащ.
Шляпник (говорит во сне):
…И вода, вода повсюду,
Поглотила тень мою!
Не хочу туда, не буду! –
Но опять её я пью!
И чернеет близко-близко
У причала старый мост.
Облака повисли низко…
Из воды выходит гость!
У него большая трость,
И вокруг темно и мглисто…
Незнакомец в чёрной шляпе,
Плащ его черней углЯ,
А глаза как два огня
И оскал похож на жабий…
Будто в гулком коридоре
Гость направился ко мне!
Рядом будет очень скоро…
Или всё это во сне?!
Убежать? Куда? В пучину? –
Хоть куда – отсюда вон…
Это что за чертовщина –
Выходить из чёрных волн?!
Он приблизился, едва
Я успел промолвить слово –
На меня сошла вода!
Незнакомец был суровым,
Приказал: «Тебе намедни
Заказали шляпу шить –
Откажись, отдай мне деньги –
И беги, покуда жив!»
Тьма ещё чернее стала,
Волны мост взялись качать!
В жизни видел я немало,
Но такого мне не знать!
Руку я в карман – и тут же
На меня сошла вода,
Поглотила – глубже… глубже… -
Золотой мой без следа…
Сон прерывает стук в дверь. Шляпник просыпается, в испуге вскакивает, не может опомниться. В дверь продолжают стучать. Он осторожно открывает. Входит Горожанин.
Шляпник:
Это вы? Уж больно скоро,
Я пока в работе весь…
Горожанин:
Удивлён, от вас не скрою,
Что в трактире ровно в шесть
Говорил с мужчиной в чёрном…
Шляпник:
Он принёс дурную весть?
Горожанин:
Убедить меня пытался
Отказаться шляпу шить,
И о деве изъяснялся:
Поздно, мол, о ней тужить…
Шляпник (испуганно):
Погодите-ка минутку…
Он был в шляпе и плаще?
Горожанин:
Да.

Шляпник:
Мне сон приснился жуткий…
О мужчине и.. вообще (смутился).
Горожанин:
И вообще? Что происходит?
Шляпник:
Там вода была и вроде
Тот, что вам уже знаком…
Говорил о золотом…
Горожанин:
Я заказ хочу отставить:
Тут же, ежели могу…
Шляпник:
Чем вам шляпу эту ладить –
Лучше нервы сберегу.
Горожанин:
Золотой прошу вернуть я,
Отнесу его назад.
Шляпник смотрит на стол – золотого нет, роется в карманах – там тоже не находит
Шляпник:
Это что ещё за муть-то!
Раздери мои глаза!
Начинает искать под столом. Горожанин тоже осматривается в поиске монеты
Горожанин:
Это пахнет преступленьем!
Шляпник:
Засыпал – он здесь лежал…
Горожанин:
Так ты спал? Я в изумленье!
Тебе много и гроша!
На работе он кимарит!
Шляпник:
Вы не гневайтесь, прошу,
Не стыдите, Бога ради,
Золотой я отыщу…
Горожанин:
Так ищи, приду я завтра,
Времени довольно ли?
Шляпник:
Он пропал совсем внезапно…
Будто черти унесли!
Горожанин уходит.
Шляпник (продолжает искать монету):
Сон-то оказался в руку,
Сбылся что ли наяву –
Кто-то заходил без стука?..
Всё подобно волшебству!
(продолжает искать)
Нет нигде! Пропал бесследно!
Потерять никак не мог…
И теперь как жил я бедно,
Так и буду. Мне урок:
Лёгких денег захотелось –
А сейчас – о горе мне! –
Ждет меня уже не бедность –
Нищета. Всё как во сне!
Возвращать чужое надо.
Лучше выпить сразу яда.
Шляпник в бессилии опускается на стул.

Сцена II
Горожанин, Магистр и Шляпник
Поздний вечер. Горожанин в беседке рядом с причалом в надежде встретить деву.
Горожанин:
Угодил в такую смуту -
Не иначе – западня!..
Посижу ещё с минуту,
Вдруг её увижу я…
Девы взгляд подобен чуду!
Голос – звонче соловья…
Появилась ниоткуда –
Одурманила, зовя…
Внезапно у реки появляется тень мужчины в шляпе и чёрном плаще. Он что-то говорит
Горожанин:
Кто там? Словно… тень знакома,
Что он хочет в поздний час?
(присматривается внимательнее)
И кому он молвит слово? (говорит себе):
Надо слушать и молчать…
Магистр (тихо):
О, вода, прими обратно
Ты сокровище своё!
(бросает в воду золотой)
И пусть канет безвозвратно
Вглубь реки как в забытьё!
Жив мой слух
И твёрдо слово –
Я приказ даю сейчас:
С девой поступить сурово –
Из воды не выпускать!
А обратное узнаю –
Иссушу здесь всё до дна!
Будет чаща тут лесная
И глухая тишина.
Горожанин (удивленно):
Вот история… Магистр?!
Золотой в его руках…
Подходить не буду близко –
Не хочу попасть впросак!
Значит, он украл монету,
Пока Шляпник видел сон?!
Странным кажется всё это…
Не колдун ли страшный он,
Мой недавний собеседник?..
Впрочем, есть ответ простой –
Он мерзавец и мошенник!
Задержу его я: – Стой!
Горожанин выбегает из беседки за Магистром, который быстро скрывается в темноте
Где злодей? Куда он скрылся?!
(Ищет Магистра, оглядывается)
Не успел моргнуть – увы –
Очень быстро испарился
И замёл следы свои!
Горожанин подходит к воде, смотрит туда. Неожиданно из волн появляются водяные монстры, которые пытаются напугать героя, но он уворачивается
Что же делать? В одиночку
Тайну эту не узнать…
Но в одном уверен точно:
Деву надо мне спасать!
Как понять, что здесь случилось…
Где тут правда, а где – ложь?
Что с Жасминой приключилось?..
Сколько тайн – не разберёшь!
Внезапно Горожанин видит Шляпника, который направляется к нему
Горожанин:
Ты зачем здесь?
Шляпник:
К вам с повинной…
Провались на месте я –
Обыскал всё до витрины…
Оказалось – только зря!
Мне сказали на бульваре:
Вы к реке ушли…
Горожанин:
Всё так.
Золотой наш был украден.
Шляпник:
Кем?!
Горожанин:
Магистром. Он мастак –
Обмануть любого может,
Он здесь был сейчас.
Шляпник:
Да ну!
Горожанин:
Только вот понять мне сложно,
Что случилось, почему
Золотой ему стал нужен?..
Шляпник:
Постижимо ли уму!
Горожанин:
Он монету бросил в воду
И строжайше наказал:
Чтоб не видела свободы
Дева.
Шляпник:
Вам?
Горожанин:
Воде. И убежал…
Шляпник:
Значит, он колдун?

Горожанин:
Похоже…
Шляпник:
Что же делать?
Горожанин:
Чему быть! –
Мне Жасмина всё дороже –
Я за ней желаю плыть!
Шляпник:
Да помилуйте!
Утопнуть
Суждено вам здесь…
Горожанин:
Увы…
Если так - не бойся взмокнуть:
Мне на помощь поплыви!
Шляпник:
Не ходите Бога ради
В воду…
Горожанин:
Жизнь мне не мила
Без Жасмины…
Шляпник:
Здесь мой прадед
Под всевластием вина
С голых скал сорвался ночью.
Поиск был его бессрочным…
Горожанин:
Не нашли?
Шляпник:
Исчез бесследно…
Горожанин:
Мне Магистр говорил:
(Не сужу, что откровенно…)
У Жасмины отчим был…
И когда она пропала,
Сильно запил он, и в ночь
Видели седые скалы,
Как он с них сорвался прочь…
Шляпник:
Значит, не случайно дева
Указала место, где
Шляпу ей пошить приспело –
Горожанин:
Дело, видимо, в тебе…
Шляпник:
Боже мой, я знаю мало…
Да и правда ли оно –
То, что матушка сказала…
Убедиться не дано…
Горожанин:
Я, пожалуй, искупаюсь –
Отправляйся к мастерской…

Шляпник:
Что вы?! С вами я останусь!
Горожанин:
Шляпы женской сделай крой –
Нужно сшить её скорее –
И немедленно сюда
Шляпу принеси примерить!
А меня сейчас вода
ПоглотИт… (Горожанин заходит в воду)
Шляпник:
Бегу! Скрываюсь
С ваших глаз я сей же час
Для Жасмины постараюсь
Шляпу сшить!
Горожанин (из воды):
Я верю в нас!
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Сцена I
Горожанин и Жасмина
Река. Горожанин с головой погружается в воду. Перед ним в воде образовывается коридор. В конце коридора он видит Жасмину. Её руки черные раки приковали к скале.
Горожанин:
Ты ли, милая Жасмина?
Как спасти тебя, скажи?
Жасмина:
Нет! Беда тебя настигнет!
Уходи, покуда жив!
Горожанин:
Если суждено погибнуть
Мне в пучине этих волн –
Смерть свою приму с улыбкой,
Без ума в тебя влюблён.
Жасмина:
Подойди ко мне, не мешкай,
Всё поведаю как есть:
Кто во тьме стоит кромешной,
Для меня готовит месть…
Горожанин подходит ближе.
Цвёл когда-то сад могучий,
Домик в том саду стоял…
Место было самым лучшим
Для меня! Мой день сиял,
Ночь была светлее неба.
На рассвете я всегда
Приносила крошки хлеба
Птицам к берегу сюда…
Папеньку не знала вовсе:
До рожденья моего
Он погиб. Что было после
Рассказать мне нелегко!
Матушка моя скончалась
При рождении моём,
Но до смерти обвенчалась
Кто бы ведал?! – С колдуном…
Взял обманом…
Горожанин:
Вот так случай!
Дальше было что?
Жасмина:
Росла,
Принимая свою участь.
Но к несчастью я была
Красотой награждена…
И однажды, как и прежде,
Я отправилась к реке…
Шла дорогою прибрежной
От посёлка вдалеке…
Горожанин:
Не томи!
Жасмина:
Гуляла долго,
Слушала напевы птиц,
Вдруг откуда не возьмись
Появился отчим строгий!
Он сначала был прилежным –
Обходительным. Потом
Дал понять, что слишком нежен –
Еле вырвалась! Но он
Ни за что не унимался!
Горожанин:
Сердце ранит твой рассказ!
Жасмина:
Ничего не оставалось
Мне, как скрыться с его глаз –
В воду. Я не колебалась…
На волнах густых качалась
Только шляпа…
Горожанин:
Что потом?
Жасмина:
Забурлило всё кругом…
И на дно упало вмиг.
И река темней болота
Стала. Шум её затих…
В тишине умолкли звуки,
Золотой я подняла…
И мои сковало руки,
Я как будто замерла.
Чтоб молва людская стихла,
Отчим бросился со скал:
А когда прошла шумиха,
Он уже другим предстал.
Не узнать – как изменился:
Шляпа, плащ черней земли…
Будто заново родился…
Дни же дальше потекли…
Горожанин:
Золотой был заколдован?
Жасмина:
Да. Но только лишь в реке…
Горожанин:
Как ты выбиралась снова?
Жасмина:
Выхожу я налегке –
В дождь: вода же есть повсюду!
Горожанин:
Как же быть?
Жасмина:
Колдун сей лют!
Проклял род наш. И покуда
Шляпу снова не сошьют –
Под водой так и пребуду…
Волны – верный мой приют…
Горожанин:
Мастерская не случайно
Мне тобою названа?
Жасмина:
Должен шляпник изначально
Быть из рода колдуна…
Горожанин:
А при чём же здесь монета?
Жасмина:
По законам колдовским
За работу нужно эту
Расплатиться золотым.
Шляпу я должна примерить,
Если будет в самый раз –
В чудо сразу можно верить:
Чары сгинут в тот же час…

Сцена II
Те же, Шляпник и Магистр
Голос Шляпника:
Где вы, мистер? Отзовитесь!
Шляпу я принёс для вас!
Горожанин пытается выплыть из реки
Горожанин (Жасмине):
Здесь меня сейчас дождитесь –
Затаитесь, не боясь.
Горожанин смотрит из воды на берег
Где ты, славный наш спаситель?
Шляпник:
Здесь! Я шляпу смастерил!
Горожанин видит, что к Шляпнику приближается Магистр
Горожанин:
Берегись же! Искуситель
Близко!
Шляпник:
Падаю без сил!
Магистр своим колдовством вызывает сильный ветер. Шляпа крутится на ветру, падает в воду и, гонимая ветром, цепляется за конструкцию деревянного мостика. Горожанин быстро плывёт в ту сторону, хватает шляпу и бросается в глубину. Магистр начинает произносить заклинание:
Магистр:
О, вода! Не смей позволить
Деве шляпу получить!
Я тобою недоволен –
Как могла ты пропустить
Подлеца к моей Жасмине?!
Пусть навеки они сгинут!
Жив мой слух
И твёрдо слово –
Иссушу тебя сейчас!
Из-за сильного ветра Шляпник падает на землю, пытается подняться и остановить Магистра
Шляпник:
Ну зачем же так сурово?!
Магистр (Шляпнику):
Всех я проклинаю вас!
Магистр не успевает закончить своё заклинание, вода начинает прибывать и уносит его. Появляется Горожанин и Жасмина в шляпе.
Шляпник лежит, не двигаясь. Горожанин и Жасмина подбегают к нему
Горожанин:
Боже мой! Как быть? Что делать?
Мы спасти его должны!
Жасмина протягивает золотой Горожанину
Жасмина:
Возврати его немедля –
Он ему принадлежит!
Горожанин берёт золотой и кладёт в ладонь Шляпнику
Шляпник открывает глаза, начинает осознавать происходящее
Шляпник:
Где колдун? Мы победили?
Внимательно смотрит на Жасмину и Горожанина
Раздери мои глаза!
Счастье набирает силу,
И от радости слеза (плачет)
Покатилась…
Горожанин:
Полно, братец!
Всё закончилось уже,
И цепочка неурядиц,
И безумье шантажей.
Шляпник:
Будьте счастливы! Живите
Вы в достатке и любви!
И друг друга берегите
Если шляпу сшить – зовите –
Я смогу вас удивить!..
Золотой Шляпник потратит на открытие новой мастерской.
Занавес
0

#15 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 08 февраля 2020 - 20:58

14

ЧВАНЛИВЫЙ ИНДЮК


1.
Недалеко от небольшого заросшего камышом пруда расположилась маленькая деревушка. Чистенькая и уютная, она утопала в зелени садов. Жизнь в деревушке текла спокойно и размеренно. По утрам из каждого двора доносились крики петухов, кое-где сонно брехали собаки, просто так, от нечего делать. Им и полаять-то было не на кого. Скучища! И вот в этой-то деревеньке и случилась одна удивительная история. А где бы ещё она могла случиться, как не здесь?
В одном из дворов, среди разной живности населявшей его, жил индюк. Он был ещё молодой и потому очень чванливый и заносчивый. Индюку не нравилось буквально всё: места во дворе не хватает – «распушиться негде и показать свою красоту» нет никакой возможности. Ведь кроме свинячьего корыта никакой возвышенности во дворе тоже не было. А индюку так хотелось влезть повыше и покомандовать. Но не будешь же отдавать распоряжения со свинячьего корыта, так ведь и самому недолго захрюкать!
На плетень индюк взлететь не мог – тяжеловат был, да и не пристало индюкам по заборам скакать – важность не позволяет. Но бродить по двору в сопровождении кур-несушек ему ужасно надоело. Квохчут, роются в земле, чего-то ищут. Нет бы, встали, постояли, огляделись важно по сторонам – и то бы толку больше было. Эти куры так глупы! Снесут яйцо и кричат на всю округу, как будто не яйцо снесли, а драгоценный камень. Смешно!.. Хозяйка выйдет на крыльцо, позовет: «Цып, цып, цып!» – бегут бегом со всех сторон, кудахчут, будто им пшена не достанется. Никакого достоинства нет у этих хохлаток. «Да-а, не с кем здесь поговорить, не с кем, а жаль, – думал индюк, – я бы сумел кое-чего рассказать, поделиться, так сказать, своим богатым жизненным опытом. Ну, да будем надеяться, что и к нам когда-нибудь забредёт во двор достойный моего внимания слушатель».
Дни шли за днями, а никто во дворе не появлялся, индюк не унывал – он старательно накапливал свой житейский опыт. Когда же хозяева купили для него пару – молоденькую индюшку, он даже обиделся. «Зачем она мне? Такая невзрачная! Как я могу с ней показаться в обществе? Стыд! Она даже от куриц отличается только ростом, да и то, лишь чуть-чуть повыше их». Лучше уж быть одному. От обиды и злости он раздулся, как шар, залопотал и покраснел. А молоденькая индюшка скромно отошла в сторонку: зачем лишний раз попадаться на глаза такому гордецу. Индюк долго приходил в себя от потрясения: «Я сам найду себе подружку. Нечего мне подсовывать то, что никому не нужно!» И он, замерев, долго стоял, размышляя, над случившимся…

2.
Прошло время, и вот как-то раз он услышал во дворе разговор двух уток. Утки бывали дома реже, чем куры. Каждое утро хозяйка выпроваживала их на пруд; подкормившись там, они вечером возвращались домой на ночлег. И вот что услышал от них индюк:
– Ну, как тебе сегодняшняя встреча? – спросила белая утка, – впечатляет?
– Да, да,да! – отозвалась пестрая уточка. – Красота! Красота!
– Интересно, – подумал индюк, – о чём это они? Что за красота может быть на пруду? Сплошная тина, да и только! – И он стал слушать утиный разговор дальше, заинтересованный словом «красота».
– Ты обратила внимание, какие у них шеи? Ах! Это мечта всей моей жизни! – продолжала белая. – Да разве с такой шеей стала бы я прозябать в этом постылом дворе?!
– Да, да, да, – подхватила пёстрая, – просто чудо! Просто нет слов! Но мне и своя шейка нравится, да и не только мне. Ты, заметила, как смотрела на неё гусыня из той крикливой стаи, что живёт на другом конце деревни? Просто глаз не сводила!
– Видела, видела! – сказала белая с насмешкой. – Опять они сегодня проспали и поздно пришли на пруд. Вот она и смотрела на твою толстую шею, завидуя, что ты уже сытая – только и всего-то!
Пёстрая уточка обиженно замолчала, но всё же осталась при своём мнении.
Болтушки уже хотели было отправиться на ночлег, но индюк не выдержал и пересилил своё высокомерие:
– О ком это вы только что говорили? – небрежно спросил он.
Простодушные утки всегда рады были поболтать с кем угодно и о чём угодно.
– Да, да, да, – наперебой заговорили они, – на пруд прилетели странные птицы. Они удивительные. У них такие длинные шеи! Даже у гусей нет таких! Даже у гусей! А какого чудесного цвета у них перья!
Индюк не стал дальше слушать их болтовню. Он отошёл в дальний угол двора и задумался. Пруд был далековато, но его заинтересовали эти неизвестные птицы. «Утром, – подумал он, – отправлюсь вместе с утками и посмотрю на них сам. Неужели кто-то может быть красивее меня?!» Он ещё немного постоял, подумал и степенно отправился в сарай на ночлег. Спал индюк беспокойно: не выходили из головы диковинные птицы…

3.
Но вот, наконец-то, петух пропел своё «Ку-ка-ре-ку!» – и наступило долгожданное утро. Индюк, выйдя во двор, подождал, когда утки соберутся стайкой у калитки, и обратился к белой уточке – она казалась ему более серьёзной:
– Послушайте, вы не могли бы взять меня с собой? Я плохо знаю окрестности, могу заблудиться и не найти пруд, ведь я там ни разу не был. А мне хотелось бы, так сказать, для расширения кругозора, осмотреть эту достопримечательность.
Утки дружно закрякали в знак согласия. Индюк, выждав удобный момент, выскользнул за калитку и, пристроившись к утиной стае, зашагал по тропинке. Он важно шествовал позади, оглядываясь по сторонам. Тропинка пролегала среди густой травы, в зелени которой то там, то здесь мелькали яркие венчики луговых ромашек. Утро было солнечное, тёплое.
– Красота! Красота! – восторженно сказала пёстрая уточка.
– Да, да, да! – хором отозвались остальные.
Индюк же промолчал. «Подумаешь, нашли красоту! Ничего особенного не вижу. Вот и их «диковинные» птицы окажутся не иначе, как общипанными гусями. Зря, наверное, я послушал их. Куда бегу, зачем бегу? Стоял бы сейчас посреди двора и думал, думал, о чём-нибудь высоком… Но не возвращаться же с полпути, доберусь уж, посмотрю, что там за птицы такие…»
Занятый своими мыслями индюк даже не заметил, как добрались до пруда. На воде, среди кувшинок, плавали маленькими стайками гуси и утки. Гуси громко гоготали, а утки крякали, и то и дело ныряли вниз головой в поисках корма. Никаких других птиц, а тем более диковинных, на пруду не было видно.
– Ну и где же они? – спросил с насмешкой индюк – Где эти ваши «диковинки»?
– Да, да, да, – сказала белая утка, не видно, не видно их.
– Но ведь они были вчера, были, – смущённо произнесла пёстрая уточка…
Индюк хотел было уже рассмеяться над глупыми утиными выдумками и над тем, что поверил им, как вдруг на другом конце пруда из-за камыша взлетели вверх и, покружившись над водой, опустились недалеко от берега две, и в самом деле, странные птицы. Гуси, завидев их, громко и дружно загоготали, вытягивая шеи, а утки, перестав нырять, закрякали.
Огромные птицы стояли на высоких, тонких ногах, грациозно изогнув свои длинные шеи с крупными головами и большими крючковатыми клювами. Оперение птиц было чудесного розового цвета! Они словно светились изнутри. Это были фламинго. Никто не знал, как они попали сюда, случайно или по какой-то никому неведомой причине изменили свой маршрут и остановились передохнуть на этом небольшом заросшем камышом пруду. Удивительные птицы тихо переговаривались между собой, не обращая никакого внимания ни на индюка, ни на гогочущее и крякающее общество, плавающее вокруг них. Потом, прощально вскрикнув, они вдруг захлопали крыльями и взлетели. Сделав круг над водой, фламинго скрылись из виду.
Гуси и утки долго ещё не могли успокоиться, выражая своё удивление и восхищение необыкновенными птицами. К индюку же, напротив, никто из них не проявил никакого интереса: ни гуси, ни утки, ни, тем более, прекрасные, напоминающие своим розовым оперением восходящее солнце, причудливо-грациозные фламинго.

4.
Оскорблённый таким невниманием к собственной персоне, индюк надолго замер, размышляя. «Хм, – думал он. – Допустим, никакой такой красоты я в них не заметил. Носатые, хвостов и тех почти не имеют, да к тому же долгоногие, а это, кстати сказать, бо-о-ольшой минус. Послушать уток, так одной расцветкой и богаты. А что такое розовый цвет? – Маркий и слишком заметный. Даже у индюшки, которая недавно появилась в нашем дворе, и то – шея, как шея, ноги приличные, цвет перьев не вызывающий. А главное, надо отметить, что у неё весьма покладистый характер, под стать моему. Может быть, я был не совсем прав по отношению к ней?»
Чудесное утро благотворно подействовало на индюка. Он даже размечтался, как подойдёт к индюшке и, расшаркавшись, предложит ей разделить с ним нехитрую пищу и кров. «А что, – пробормотал он, – весьма неплохая идея». И, повернувшись, он зашагал прочь.
Вернувшись домой и получив от хозяйки небольшой нагоняй за самовольную отлучку, индюк немного постоял в раздумье, затем, подойдя к индюшке, вдруг обратился к ней просто, без всякого чванства:
– Завтра я мог бы сопроводить вас к пруду, если, конечно, вы не будете против. Там очень даже неплохо можно провести время. Да и для расширения вашего кругозора это просто необходимо.
Индюшка с радостью согласилась…
Давайте через некоторое время заглянем в уже известный нам двор. Он нисколько не изменился. Кудахчут те же самые куры, крякают знакомые утки. Посреди двора стоит свинячье корыто и все так же гордо бродит расфуфыренный индюк. Но что-то изменилось во дворе. Интересно, что же? Смотрите, смотрите: из сарая выходит индюшка, за ней следом гурьбой выбегают хорошенькие, маленькие индюшата. Они весело пищат, следуя всюду за мамой, ищут зернышки, клюют что-то в траве. Индюк, наблюдая за ними, прикрывает глаза – он горд и счастлив!
– Кстати сказать, накопленный мною жизненный опыт очень даже пригодится для подрастающего поколения, – лопочет он.
0

#16 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 12 февраля 2020 - 23:11

15

КОТОМЫШ


На выходные нам задали проект по окружающему миру о домашнем питомце. Оранжевым фломастером я нарисовал в альбоме своего пушистого кота Германа с длиннющими усами на толстых меховых щеках. Под рисунком написал: «Рыжий охотник». Наш кот любит забираться на широкий подоконник в кухне. Усаживается между горшком орхидеи и фикусом, прижимается носом к окну и разглядывает птиц.
Вдруг из кухни раздался крик. Я почему-то сразу подумал, что случился пожар или у нас приведение завелось. Рванул в кухню, следом за мной папа прибежал.
Мама стояла на табуретке и, не переставая кричать, тыкала поварешкой в сторону миски Германа. Там сидел крохотный мышонок и ел сухой кошачий корм. Увидев нас, он юркнул под холодильник.
Герман в это время спрятался за горшком с фикусом. Кот прижимал уши и ошалело смотрел на свою миску.
– Сейчас Герман во всем разберется, – папа бережно снял маму с табуретки и отнес ее в комнату на диван.
Услышав свое имя, кот сделал вид, что ничего особенного не произошло. Он вылез из-за цветка и принялся вылизывать толстую пушистую лапу. Герман старался не смотреть в сторону, куда побежал мышонок.
– Не подведи, – папа кивнул коту, забрал миску с кормом и закрыл в кухню дверь.
– Папа! Ты чего? – я чуть не заплакал. – Он же мышонка съест!
– Саша, – папа положил руку на мое лечо, – коты ловят мышей, это нормально.
– Это не нормально, – закричал я. – Мышонок живой. Разве можно его вот так просто взять и съесть?
– Не можно, а нужно, – вмешалась мама, – я не собираюсь жить в одной квартире с мышами.
– А вдруг Герман вообще мышей не любит? – в надежде спросил я. – Он же никогда их не пробовал!
– Куда он денется? Проголодается и полюбит, – папа потряс в воздухе миской с кормом.
Почти в полной тишине мы ждали и прислушивались. Я тихонько всхлипывал.
– Саша, можешь в планшет поиграть, – разрешил папа.
А мне разве сейчас до игрушек? Я отчаянно про себя просил, чтобы мышонок убежал, и Герман не сделал бы ему ничего плохого. Вдруг в кухне раздался страшный грохот. У меня даже мурашки по коже поскакали.
Папа осторожно открыл дверь. На столе сидел серый мышонок со светло-коричневым пятнышком на мордочке и грыз зеленое яблоко. На полу валялась расколотая ваза из голубого стекла, раньше она стояла на холодильнике. Теперь вместо нее на холодильнике сидел Герман. Хвост поджат, шерсть дыбом.
Увидев нас, мышонок соскочил со стола и снова юркнул под холодильник. А я даже обрадовался, что кот у нас таким трусливым оказался.
– Ну, это уже слишком, – рассердился папа. – Герман, а ну слезай оттуда.
– Мау-у-у, – жалобно мяукнул кот.
– Слезай тебе говорят!
Герман соскочил на пол, пулей пролетел в комнату и спрятался под диван.
– Одного не могу понять, – мама села на табуретку и на всякий случай поджала ноги, – как эта мышь пробралась в нашу квартиру?
Папа повертел в руках обгрызенное яблоко:
– Она к нам из магазина на первом этаже сбежала. Там, наверно, дезинфекцию проводили.
– Какую еще дипи-зени-фекцию? – не понял я.
– Дезинфекцию, – повторил папа. – Это когда помещение очищают от вредных насекомых и грызунов.
– Ужас! – вскрикнула мама.
– Ну, тебя не поймешь. Только что ты хотела, чтобы эту мышь кот съел, а теперь тебе ее жалко, – удивился папа.
– Ты не понимаешь. А если там в магазине не одна мышь была, а несколько?
– Получается, они все к нам прибегут, – нахмурился папа.
– Нужно заткнуть все углы, убрать продукты, расставить ловушки. Нет, мы срочно переезжаем! - у мамы началась настоящая истерика.
– Остальные мыши к соседям сверху побежали, – я попытался успокоить маму. – Они несколько мешков картошки с дачи привезли. Я видел, как они багажник разгружали. А Васька, их сын, большущий кабачок тащил.
– А чего же эта, – нахмурилась мама, – к соседям не побежала?
– Видела какой он маленький? Несмышленый совсем, – объяснил я.
Папа опустился на колени и заглянул под холодильник.
– Хм, сидит хитрюга. На меня смотрит. Герман, – позвал он кота, – а ну иди сюда. Будешь ты свои прямые обязанности выполнять или нет?
Кот только жалобно мяукнул из другой комнаты.
– Вот оно современное поколение котов, – папа тяжело поднялся и потер спину, – совсем разленились. Мышей ловить не хотят.
– Папа, давай оставим его у нас?
– Кого, Германа? Теперь даже и не знаю.
– Да не кота, а мышонка. Я ему свои яблоки отдам, мне не жалко.
– А я вот не готов с ним колбасой делиться! У тебя трехлитровая банка найдется? – это он уже у мамы спросил. – Есть гуманный способ, как от мыши избавиться.
– Найдется, – кивнула она. – Только дать я тебе ее не могу. Там компот черешневый, тетя Люся из Краснодара прислала. Я собиралась его на Новый год открыть.
Ничего себе, а я и не знал, что у нас такое сокровище дома лежит! Черешневый, это ведь мой любимый.
– Придется открыть, – строго сказал папа.
Мама вздохнула и, поглядывая на холодильник, пошла на балкон за банкой.
Папа разлил компот по чашкам. Только мама свою отодвинула и передернула плечами:
– Пока эта мышь в нашем доме, я к еде не притронусь.
– Ты это что же забастовку объявляешь? – удивился папа.
– Не забастовку, а голодовку, – поправила мама.
А я подумал, что маму нужно срочно спасать. Она у нас и так худенькая и маленькая. Мне тоже компот пить расхотелось, пусть и черешневый, мой любимый.
А папа все три чашки выпил. Вытер рукой черешневые усы и начал сооружать гуманную мышеловку. В пустую трехлитровую банку бросил сыр и кусочек яблока. Поставил ее около холодильника. Рядом положил две коробочки, одну побольше, другую поменьше. Получилось что-то вроде ступенек. По ним мышонок сможет забраться в банку. Прикрыв за собой дверь, мы вышли из кухни.
Мама отправила меня делать уроки. Но я никак не мог сосредоточиться и все время прислушивался. За окном темнело. Зажглись круглые, как клубки шерсти, желтые фонари. Я прищуривал глаза, и фонари превращались в кометы с длинными острыми хвостами.
Вдруг папа как закричит:
– Саша! Саша! Сюда, скорее.
Я вскочил, уронил стул и бегом помчался в кухню.
Папа стоял с высоко поднятой банкой, в которой сидел мышонок. А рядом стояла мама и смотрела на папу, как на их свадебной фотографии. Наверно, в этот момент она думала, что он самый лучший на свете и самый храбрый.
– Ну, Саша, пойдем на улицу его отнесем. Так сказать в естественные условия обитания.
– Вот было бы здорово, если бы мышонок у нас остался, – я с надеждой посмотрел на банку.
– И не мечтай! – мама погрозил мне пальцем.
Мы с папой отнесли мышонка в парк неподалеку от нашего дома.
Мышонок осторожно вылез из банки, принюхался, смешно поводя носом в стороны. Затем присел на задние лапки и в следующую секунду помчался наутек.
– Пока, мышоночек, – я помахал ему вслед.
А Герман словно почувствовал, что он снова стал единственным хозяином в доме. Вылез из-под дивана и гордо прошел на кухню, задрав хвост. Вид у него был настоящего победителя.
На следующий день я вернулся из школы и сразу почувствовал что-то не так. Принюхался и понял, в квартире не пахнет вкусным обедом. Это было очень странно.
Я вошел в комнату и увидел маму. Она сидела в кресле, а из-под дивана торчал хвост Германа.
– Мам, ты чего?
– Саша, – она сидела не двигаясь, – мне нужно тебе кое-что сказать.
Я приготовился к самому страшному. Неужели она разбила мой полицейский участок? Я этот конструктор две недели собирал.
– Саша, – снова сказала мама, – у нас в кухне мышь.
– Опять?
Я не поверил и распахнул в кухню дверь. У миски Германа сидел мышонок. Он спокойно уплетал кошачий корм.
– Снова ты? – удивился я.
Это был вчерашний мышонок. Я его хорошо запомнил. На серой мордочке у него светло-коричневое пятнышко. Увидев меня, он вздрогнул и юркнул под холодильник.
– Мама, мама! Он вернулся!
– Это какая-то мистика, – мамин голос дрожал. – Что же нам делать?
– Будем папу ждать, – я тогда себя очень взрослым почувствовал. – Хочешь, воды тебе принесу?
Папу долго ждать не пришлось. Едва он вошел в квартиру, то тоже сразу понял, что что-то не так. А когда мы ему обо всем рассказали, он вытер со лба капельки пота и развязал узел галстука
– Это не мышонок, а мальчик-с-пальчик какой-то.
– И как ты собираешься его ловить? – спросила мама, прячась за его спиной.
– Как обычно, в банку, – сказал папа, будто он был чемпионом по ловле мышей.
– Я ее выкинула.
– Как выкинула?
– Не буду же я хранить в квартире банку, в которой сидела противная мышь.
– Тогда возьмем пятилитровую канистру из-под воды, – нашелся папа.
Он положил на дно пластиковой канистры сыр, кусочек яблока и для надежности краковской колбасы отрезал.
– Я категорически отказываюсь оставаться в кухне с этим зверем, - сказала мама.
Поэтому мы заказали пиццу и поужинали в комнате. Герман жалобно мяукал из-под дивана.
- А ты не заслужил, - строго сказал папа.
Но я видел, как мама незаметно подсунула коту кусок колбасы от пиццы.
Весь вечер мы напрасно прождали, мышонок так и не попался в мышеловку. Зато на следующее утро он сидел в канистре и обреченно смотрел на меня, когда я вошел в кухню.
– Попался! – закричал я, схватил канистру и прибежал к родителям в спальню.
– Ай, сейчас же убери его от меня, – взвизгнула мама и накрылась с головой одеялом.
На семейном совете было решено отвезти мышонка в парк на другой конец города. Оттуда он уж точно не найдет дорогу назад.
Герман снова почувствовал радость жизни. Он расхаживал по квартире и ластился к нам. А я загрустил. Все-таки не каждый день к тебе в квартиру приходит мышонок, да еще и такой симпатичный. Зато мама снова в хорошем настроении готовила котлеты и что-то напевала в полголоса.
А к выходным выпал первый снег. Я уговорил папу пойти со мной погулять во дворе. Мы ловили варежками снежинки и разбивали корочки льда на застывших лужах. Вернувшись домой, увидели в кухне маму. Она сидела на полу к нам спиной и разговаривала сама с собой:
– Ну скажи, чем мы тебе так понравились?
Мы с папой переглянулись, осторожно подошли к ней и увидели мышонка. Он сидел на задних лапках и умывал сырую взъерошенную мордочку с крохотным коричневым пятнышком.
– Вернулся?! – прошептал я, боясь его спугнуть.
Мышонок замер, посмотрел на меня и продолжил умываться.
– Нужно его на опыты сдать, раз он такой умный, – решил папа.
– Что ты? – испугалась мама. – Там его замучают.
– Тогда отвезем его в другой город, в другую страну наконец, – не сдавался папа.
– Посмотри, как холодно на улице, куда мы его в такой мороз? – укоризненно сказала мама.
– Что-то я не понял, ты хочешь эту мышь…
– Вообще-то у него имя есть, – обиделась мама и осторожно погладила мышонка по спинке. – Знакомьтесь, это Кото'мыш.
– Кото'мыш? – в один спросили мы с папой.
Из-под дивана раздалось фырканье Германа. Ему, наверно, это имя не очень понравилось.
– А ты привыкнешь, – крикнула ему мама. – Привыкнешь и полюбишь.
В магазине для Котомыша мы купили большую клетку с домиком, колесом и тоннелями-трубочками, чтобы ему было не скучно. Герман не подходил к клетке ближе, чем на метр и с недоверием посматривал на мышонка.
Когда мы выпускали Котомыша погулять по квартире, кот от него прятался. Но мышонок не отставал и бегал за ним, как хвостик. Кажется, он хотел подружиться. Кот недовольно шипел, поднимал шерсть, но никогда не выпускал когти.
Однажды мы забыли закрыть клетку и ушли в гости. Когда вернулись, то глазам своим не поверили. На кресле прикрыв глаза, лежал Герман и мурчал. Рядом, зарывшись в его пушистый хвост, спал Котомыш.
А продуктовый магазин на первом этаже закрыли. Вместо него там теперь рыбный отдел.
– На случай новой дезинфекции мы должны подготовиться. Саша, подскажи-ка, кто у нас из диких зверей рыбу любит? – спросил папа.
– Лисы и медведи, – без запинки ответил я.
– А еще еноты, – мечтательно добавила мама и погладила Котомыша, который примостился у нее на коленях.
0

#17 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 13 февраля 2020 - 20:33

16

КЛАССНАЯ ЗАТЕЯ


Витька нехотя направлялся в школу. Он уже опаздывал, и надо было торопиться. Но так не хотелось туда идти… Поэтому Витя, подстёгиваемый совестью, то переходил на бег, то опять замедлялся и начинал плестись черепашьим шагом, раздумывая, не повернуть ли назад.
Вдруг он заметил своего одноклассника Димку. Тот сидел во дворе и никуда не торопился. При виде его у Витьки затеплилась надежда, что уроки отменили. Он подбежал к приятелю.
– Привет! Чего в школу не идёшь?
Дима окинул его высокомерным взглядом и обронил:
– А я вообще туда ходить не буду.
– Как это? – поразился Витька.
– А так! Я теперь – экоактивист. – Димка гордо сунул ему под нос тетрадный листок с надписью «СПАСЁМ ПРИРОДУ».
– А при чём тут школа?
– При том! Грету Тунберг знаешь?
– Что-то слышал…
– Что-то слышал! – передразнил Димка. – Эх ты, темнота! Грета –старшеклассница из Швеции. Она отказалась ходить в школу и стала защитницей природы. Прикинь, вместо уроков сидела с плакатом. И никто её не ругал! Все только хвалили. Потом начали на конференции приглашать, по телевизору показывать… – Димка вздохнул. Попасть в телевизор было его давней мечтой. – А я чем хуже? Ещё лучше неё смогу с плакатом сидеть!
– И ей за это ничего не было? – усомнился Витька.
– Ну сначала все поворчали немного, – поправился Дима. – Но быстро успокоились. Так что я отныне тоже экоактивист. Занимаюсь серьёзным делом. А ты топай в школу.
Витька почувствовал острый приступ зависти. Значит, Димка станет известным, уважаемым человеком, а он, Витя, так и будет торчать за партой?! Несправедливо!
– Я тоже хочу природу защищать! – выпалил он и уселся рядом.
Дима воспринял его идею с энтузиазмом:
– Давай! А то один в поле не воин. Природа большая, всем защитникам место найдётся. Пиши плакат, а я покричу. – И он начал во всё горло скандировать: – Спа-сём при-ро-ду!
Витька достал тетрадь, вырвал оттуда лист и задумался, какой бы лозунг сочинить. Не списывать же у Димки! В размышлениях он стал запихивать тетрадку обратно в рюкзак и наткнулся на учебник по окружающему миру. «Вот его-то и буду спасать!» – обрадовался Витя. Быстро нацарапал надпись на плакате и принялся горланить, стараясь переорать Димку:
– Спа-сём ок-ру-жа-ю-щий мир!!!
К сожалению, демонстрация не клеилась: во дворе больше никого не было, а надрываться друг для друга – как-то глупо. Правда, через некоторое время на балконе рядом стоящего дома появилась бабулька и сердито потребовала:
– Прекратите! Иначе я в вашу школу позвоню, директору пожалуюсь!
Дима поперхнулся.
– Пойдём отсюда. А то тут никого нет, кроме этой… несознательной. Так планете не поможешь. – И Димка бегом кинулся из двора.
Витя последовал за ним.
– А действительно, как же со школой? – догоняя приятеля, задал он давно беспокоивший его вопрос. – Ты с родителями договорился?
– Конечно, – беспечно откликнулся Димка, пиная на ходу валяющуюся на дороге банку из-под кока-колы. – Так им и сказал: я теперь – экоактивист. А они и не возражали.
– А что ж ты так всполошился, когда бабка захотела директору позвонить? – с подозрением сощурился Витя и тоже пнул банку.
Димка слегка смутился.
– Да я… не всполошился вовсе. Ты побежал, и я за тобой, – пробормотал он и наподдал по банке так, что она описала в воздухе дугу и плюхнулась в грязь.
– Я побежал?! – задохнулся от возмущения Витька.
– А то кто? – нахально фыркнул Дима и помчался догонять улетевшую жестянку.
Витя же, наоборот, остановился. Впереди виднелся торговый центр, и Витьку осенило:
– Зачем нам по улицам круги наматывать? Пойдём вон туда!
– Это идея! – воодушевился Димка и важно добавил: – Там народу много. Будем привлекать к проблеме экологии внимание широкой общественности. – И, позабыв об отфутболенной банке, первым устремился к входу.
В торговом центре привлекать внимание общественности оказалось куда приятнее. Сначала пикетчики побывали в кино, потом в зале с игровыми автоматами, а затем в Макдоналдсе. Время пролетело незаметно.

Условившись встретиться утром, приятели разошлись по домам. Уже в подъезде настроение у Вити поползло вниз: он вспомнил о предстоящем разговоре с родителями. А вдруг ему не разрешат быть экоактивистом? Надо растолковать им, что защищать окружающий мир – очень нужно. Куда нужнее, чем задачки решать!
Удивительно: именно сегодня Витьке впервые в жизни захотелось сесть за уроки. Видимо, проснулась отоспавшаяся за день совесть. Витя даже полез было за учебниками, но мужественно подавил в себе этот порыв. Раз решил стать экоактивистом – никаких уроков. И весь вечер Витька играл на планшете.
Когда родители вернулись, мама всплеснула руками:
– Почему глаза такие красные?
– Устал, – уклончиво пожаловался Витька и, собравшись с духом, выпалил: – Мы с другом хотим защищать природу. Вы не против?
Мама улыбнулась:
– Конечно, нет.
– Мы только за, – подхватил папа.
Витька вздохнул с облегчением. Но мама вдруг спросила:
– А уроки сделал?
– Уроки? – растерялся Витя.
– Да, – поддержал её папа. – Собирать макулатуру и кормушки строить – конечно, хорошо, но об учёбе забывать нельзя.
Витька совсем запутался. Похоже, родители не в курсе, как правильно защищать природу. Надо бы их просветить… Хотя объяснения можно перенести на завтра… или на послезавтра…
– Нам не задали, – соврал он.
– Хорошо, – кивнула мама, – отдохни пока. Скоро будем ужинать.

Утром Витька отправился на встречу с Димой. Но приятеля во дворе не оказалось. «Опаздывает», – решил Витя и уселся ждать. Димки всё не было. Ни на звонки, ни на сообщения он не отвечал. Устраивать демонстрацию в одиночку оказалось скучно и к тому же холодно: всё-таки поздняя осень. «Наверно, Дима передумал природу защищать», – догадался Витя. Жаль. Двоим бы, если что, не так попало.
Совсем закоченев, Витька отправился в торговый центр. Забежал в Макдоналдс, чтобы выпить чаю и согреться… и столкнулся с Димой! Тот держал поднос с двумя стаканами и картофелем фри.
– Не понял! – возмутился Витя. – Я там задубел, а он здесь картошку лопает!
– Ну… я подумал, что ты больше не хочешь быть экоактивистом, –отводя взгляд, пробормотал Димка.
– С чего ты взял?!
В этот момент послышался капризный голосок:
– Дима, ну что ты так долго?
Витя обернулся. К ним летящей походкой приближалась Лиля Хрусталёва, первая красавица в классе. Заметив Витьку, она удивлённо округлила синие глаза.
– Ой, Витя, и ты здесь? Ты тоже экоактивист?
– Тоже? – уставился на неё Витька.
– Я вчера с Лилей переписывался и предложил спасать планету вместе, – нехотя пояснил Димка.
– Это ты классно придумал, Дима! – похвалила его Лиля. – Тем более, сегодня физкультура. – Произнося последнее слово, она сморщилась, как будто жевала лимон.
– Предупредить слабó было?! – взъерепенился Витька.
Ну, Димка! Друг называется…
– Мальчики, не ссорьтесь! – лучезарно улыбнулась Лиля. – Давайте лучше картошку есть.
Обиженно поглядывая друг на друга, ребята последовали за ней.
Защищать окружающий мир вместе с Лилей оказалось не так просто: Димка объявил, что во имя природы выбьет все мишени в тире. И ведь выбил! Правда, не все, но на две больше, чем Витька. Да еще и получил за это мягкую игрушку, которую тут же по-рыцарски подарил Лиле. Витя взял реванш в зале с игровыми автоматами, но там игрушек не давали.
К обеду Витька вымотался так, что едва держался на ногах. Зато Лиля была в восторге.
– Никогда бы не подумала, что спасать мир – так весело! – призналась она. – Давайте завтра встретимся у моего дома и опять сюда пойдём! – И мечтательно добавила: – А вдруг уже завтра мы проснёмся знаменитыми…
«Главное, уроки учить не надо», – мысленно порадовался Витька. И правильно, ведь он должен беречь силы. Завтра предстоит трудный день: нужно во что бы то ни стало выбить в тире больше мишеней, чем Димка.

На следующее утро Витька обнаружил у подъезда Лили настоящую демонстрацию: больше половины класса.
– Привет! – удивлённо поздоровался он. – А вы что тут делаете?
– Мы тоже хотим быть экоактивистами! – уперев руки в бока, заявила Даша Соломина. – А то хитренькие какие: сами природу защищают, а мы за них в школе отдуваемся!
– Лилька вчера проболталась обо всём Дашке, – тихо объяснил Дима. – А Дашка – всем остальным.
В это время из дома выпорхнула Лиля, и все двинулись к торговому центру.
Уже через час выяснилось, что в тире лучше всех стреляет Паша, а на автоматах играет Антон, и Витька с Димой приуныли. Под конец «рабочего дня» демонстранты отправились в кино, а после сеанса мальчики увязались за Лилей – провожать. В результате Витька вернулся домой гораздо позже обычного. Родители встретили его в дверях.
– Виктор, объясни, что происходит, – потребовал папа.
– Звонила учительница, – строго добавила мама. – Спрашивала, почему ты уже три дня не был в школе.
Витька понял: отступать некуда.
– Я же говорил, – промямлил он. – Мы теперь экоактивисты. Нам в школу нельзя.
– Почему?! – всплеснула руками мама.
– Мы как Грета. Природу защищаем.
– Как же вы её защищаете? – заинтересовался папа.
– Ходим с плакатами, кричим экологические лозунги и привлекаем внимание общественности.
Родители переглянулись.
– Любопытно, – протянул папа. – И много вас таких, защитников?
– Я, Димка, Лиля… и ещё… где-то человек пятнадцать, – подсчитал Витя.
Родители снова переглянулись.
– Ладно, экоактивист, иди руки мой, – вздохнула мама. – Ужин на столе.
Витька оторопел.
– Вы что, даже отговаривать меня не будете?
– Не будем, – подозрительно легко согласился папа. – Защищать природу – дело хорошее.
– Только этому тоже надо учиться, – загадочно добавила мама.

На следующий день толпа у дома Лили оказалась ещё больше: присутствовал весь класс.
– Все на месте? – громко спросила Лиля.
– Все! – раздался чей-то голос.
Витька обернулся и обомлел: к ним подходила их учительница, Анна Михайловна. Ребята приветствовали её изумлённым гулом.
– Здравствуйте, дети, – улыбнулась Анна Михайловна. – Похвально, что вы так переживаете за природу. Я договорилась с директором и вашими родителями. Все одобрили вашу затею. Отныне мы – экологический класс, и будем учиться защищать окружающий мир. Сейчас я всем раздам полиэтиленовые мешки и перчатки, и мы отправимся убирать наш парк.
Ребята растерянно зашептались. Димка выступил вперёд.
– Анна Михайловна, природу защищают не так. Надо устроить демонстрацию, всем пройти с плакатами. Знаете, сколько мы внимания привлечём?!
– Не сомневаюсь, – усмехнулась Анна Михайловна. – Только природе одним привлечением внимания не поможешь. Нет, ребята, мы поступим иначе.
«Наверное, это родители Анну Михайловну подговорили, – мелькнуло в голове у Витьки. – Недаром они вчера так заговорщически переглядывались».

Раньше Витя не замечал, что в парке столько мусора. В пожухлой траве валялись пакетики из-под чипсов, окурки, а ещё пустые бутылки и жестянки, убирать которые было далеко не так увлекательно, как играть ими в футбол.
– Заварили мы кашу, – пыхтел Димка. – Уж лучше на уроках сидеть. И по телику не покажут…
– Ой, как тут грязно, бедные мои ботиночки, – ныла взлохмаченная Лиля. – У меня все мышцы болят! Хуже, чем физкультура…
А Витька молчал. Ему в принципе всё нравилось. Кругом деревья, свежий воздух, и физкультуру он всегда любил. И потом, он же сам хотел защищать природу. Как говорится, назвался груздем – полезай в кузов.
– На сегодня всё, – скомандовала Анна Михайловна. – В другой раз продолжим.
– Может, лучше в школу пойдём? – пискнула Лиля.
– Помогать окружающей среде, конечно, важно, но ходить в школу тоже надо, – поразмыслив, кивнула учительница. – Возможно, кто-то из вас станет великим учёным и придумает, как сберечь планету. Итак, кто за то, чтобы возобновить наши занятия?
Витьке вдруг ужасно захотелось стать учёным и спасти Землю. Он с готовностью поднял руку и, оглядевшись, обнаружил, что не одинок: все без исключения проголосовали «за».
– Ну что ж, завтра жду вас в школе, – подытожила Анна Михайловна. – До свидания, ребята.
Все отправились по домам. Витька шёл и предвкушал, как примется за учёбу и изобретёт новые способы помочь природе. А до этого узнает уже существующие и станет их применять. А то пока он вырастет, ещё много времени пройдёт. А действовать нужно уже сейчас.
0

#18 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 14 февраля 2020 - 13:20

17

ПОДКОВА НА СЧАСТЬЕ


Владик радостно выбежал за калитку. Наконец – то с огородом покончено и можно искупаться!
Речка Уша манила и сверкала на солнце, сулила прохладу и свежесть. Благодать: сейчас на пляже никого, все на полях – огородах. Даже дружбаны Влада при деле. А он сам, гуляй – душа, смылся пораньше.
Влад с гиканьем вбежал в воду. Поплыл, перевернулся на спину, повалялся на воде «звездочкой». Нанырялся до посинения. Однако, пора и погреться на солнышке. Плюхнулся на песок. Ой! Локоть обо что-то неприятно ударился. Чтобы это могло быть? Неужели опять дачники бутылки бросили? Вот гады! Ладно, отдыхают, так еще и срач за собой не убирают.
Мальчуган пошарил рукой. Что-то холодное и металлическое. Вытянул из песка. Подкова! Вот так штука! Откуда же она здесь?
Тяжелая, внушительная штукенция холодила ладонь. Говорят, счастье приносит подкова – то эта.
Интересно, может все – таки подарят велосипед? А вдруг мопед? У Влада аж голова закружилась от восторга.
Мальчик покрутил подкову, подбросил на ладони. Тяжелая однако. Примерил на запястье – великовата. И тут, каким – то чудесным образом надел ее чуть выше голеностопа. Красота, прям как у роботов в кино!
Влад покрутил ногой, поднялся с песка, прошелся немного. Тяжело. Впрочем, пора и честь знать: ходить неудобно, купаться и загорать тоже.
«Сниму –ка я ее от греха подальше» , - подумал мальчик.
Но что, как? Подкова на ноге как приклеенная сидит. Туда – сюда, Влад пытался снять злосчастную штуку, но никак. Вспотел, бедняга, от напряжения. И что, теперь всю жизнь с ней ходить? От досады мальчик расплакался. Собрал одежду, поковылял домой.
«Ой ты ж горе луковое!», - запричитала матушка. –«Да зачем же ты ее на ногу-то запхнул? Вот что теперь делать?»
Мальчик плакал и мотал головой – не знаю, мол. Позвали соседа дядю Федю.
«Олийка(подсолнечное масло с укр.) есть?»
Федор смазал руки, подкову и голеностоп Влада маслом. Хруп, хруп – и раз! Нога мальчика освободилась. Господи, облегчение – то какое!
Тут же прилетел подзатыльник от матери: «От халамыдро!(босяк, хулиган с укр.) Уйди с глаз моих вон, пока лозину не взяла!»
Мальчик не стал дожидаться исполнения угрозы матери, а быстренько перемахнул через забор( до калитки времени добежать не было). И снова на сердце легко и светло. Солнце, трава, деревья. Кажется, так бы и обнял весь мир. Вот оно, какое счастье странное бывает!
0

#19 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 16 февраля 2020 - 15:45

18

ЧТЕНИЕ ВСЛУХ


С началом учебного года вернулась и главная напасть – чтение вслух. Ещё первого сентября о нём снова заговорили. Надежда Петровна, наша классная руководительница, не упустила возможность пристально на меня посмотреть и даже немного прищуриться. В том году я еле вытянула эти «скорочтенческие бега» на тройку. Стараешься пронестись по тексту галопом во весь опор, а получается неловкий шаг, временами переходящий в учебную рысь.
Я сидела, скрестив ноги под партой и мечтательно сложив руки, представляя, как удивлю всех на чтении. Как войду обратно в класс к ребятам и объявлю, сколько прочла слов за минуту. Только вот я не сильно преуспела в чтении за летние каникулы. Вслух совсем не читала. Стеснялась бабушку, маму и сестру. Они то читают куда быстрее! А тут я... По слогам!
Пробежалась глазами по одноклассникам. Надеялась, что кто-то так же волнуется. Но у большинства был скучающий вид, кто-то зевал, остальные что-то шустро писали. Посмотрела на своего соседа – Ваню Мельникова. В первом классе я отстала от него всего на одно слово. Но он преспокойно сопел. За лето он стал ещё выше и толще, жёлто-белые пушковые волосы подстригли под горшок ко дню знаний, и на нём еле сходилась форменная чёрная жилетка из шерсти.
– Нечаева! Ты что головой вертишь? Не отвлекайся, записывай в дневник расписание.
Надежда Петровна... Она никогда не меняется. Неизменно носит три деловых костюма и короткую стрижку. Всегда-всегда. За весь первый класс её волосы ничуть не отросли. И сейчас тоже были точно такими, как в последний учебный день. Они какого-то оранжево-коричневого цвета и даже не прикрывают уши.
– Нечаева! Прекращай мечтать. Через минуту звонок, а у тебя дневник не заполнен.
– Ой, – опомнилась я и старательно начала выводить буквы, чтобы красиво получилось.
За каллиграфией я провела всю перемену. И весь остаток классного часа, пока нам рассказывали про то, что на английский мы теперь будем ходить в другой кабинет небольшими группами по десять человек.
Со школы меня встречали сразу две бабушки. И мы пошли домой, заходя на все площадки по дороге, а потом ещё и в пекарню. Её «окошко» всегда выходило на набережную Карповки и оттуда доносился аромат свежих пирожков, а на витрине красовались булочки с вареньем и мамины любимые песочные корзиночки с белковым кремом, и клубникой. Их мы и купили к столу. И отправились домой, ждать родителей, которые должны были пораньше прийти с работы, и Полину, мою старшую сестру. Она уже перешла в шестой класс, поэтому в первый учебный день у неё было четыре урока.
Дома было весело. Так всегда, когда собирается вся семья. Приехали наши дяди и тёти, бабушки и дедушки. Все-все. А потом меня отпустили к Нике на пятый этаж собирать конструктор. Там я и вспомнила, что совсем скоро наступит день проверки скорости чтения.
Нас должны были посадить в кабинете, а одну парту вынести в коридор, где нам и предстояло читать вслух. Слушать и оценивать полагалось сразу двум учителям. Нашей Надежде Петровне и завучу школы. Поэтому мероприятие было очень серьёзным. И ударить в грязь лицом было никак нельзя. В прошлом году я очень плакала, когда оказалась одной из худших, и даже просила маму написать в школу записку, что я заболела. Но она отказалась.
– Ника, а вот вы в третьем классе будете вслух на скорость читать?
– Будем конечно. И в четвёртом тоже. – скукожила она свой веснушчатый нос, потому что ей напомнили о школе в неурочное время.
Я окончательно расстроилась. Конца этому мучительному времени не было видно. Надо срочно было начать читать быстрее.
– А какая у тебя была оценка во втором?
– Ну... – затянула Ника, – У меня много разных было!
– А за чтение? На скорость! – уточняю, чтобы получить уже долгожданный ответ.
– Четыре с плюсом! – отчеканила подруга.
И гордо добавила:
– Это почти пятёрка!
Тут желание собирать замок из конструктора совсем пропало. Впрочем, как и читать. Не получалось ведь. А кто любит делать то, что никак не выходит?
– Мне домой пора.
– Чего это ты? – удивилась Ника, – Нам же до семи разрешили! Ещё целых пол часа!
– Ника, ты и не представляешь! Мне сейчас не до игр…
– Представлю, если скажешь! – бодро заявила та.
– У нас в конце сентября чтение вслух. Я боюсь страшно! Читаю хуже всех!
– И что? – удивилась Ника, – Времени вагон! Давай играть.
– Нет! Ты не понимаешь! Я не могу! Это будет настоящий позор... Все будут смеяться!
– А ты так прочти, чтоб не смеялись!
– Тебе легко говорить! У тебя почти пять... А я до тройки еле дотянула.
– Ладно, садись!
– Зачем это?
– Читать будем! Мне папа «Вредные советы» на первое сентября подарил.
Я улыбнулась:
– Только, чур, не смеяться!
– А ты читай нормально, тогда не буду, – серьёзно ответила моя самая близкая подруга, сложив свои маленькие тонкие ручки на животе.
Ника так сильно загорела, что её кожа стала тёмной, как жёлудь, а на спине отрывалась хлопьями, под которыми оттенок был немного светлее. Поэтому мне казалось, что она чумазая. Времени размышлять не было. Ника уже достала книгу и усердно впихивала её мне в руки.
Я начала. Там было про конфеты, которыми не хочется делиться. О том, что можно их запихать в рот прямо с фантиками, чтобы никто не заметил.
Ника громко смеялась. Даже гоготала. Надувала щёки и снова заходилась.
– Договорились же… – с обидой в голосе говорю.
– Так смешно же!
– А мне нет!
– А ты представь, что там описано. Это весело!
Пока Ника изображала полные щёки конфет, я вдруг поняла, что смеялись вовсе не надо мной. И продолжила. О том, как надо молча поздороваться с друзьями, показав им пустые ладони, без конфет, которые спрятаны во рту. Пожать всем руки и кивнуть. А потом бежать домой и съесть конфеты в одиночку под кроватью.
Прочтя одно стихотворение, я почувствовала себя усталой. Ника же лопалась от смеха. Это время мы явно ощущали по-разному. Для неё оно пролетело незаметно. Для меня тянулось, как самая тугая резина. И весело от забавных стишков мне не было.
В комнату постучали. Это был мой папа, значит пора ужинать. Волосы его, точно иголки, угольками проросли на макушке. Их так много, что череп совсем не видно. Взгляд у него всегда мягкий, а ресницы длиннее, чем волосы. Папа не любил ничего менять, поэтому и в тот день был в привычной клетчатой рубашке из грубого хлопка. Если бы рубашка была другой, то никто бы его уже ни за что не узнал.
– Почитаем завтра? – поворачиваюсь к Нике.
– А то… Мне нужны новые идеи! – Она захихикала.
– Я думал вы конструктором заняты, как обычно, – медленно и, по своему обыкновению, очень серьёзно сказал папа, – А вы, вот оно что, читаете теперь.
– Молодцы, девочки!
Вклинившийся в наш разговор папа протянул руку к «букварю».
– «Вредные советы». Ну что ж…

Вечером, когда родители желали нам спокойной ночи, мама вручила мне толстенную книгу. «Хижина дяди Тома».
– Это от папы, – мама всегда была передатчиком всех папиных слов, – Он сам стесняется, ты знаешь.
– Книга, действительно, хорошая, – заверила мама, – Читайте лучше её.
– Эту я и за всю жизнь не осилю! Тут же миллион страниц…
– А ты попробуй, начни, – мама улыбалась своей особой улыбкой, после которой все делали то, что она просила.
– Хочешь, сегодня я вам первую главу прочитаю?
Капкан захлопнулся. Мы с Полиной переглянулись. Сестра отложила книжку про динозавров с наклейками и убрала короткие волосы за уши. Детская наполнилась сладким ароматом ожидания новой истории. Мама умела преподносить их под соусом увлекательных интонаций и пауз.
– Давай ещё почитаем, – взмолились мы, как только мама закрыла книгу.
– Завтра почитаете сами.
– Ну ма-а! С тобой интереснее!
Она улыбнулась, поцеловала нас в щеки. Губы её были тонкими, мягкими и тёплыми. Глаза большими и лукавыми, как у лисы во всех сказках. Волосы вились, приятно пахли, и их нельзя было трогать. Зато звонкий и бодрый голос её касался каждого.
– Кого завтра первой будить?
– Чур, не меня! – выкрикнула я громче, чем требовалось, – Я поспать хочу…
– Хорошо, завтра первой будет Полюшка, а после завтра Маришка, – и возразить, или расстроиться было просто невозможно.

Следующим вечером детская затрещала от наших споров – кто первой будет вслух читать «Хижину дяди Тома».
– Ты слишком медленно читаешь, давай лучше я, – стояла на своём сестра.
– Мне чтение сдавать скоро, надо тренироваться!
– В школе потренируешься. А мне интересно знать, что дальше. С твоей скоростью мы за вечер прочтём не больше одного разворота.
Слово за слово, и две девочки уже крепко сжимали жёлтую книгу в руках. Отступать никто из них не хотел. Каждая тянула трофей на себя. Локтями, бёдрами и ногами мы старались оттеснить друг дружку подальше. В следствие чего, повалились на пол, где начали серьёзную борьбу. Книга улетела в сторону. А две сестры в пижамах с корабликами или, что на то момент было более важным – враги номер один, сцепились, чтобы выяснить, кто первой будет её читать.
Когда в комнату вошла обеспокоенная мама, Полина лежала на животе, приплюснутая мной и боевым кличем:
– Я кинг-конг! Победа! Я буду читать!
Не смотря на всё наше представление, мама смотрела совсем не на нас. Раскрытая книга словами уставилась в пол, обложка разошлась, и каньон пролёг почти по всей длине корешка.
Чтения, конечно, уже никакого не было. Под чутким руководством папы и угрозой ремня мы старательно залечивали раны «Дяди Тома». А потом в тишине разочарования папы отправились спать.
– Дэ-бэ? – спрашиваю.
Этот шифр означал «давай болтать».
– Я с тобой не разговариваю, – шёпотом отозвалась сестра.
– Завтра я читаю, слышишь?
– Спи давай.
Это означало, что соперница признала поражение.

Выучив урок предыдущего дня, мы пошли спать пораньше, чтобы наконец приступить ко второй главе.
– Чего так медленно, – сквозь зубы шептала Полина.
Под конец первой же страницы я не выдержала и протянула книгу сестре.
– Держи, у меня не получается.
– Нет уж. Ты же у нас кинг-конг, – напомнила сестра.
– Но у меня не получается!
– И ты думаешь, что если не тренироваться, то магическим образом станешь читать лучше?
– Я об этом не думала. Не могу я быстрее!
– Со временем сможешь. У меня же получилось. Но для этого надо читать, практиковаться. Сама же об этом все уши прожужжала.
Но конца фразы я не расслышала, застряв на незнакомом слове.
– Чего делать?
– Читай, говорю, курья башка!
Я улыбнулась. Если сестра зовёт тебя курьей башкой, значит любит. Тем более книгу уступила. И мы продолжили.

К концу месяца мы с уже не такой загорелой Никой изучили порядочное количество вредных советов. А с Полиной прочли пять глав истории. И вот наступило волнительное утро. Мама подняла меня первой. Все казалось таким медленным, я отчётливо ощущала каждый удар своего сердца, но при этом время неслось вперёд, приближая пустой школьный коридор с партой и раскрытым учебником.
– Что же будем читать? Что же будем читать… – Крутилось в голове.
Пришвин.
Четыре с махоньким минусом.
Победа.
0

#20 Пользователь офлайн   Наталья Владимировна Иконка

  • Администратор
  • PipPipPip
  • Группа: Куратор конкурсов
  • Сообщений: 5 852
  • Регистрация: 26 сентября 15

Отправлено 17 февраля 2020 - 19:41

19

БЕРЕГИ ЖИВОЕ!


Случилось это в незапамятные времена, когда не было городов, и люди жили среди лесов в небольших поселениях. В глухой тайге в одном из таких селений обитало племя охотников. Мясо убитых животных они ели, а из шкур делали одежду и обувь, – иначе в суровом климате выжить было невозможно. Но охотники никогда не убивали животных зря, без крайней нужды, ведь Лесные Духи могли рассердиться, отвести от них удачу, и тогда всё племя ждала страшная голодная смерть.
Но вот умер старый, мудрый и добрый вождь Толтэб. По праву наследства вождём стал его сын Тотхэу – человек жестокий и жадный. Он убивал зверей даже тогда, когда запасов мяса и шкур было впрок. Все боялись Тотхэу, и перечить ему никто не смел.
Однажды он ранил тигра, связал и притащил в посёлок.
– Любуйтесь, с каким огромным зверем я справился в одиночку! Это Анфал – самый крупный и сильный тигр в нашем Лесу! Скоро он умрёт, и его шкуру я постелю на полу своего жилища!
Это было неслыханно: постелить под ноги шкуру самого Анфала – главного тигра в их Лесу! Могли прогневаться Лесные Духи! Но возразить ему вновь никто не посмел.
Однако прошло совсем немного времени, и самоуверенный охотник тяжело заболел. Колдун племени прилагал все усилия, чтобы изгнать болезнь, но ничего не помогало. И скоро Тотхэу превратился в немощного старика. Совершив таинственный магический обряд, колдун заявил, будто к нему явились Лесные Духи и открыли, что это они наказали вождя за то, что без всякой нужды ранил тигра. И если тигр умрёт, то умрёт и сам вождь. Тотхэу обозлился и прогнал колдуна из племени.
У Тотхэу был сын Тойма, мальчик лет десяти. Характером он был в мать – кроткую, добрую женщину. Она недавно умерла, и мальчик грустил о ней. Он часто вспоминал, как мать жалела всё живое, просила не убивать зверей и птиц зря. Отец всегда над ней смеялся: «Только слабая женщина может говорить такие глупости! Я – охотник и должен убивать! В этом моя сила!». Женщина лишь качала головой и вздыхала.
…Мальчик тайком приходил в сарай с клеткой раненого тигра и приносил тому немного еды и воды. Никто больше не заботился о нём. Тойма не боялся его, протягивал руку в клетку и гладил. Казалось, огромному зверю это нравится, и он лизал мальчику руку. Однажды, потёршись о неё, он заговорил человеческим голосом. Мальчик не удивился, потому что в те древние времена люди хорошо понимали зверей и птиц:
– Если я умру, Лесные Духи убьют твоего отца за то, что он нарушил главный закон Леса, его знает каждый охотник: «Бери от Леса лишь столько, сколько необходимо, чтобы жить!» Но ведь мою тушу он выбросит, а шкуру постелет под ноги. Разве это необходимо для его жизни?
Мальчик зарыдал. Недавно он лишился матери, а теперь и отец должен умереть!
– Не плачь… Ты мог бы мне помочь… – Тигр тяжело вздохнул. – Тем самым помог бы и отцу. Ты добрый, поэтому в силах это сделать!
– Я очень хочу, чтобы отец выздоровел! Что для этого нужно?
– В самой глухой части леса скрыто Волшебное Озеро. В нём обитает Дух Озера. Дно его усеяно камнями жизни и смерти. Никто не смеет входить в его воды без дозволения Духа. Скажи, тигр Анфал просит два камня жизни – для твоего отца и меня. Он знает: я ни разу не нарушил закон Леса. Дух суров. Но иногда помогает и людям. Стоит дотронуться до камня жизни, любая рана заживает, а болезнь уходит. Но помни: камень смерти тут же приносит смерть!
Тигр опустил голову и закрыл глаза.
– Иди и постарайся вернуться с волшебными камнями жизни! Я устал, мне нужно беречь силы и дождаться твоего возвращения. От того, останусь ли я жив, зависит и жизнь твоего отца.
Мальчик отправился в путь. Еды с собой он никакой не взял, решив, что добудет её по дороге.
…Деревья становились всё гуще. Порой их ветви были так тесно переплетены между собой, что Тойма приходилось разрезать их охотничьим ножом.
Скоро он вышел на небольшую поляну и увидел, как по ручью плывёт утка. К тому времени мальчик сильно проголодался. Он легко её поймал и развёл костёр, чтобы зажарить. Утка жалобно закрякала:
– Кря-кря! Отпусти меня Тойма, без меня мои детки утята погибнут… – И горько заплакала.
Жалостливый мальчик подумал: «Я не умру с голоду, если поем немного ягоды и запью водой из ручья, а то её дети, и правда, пропадут!» И выпустил утку.
– Спасибо, Тойма, я всегда буду помнить это!
Он поел ягоды и пошёл вдоль ручья. Скоро Тойма вышел к лесному Озеру. Его окружали гигантские деревья и невиданно высокая трава. Мальчик сразу почувствовал, что это то самое Волшебное Озеро, о котором говорил Анфал.
Только он подошёл к берегу, из воды поднялось полупрозрачное зыбкое облако. Оно колыхалось, приобретая очертания то человеческой фигуры, то лося, то медведя… Вдруг у него распахнулись огромные голубые глаза, открылся рот.
– Это я, Дух Озера! – прошелестело, будто лёгкое дуновение ветра, таинственное облако. – Знаю, зачем пришёл. Мы, Лесные Духи, наказали Тотхэу за жадность и жестокость. Но тигр Анфал заслужил жизнь, потому что ни разу не нарушил закон Леса. И раз он просит за твоего отца, так тому и быть… На дне лежат волшебные камни. Можешь взять два камня – для Анфала и отца. Если выберешь камни жизни, они выздоровеют. Но если ошибёшься и выберешь камни смерти, тут же погибнешь сам. Сейчас я улетаю к Духу Деревьев, скоро вернусь. За это время ты должен успеть выбрать камни! – И Дух Озера улетел.
Тойма не колебался ни секунды. Скинув одежду и набрав в лёгкие побольше воздуха, он нырнул. Озеро было неглубоко, а вода – чиста и прозрачна. На дне сверкала, будто озарённая ярким светом солнца, россыпь небольших камней. Их было тысячи. У мальчика разбежались глаза: как угадать и выбрать нужные камни? От страха у него похолодело в животе. Он подносил руку к камням, но тут же отдёргивал, боясь ошибиться…
…И вот когда Тойма почувствовал, что дольше под водой оставаться не может и нужно срочно подниматься на поверхность, решил рискнуть. Он протянул руку к ближайшему камню, но в то же мгновение кто-то больно клюнул её. Рука опустилась, не успев дотронуться до камня, и он увидел утку, которую недавно отпустил.
– Это камень смерти! – взволнованно предупредила она. – Я живу на этом озере, кормлюсь на дне и давно поняла, какие камни жизни, а какие приносят смерть – по рыбёшкам и рачкам. Притрагиваясь к камням жизни, они становятся веселее… но, едва коснувшись камня смерти, тут же погибают.
И, действительно, Тойма только сейчас обратил внимание, что у некоторых камней валялось множество мёртвых рыб и рачков. И не было ни одной водоросли. А у других весело играли рыбёшки, ползала всякая озёрная мелкота, и росли красивые подводные лилии.
– Бери эти камни! – указала утка.
Тойма смело взял два камня и поднялся на поверхность. Он едва отдышался. Дух Озера уже висел над водой.
– Ты правильно выбрал, хотя знаю, что не сам, тебе помогла утка, – молвил Дух. – Я знал, что так и будет, ведь ты сохранил ей жизнь! Что ж, ты заслужил волшебные камни жизни... бери и уходи! – С этими словами он исчез в воде…
…Скоро мальчик был дома. Едва Анфал взял камень в лапу, раны у него тут же затянулись. Он вновь был здоров и силён. Тойма выпустил его из клетки.
В это время, еле передвигая ногами, вошёл сгорбленный больной отец.
– Я был у Духа Озера, отец! – Тойма бросился ему навстречу. – Анфал просил у него и за тебя! – И Тойма рассказал, как удалось раздобыть волшебные камни. – Вот твой камень жизни!
Тойма протянул его отцу. Худой, дрожащей рукой Тотхэу взял камень и в то же мгновение выздоровел, стал молодым и статным, как прежде. Он несказанно обрадовался, но взглянув на Анфала, покраснел и опустил голову:
– Я хотел твою шкуру постелить под ноги, Анфал, а ты велел Тойма просить камень жизни и для меня… Прости, если сможешь…
– Благодари сына! Он сохранил жизнь маленькой утке, и только поэтому ты выздоровел. Помни закон Леса, охотник, береги живое, и Лесные Духи будут милостивы к тебе! – Тигр вышел из душного сарая, вдохнул с наслаждением свежий воздух и скрылся в вечернем тумане, опустившимся на Лес.
0

Поделиться темой:


  • 4 Страниц +
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

1 человек читают эту тему
0 пользователей, 1 гостей, 0 скрытых пользователей